Как в Тюменской области развивают креативные индустрии, которые часто не замечают. Интервью с Алексеем Краевым

Каждый день мы то гуляем по городу, то берем стакан кофе, то покупаем что-то из местной кондитерской, то заходим за сувениром другу на память, то идем на какой-то мастер-класс. В целом это обычная жизнь обычного тюменца. Часто мы не задумываемся, что в этот самый момент сталкиваемся не просто с бизнесом, а с креативной индустрией? Тюменская область даже стала одним из лауреатов Российской национальной премии в сфере креативных индустрий.

Мы поговорили с тем, кто в Тюменской области отвечает за креативное развитие, продвижение и узнаваемость — Алексеем Краевым, руководителем «Тюменского агентства развития креативных индустрий» (ТАРКИ). Ниже большой разговор о том, как креативные индустрии проникли в нашу жизнь и почему им нужна поддержка.

— Во-первых, хотелось бы вас поздравить с премией, которая касается всего региона. Расскажите, за счет чего вы, ваша команда и вся Тюменская область добились победы?

— Мы сформировали региональную заявку за счет трех компонентов. Первый — это управленческие усилия региональной команды, которые были приложены. У нас за последние четыре года появился достаточно большой инструментарий развития креативных индустрий. Это и грантовый конкурс, и помощь в продвижении и экспорте продуктов, и еще много всего.

Плюс управленческая система. Есть специализированное агентство, полномочия у заместителя губернатора, у профильного департамента, глав муниципалитетов. И мы единственный регион в России, где слова «губернатор — главный продюсер креативных индустрий» — зафиксированы в документе стратегии развития сферы. Мы первыми нормативно утвердили это внутри стратегии.

Это важно, потому что, с одной стороны, это мотивирующая история для других, а с другой — преемственность в системе управления. На нормативном уровне мы этот вектор уже выбрали, закрепили к 2030 году и будем придерживаться.

— Чем еще заявка Тюменской области отличалась от других?

— У нас на уровне всей страны очень сильное сообщество, в том числе креаторов. Такие объединения крайне нужны, потому что сегодня создавать креативный продукт в одиночку, чтобы он был успешным, экспортировался и захватывал мир, невозможно. Поэтому нам надо, чтобы предприниматели между собой как можно теснее общались. Мы первыми в стране открыли региональный клуб продюсеров креативных индустрий, куда входят креаторы из разных направлений. Нашу практику внедряют уже больше 15 регионов.

— То есть Тюменская область разрабатывает и внедряет в другие регионы практики креативных индустрий?

— Да, так и есть. Это еще одно отличие нашей заявки на премию и ее сила. У нас позиция региона-наставника. Мы консультируем больше 15 регионов, подсказываем, как выстраивать управленческую модель. Наши практики вошли в федеральный стандарт развития креативных индустрий, они распространяются на всю страну.

Еще наша сильная сторона — все проекты и услуги, которые реализуем, мы оцифровываем, они все собраны на сайте агентства. Мы очень открыты, и часть регионов берут наши подходы. Нам не жалко. Причина простая: если будут расти креаторы в других субъектах, значит, будут партнеры. Нам нужны сильные люди по всей стране.

Конечно, есть различные экономические показатели по развитию креативных индустрий: количество субъектов, вклад в валовый региональный продукт, количество самих людей, которые вовлечены в эту сферу. И у нас эти цифры ежегодно растут.

— Что вообще такое креативная индустрия простыми словами?

— Это вид экономической деятельности. Слово «экономической» важно. Это не искусство ради искусства. Я могу дома сидеть, рисовать картины, показывать друзьям, но ничего с этого не получать. Креативная индустрия, повторю, это вид экономической деятельности, где я должен на этом заработать. И она основана на интеллектуальном труде.

— Можете привести пример?

— Легко. Есть киоск с обычной шаурмой и есть ресторан авторской кухни. И то, и другое — гастрономия. В киоске плюс-минус стандартные рецепты. В ресторане есть права на конкретный рецепт, блюдо, и таких других нет, их делают в одном этом месте. Получается, что ресторан авторской кухни — в креативных индустриях, а киоск шаурмы — нет, потому что у них нет права на интеллектуальную собственность, нет творческого начала. А государству эти факторы важны.

Не уходя от гастрономической темы, например, в Красноярске есть очень сильная ресторанная отрасль с авторской кухней. У меня есть знакомые и друзья, которые ездят в Красноярск поесть. Если бы там была нейтральная кухня, те же киоски с шаурмой, никто бы не посещал этот город. А так они зарабатывают на туристах, зарабатывают имиджевые баллы.

Поэтому креативные индустрии — это творческие виды бизнеса, где есть интеллект. Это не только про песни и танцы, это IT, архитектура, создание видеоигр, кино, мода и другое. Эти рынки безумно сильно сейчас растут.

— С этим разобрались. А как креативные индустрии влияют на простого жителя, допустим, на меня, обычного тюменца?

— Вы едите, одеваетесь, потребляете контент. Вопрос в качестве. Если вам предлагают интересное, вкусное, местное — вы будете чуть-чуть счастливее. Дети смотрят мультики, но важно, какого качества и с какими ценностями.

Мы каждый день сталкиваемся с креативной индустрией. Вы ходите по улицам города и смотрите на архитектуру — она может быть депрессивная, а может быть творческая, которая побуждает вас что-то делать. Поэтому креативная индустрия нас окружает везде. Город, более насыщенный творчеством и предпринимательством, более комфортен для жизни.

— Какие самые известные креативные проекты в Тюмени вы могли бы назвать?

— Несколько примеров. Ресторанная сеть «Максим» — это тюменская гастрономия, очень известная. Есть известные бренды одежды, например, Cult, Baron Jacket. Есть пространство «Смыслы» в ЦУМе, где представлено порядка 100 брендов, из них около половины тюменских.

Очень крутая история — свадебные платья от Lana Marinenko, тюменского дизайнера. Платья продаются по всему миру. Есть хорошие IT-компании, например, Creative, Locos. Есть архитектурный блок «Брусники», есть «Сибирская ковровая фабрика».

Отдельно хотел бы выделить проект «Роби» — мини-конструкторы. Это целая вселенная и очень перспективная история.

— Расскажите, пожалуйста, немного подробнее про эти креативные проекты.

— Например, «Сибирская ковровая фабрика». Раньше продавались классические ковры — они были размером два на три метра. Ручная работа, особая шерсть. Честно, дорогой продукт. Не каждый его может себе позволить. Мои знакомые про ковры спрашивали, узнавали цену и отказывались от покупки — не готовы они были тратить такие суммы.

Фабрика начала развиваться, ведь есть некая волна популярности их продукта. Они отходят немного от классики, делают теперь маленькие коврики, брошки и так далее. Теперь кусочек ковра может получить каждый — и это доступно.

Или бренд «Роби», наш резидент, они победили в конкурсе «Родная игрушка». Ее создатель Евгений Борисов увлекается робототехникой. Он написал фантастическую книгу про мальчика, который оказался в будущем. По ее мотивам создана уже целая вселенная с разными персонажами. Он выпускает набор робототехники, некий аналог Lego, который покупают не только в нашем городе, но и в странах БРИКС.

— Какую поддержку получают предприниматели?

— Был принят Федеральный закон, он очертил понятийный аппарат, и теперь все регионы говорят на одном языке. Но самое главное — он описал полномочия по мерам поддержки, которые должны предоставлять федеральный и региональный уровни власти. Теперь каждый регион понимает, что нужно оказывать информационную, финансовую, инфраструктурную и другие виды поддержки.

— В Тюменской области есть какие-то особые меры поддержки, которых нет в других регионах?

— Мы как управленческая команда много различных решений выработали. Просто пара примеров, чтобы понимать логику и наши отличия от всех. У нас есть два гранта. Вот кажется, просто гранты и гранты, все их раздают. У нас это работает немного по-другому.

Вот обычный грантовый конкурс проходит так: люди подают свои проекты, есть победители и проигравшие, победители получают деньги, реализуют проект, дальше отчитываются. У нас же победители не получают деньги, у них есть только гарантия с нашей стороны, что если они станут предпринимателями, самостоятельно найдут финансы, сделают то, что нам пообещали, — мы компенсируем им затраты.

— Для чего нужна такая система?

— Мы хотим, чтобы предприниматели учились и имели определенные компетенции вместе со своей командой. Помощь и поддержку хочется оказывать тем, кто имеет мышление предпринимателя, у кого есть определенная смелость. То есть, имея от нас гарантию по компенсации расходов, они идут искать деньги, инвесторов, партнеров.

Приведу пример: объявили грант, и к нам пришла молодая девушка, только-только отучилась в институте. Она хотела сделать свою коллекцию одежды. В конкурсе победила. И пошла взяла деньги под определенный процент, сделала всё. Мы ей всё вернули. И мы поняли, что грант выиграл человек, который может быть предпринимателем и может самостоятельно вести свое дело.

Вот вроде у нас и обычный грант, а он сделан таким образом, чтобы стимулировать предпринимательскую активность. И у нас в каждую меру поддержки зашита вот какая-то такая особенность, которая, помимо творческого, подталкивает к предпринимательскому решению. Это ценно.

— Есть ли еще примеры поддержки предпринимателей?

— У нас есть еще ярмарки, которые продвигают креативные индустрии. На Дзержинского домики видели? У нас достаточно открытая система входа туда. Раз в шесть месяцев мы проводим конкурс на право торговли. И любой предприниматель, относящийся к сфере креативных индустрий, может заявиться на этот конкурс, попасть туда торговать — на суперльготных условиях.

— Может ли креативная индустрия конкурировать с традиционной экономикой?

— Нет. Они не могут конкурировать, более того, они не смогут нормально расти друг без друга.

Простой пример — нефтяные компании. Нефть у них одна? Одна. Но они инновационные, и мы понимаем почему. У них есть клевая корпоративная политика, у них есть хорошие маркетинговые заходы. Не знаю, заправки возьмем. Есть хорошие, где можно что-то купить, где комфортно, в туалет в конце концов можно сходить. А есть совершенно иные станции. Да и бензин на каждой заправке тоже одинаковый. А вот подход разный, в том числе и творческий. То есть они за счет него и притягивают клиентов.

— По ходу разговора вы упоминали про креативных продюсеров. Кто это такие?

— Вообще слово «продюсер» стало очень широким понятием, и я понимаю, почему возникает путаница. Если бы я сейчас сказал «музыкальный продюсер» или «продюсер в сфере кино», стало бы проще, да? Сразу вспомнили бы про фигуру Игоря Крутого, например.

Так что же делает этот человек? Его главная задача — создать условия, чтобы проект или звезда стали максимально известными и заметными, чтобы они зарабатывали деньги. Продюсер формирует образ, занимается брендингом, ищет инвесторов, партнеров и площадки для развития. По сути, продюсер — это тот, кто делает бизнес максимально эффективным. Его можно даже назвать руководителем проекта, именно он отвечает за всю стратегию успеха.

— Заменит ли искусственный интеллект креаторов в будущем? Или он им только помогает?

— На сто процентов уверен, что о замене человека речи не идет. Но кто им не умеет пользоваться, точно проиграет.

Очень живой пример приведу. Один из наших резидентов Линария Брикнер, ремесленник, всё делает своими руками. То есть, что сама придумала, то и воплотила в жизнь. С помощью искусственного интеллекта она сделала продукцию с элементами тюменского ковра. Это тоже надо уметь, промт задать правильный и так далее. Так вот, она использует ИИ и говорит: я бы вот это всё придумывала еще лет 10, и потом бы делала еще лет 30. Просто она ускорила этот процесс.

— Но есть же и те, кто работает, так скажем, по-старинке. Готовы ли они, по вашему мнению, меняться, становиться креативными? Чем они отличаются от молодого поколения предпринимателей?

— Есть старый пекарь, который печет, а есть молодой новый пекарь. Честно, даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Просто потому, что я ценю их обоих. Вопрос в том, что люди хотят получить от бизнеса. Если человек что-то делает по старой технологии, ему в кайф, он зарабатывает, сколько ему нужно, — да ради бога, счастливый человек. Если понимаешь, что тебе так скучно, ты так не можешь заработать больше, хочешь учиться и делать по-другому — делай по-другому.

— Какие планы у региона по развитию креативных индустрий в будущем? Мы понимаем, что есть стратегия до 2030 года. Как ее будете реализовать?

— Стратегия — это документ, который может и должен меняться в зависимости от того, как меняется рынок, экономика. Там наши взгляды на мир, ее писали мы сами. И это ее плюс. Опять же, с момента ее создания что-то поменялось, мы стали еще чуть умнее. Поэтому понимаю, что мы скоро сядем ее переписывать.

Что будет нового? Мы точно будем смотреть в сторону создания креативных кластеров. Например, улица Дзержинского — это не классический кластер, потому что это не какое-то большое здание, строение, а целая улица. Будем ее развивать.

Вторая тема — это экспорт креативной продукции, у нас тоже есть наработки в этом плане. Например, у наших дизайнеров получилось принять участие в форуме в Минске. Третий трек — привлечение инвестиций в креативную индустрию. Это сложно, потому что это рискованно, но этому надо учиться. Мы через сообщества и клубы постепенно нарабатываем эти компетенции.

• Андрей Горин, директор департамента гражданской защиты и пожарной безопасности Тюменской области — про пожары и паводок;

• Александр Сидоров, директор департамента культуры Тюменской области — о скандале в драмтеатре, ТКТО, судьбе «Строителя»;

• Сергей Чирков, военный комиссар Тюменской области — про облавы на призывников, пленных солдат срочной службы, без вести пропавших военных и людей, которые продолжают подписывать контракты;

• Евгений Карташков, директор департамента ценовой и тарифной политики Тюменской области — почему власти индексируют тарифы ЖКХ, на что пойдут деньги, почему за всё платят люди;

• Максим Скворцов, директор департамента экономики Тюменской области — обо всём происходящем в регионе, нацпроектах и многом другом.