«Мы же не маргиналы, просящие подачки»: как бизнесмен променял столицу на уральскую глушь и что из этого вышло

Бизнесмен Иван Сотников интересен тем, что оставил хлебную должность в крупной московской корпорации и 11 лет назад перебрался в уральскую глушь, где построил дом, обзавелся семьей и организовал производство сыра. Места красивейшие, но диковатые — не каждый УАЗик дойдет. И всё бы шло хорошо, если бы не застарелая проблема. Дело в том, что село Александровка в Челябинской области отрезано от цивилизации 16 километрами бездорожья, плюс живет без электричества. Однако, по всем документам, это не вахтовый поселок и не зимовье старателей, а обычный населенный пункт, про который власти как бы забыли. История Ивана поднимает вопрос, который в современной России волнует многих: должны ли мы задыхаться в городах или можем выбрать новый формат жизни, тоже цивилизованной, но уже на природе? И должно ли государство помогать экопоселениям или принцип таков: сам уехал, сам и расхлебывай? Попутно расскажем историю Ивана Сотникова, которая сама по себе занимательна.

Поскольку пачки чиновничьих отписок не двигают дело ни на йоту, а терпение, по словам Ивана Сотникова, подходит к концу, он записал обращение к губернатору Челябинской области Алексею Текслеру, сделав акцент на детях: их у Ивана четверо, и все они лишены права даже на обучение, не говоря о медпомощи и других «излишествах».

— Дорога с каждым годом всё хуже и хуже, — говорит он. — Когда мы с друзьями переехали сюда в 2010 году, это была обычная грунтовка и она нас не напрягала. К тому же положение в стране улучшалось, и я понимал, что будет какое-то финансирование, чтобы поддерживать ее в порядке.

Состояние дороги непрерывно деградировало, поэтому сейчас даже в сухую погоду проехать по ней на легковой машине или кроссовере невозможно: только хардкор, только УАЗ (ну, или другой внедорожник).

— Уже ни одного моста живого нет, — сетует Иван. — Эти 16 километров в лучшем случае мы едем 1,5 часа на первой-второй передаче, расход топлива космический, амортизацию машины даже не считаем. Если прямо говорить, дорога не то что плохая — ее вообще нет! И все эти экстремальные походы порядком надоели.

Проблема обострилась из-за детей: они у Ивана «чётных» возрастов — 2, 4, 6 и 8 лет. Двое могли бы посещать школу в Тюлюке, но ежедневный вояж длиной 32 километра (в обе стороны) по отборному бездорожью превращает затею в пытку и для родителей, и для самих школьников. Образованием занимается супруга Ивана Ксения, а раз в четверть дети появляются в школе «на сессию».

— По закону, если школа дальше пяти километров, должен обеспечиваться подвоз детей, и в Тюлюке не против запустить маршрутку, но всё равно нужна дорога, — объясняет он.

Другая проблема — полное отсутствие электричества, которая отчасти решается установкой генераторов и солнечных батарей, но в любом случае осложняет жизнь.

— С советских времен на некоторых домах остались крепления под электрические провода, а самой линии нет, — говорит предприниматель. — Там до смешного доходит: мы заключили договор со златоустовскими электросетями, и нам стали присылать нулевые квитанции: то есть свет у нас есть только на бумаге.

Вас тут не жило...

Переписку с чиновниками Иван и другие александровцы ведут уже не первый год, и ответы хоть и разнообразны, общий посыл таков: сами виноваты.

— Уже целый талмуд этих отписок! — возмущается он. — Нам пытаются объяснить, что дороги здесь вообще быть не должно, а грунтовку стихийно накатали лесовозы, хотя Александровка стоит еще с советских времен, и всегда были и дороги, и свет.

Нет в селе и интернета: сотовая связь кое-как пробивается от тюлюкской вышки, но индикатор мировой сети показывает «ешку».

К тому же Александровка является не самостоятельной единицей, а входит в Тюлюкское сельское поселение. И финансирование всегда распределяется в пользу Тюлюка, тем более он стал важным туристическим центром.

Два года назад помочь жителям Александровки пыталась французская журналистка Астрид Вендландт, но ответ чиновников был предсказуем: ремонт дороги нецелесообразен. На призыв Астрид отреагировал губернатор Челябинской области Алексей Текслер, но в своем ответе указал, что дорога не имеет хозяина и вопрос ее ремонта нужно решать исходя из приоритетности задач.

— Ситуация предельно понятная: у властей другие проблемы, — рассуждает Иван. — Если по-простому говорить, денег мало, они дербанятся, их не хватает. А тут еще и дорога в запущенном состоянии. Проще закрыть глаза. Но так тоже невозможно жить: ну, предлагайте хоть какие-то варианты!

Как Иван бросил Москву

Иван родился на Дальнем Востоке, жил в Ульяновске, а потом попал в Москву, где сделал успешную карьеру в крупной компании.

— Вся мотивационная конструкция современного человека в этом: сначала райцентр, потом областной центр, потом столица, а если повезло — свалил за границу, — объясняет он. — И я двигался по этим рельсам. В 27 лет у меня уже была хорошая карьера: я был начальником регионального отдела в крупной корпорации, зарплата порядка 4000 долларов, дом в подмосковном Раменском, связи и все радости столичной жизни. Всё было здорово, а потом то ли сработал инстинкт самосохранения, то ли предки-староверы во мне проснулись, но я на все эти блага и увеселения посмотрел с другого ракурса.

Несмотря на широкий круг общения в Москве, Иван вдруг осознал, что не сможет построить нормальную жизнь.

— А я хотел устойчивую семью, хотел, чтобы токсичность современности не вливалась в мою жизнь, — признаётся он. — Подсознание чувствует опасность, чувствует, что на большом отрезке шансы на продолжение рода и сохранения психики в таком обществе близки к нулю. Обычно человек мнёт себя, пытается перепрограммировать, убеждает, что всё нормально, но всё это самоубеждение выливается в логические и печальные концовки. Я решил менять жизнь радикально. Да, порвал многие связи из старой жизни, не все поняли мой поступок, но сам я был уверен в необходимости что-то менять.

Дальше заработало воображение: он представил будущую жизнь, которая радикально отличалась от всего, что он знал в Москве. А вот выбор конкретного места произошел отчасти случайно.

— У меня был друг в Трёхгорном, он сказал: есть у нас место, где всё как ты хочешь, — вспоминает Иван. — В тот момент тут уже было экопоселение, но мы с тремя друзьями приехали отдельно и живем параллельно. Мы втроем купили по 50 соток земли. Я начал строить двухэтажный сруб, основательно вкладывался, где-то дыры затыкал деньгами, потому что сворачивать не собирался. Конечно, я много чего не понимал тогда. По образованию я социолог, и получилось, я замутил такой вот социальный эксперимент, который дал мне огромное количество опыта и понимания, кто такой человек и что для него общество. Это удивительные вещи, которые трудно донести до тех, кто продолжает жить по инерции.

Сама Александровка, вероятно, давно бы вымерла: в 2002 году здесь насчитывалось 6 жителей. Но потом случился приток новой крови, сначала обосновались экопоселенцы, затем приехали Иван и его друзья.

— Тут есть классные, очень колоритные старожилы, а что до приезжих — то у всех очень разные предыстории. К экопоселению мы никогда не относились, но жили с ними мирно, и сейчас всё превратилось уже в обычное цивилизованное место, такое... без чрезмерной идейности, — добавляет Иван.

Должно ли государство помогать?

Иван искал уединенное и чистое место, что почти автоматически предполагает ограниченный доступ к благам цивилизации. Жить вдали от людей мечтают многие, но доступность медицины, образования, дорог и сервиса являются очевидными препятствиями. Это характерно не только для Александровки: в России множество таких деревень.

И правило почти непреложно: чем дальше от людей — тем больше уповаем на себя. Культуры содержания маленьких экопоселений в России не было и нет. Но, может быть, пора менять эти подходы? Ведь заброшенность таких сёл объясняется не столько пустой казной, сколько неумением ей распорядиться. А еще — коррупцией на всех этажах денежного каскада. И под таким углом ситуация перестает казаться нормальной, ведь одно дело, если дорогу невозможно построить «по законам физики», и другое — когда ее довели до состояния поколения постсоветских чиновников-очковтирателей.

В конце концов, это район с высокой привлекательностью для туристов, о развитии которого не говорит только ленивый. Жители Александровки уже инвестировали в него свои деньги и свои силы. И если строительство дороги ради 10 семей считается нерентабельным, можно рассмотреть компромиссный вариант, когда ее будут использовать не только жители села, но и отдыхающие. Тем более в окрестностях пройдет Большая Южноуральская тропа длиной около 600 км.

— Мы же не маргиналы, которые выпрашивают подачки государства: у нас большие хорошие семьи, у нас дети, и всё что можно сделать самим, мы делаем, — говорит Иван. — Но дорогу мы не потянем при всём желании. Это позорное пятно, которое ставит крест на мечте многих жить по-человечески там, где им комфортно. Я, может быть, где-то резковат, но очень бы хотелось, чтобы губернатор назначил личного ответственного, нашел деньги и закрыл этот вопрос.

Глава Катав-Ивановского района Николай Шиманович в курсе проблем Александровки, но ссылается на сложную предысторию места:

— В конце 80-х годов Александровка стала заброшенной деревней: инфраструктура была разрушена. Отсутствие света, плохая дорога — проблемы, которые требуют решений, тем более, когда в Александровку стали переезжать семьи с детьми. Дорога от Тюлюка до Александровки до начала 2021 года была бесхозная. По ней ездили лесовозы, а ремонтировать ее было некому. Для того чтобы у нас была юридическая возможность проводить ремонтные работы данной дороги, мы поставили ее на кадастровый учет. В этом году из районного бюджета был выделен 1 миллион рублей для проведения срочных ремонтных работ (грейдирование, подсыпка, переезд через ручьи). Срок окончания данных работ — ноябрь 2021 года. Одновременно разрабатывается проектно-сметная документация на ремонт всего участка дороги, а планируемый срок ремонта — 2022–2023 год.

Николай Шиманович также отметил, что решается и проблема электроснабжения:

— С января текущего года ведутся переговоры с МРСК Златоуста об установке электроопор и подачи электричества. Проблемы существуют лишь в согласовании участка линий электропередач по землям лесного фонда. Согласно утвержденному протоколу переговоров с МРСК, работы по монтажу ЛЭП запланированы на конец ноября или начало декабря 2021 года. После установки опор появится возможность протянуть оптоволокно из Тюлюка, — добавил чиновник.