«Я очень одичала». Тюменка уехала на заработки на Алтай, где нет ни одного магазина

Этой осенью тюменка Юлия Бакшеева, кондитер, консультант по питанию и образу жизни, месяц работала в Республике Алтай. Ее окружали горы, чистый воздух и красивая природа. Каково это — трудиться с таким видом, но без грамма цивилизации, она рассказала в авторской колонке. Далее — от ее лица.

Я очень люблю горы. Хотя бы раз в год езжу к ним надолго. Поэтому возникло такое желание. Но в те места очень дорогие билеты. Цена на них — от 80 000 рублей. А такой суммы у меня не было. Поэтому решила совместить приятное с полезным. Нашла вакансию помощника повара и поехала.

Зарплата была не огромная. Точную сумму озвучивать бы не хотела, но в два раза больше, чем на подобной должности платят в Тюмени. Зато среди любимых пейзажей.

Я хотела получить новые навыки, опыт, знакомства. Я люблю вступать в челленджи с самой собой, проверять, на что способна.

Работу искала на специальном ресурсе, где публикуют как волонтерские, так и платные вакансии. Несколько лет на них подписана и смотрела приглашения поработать по всей России и миру. Но все обстоятельства не сходились воедино. А в этот раз получилось: нашла вакансию, я хотела в горы, знаю, что это красивый район, умею и люблю работать на кухне.

Решила пойти работать помощником повара, потому что там понятные, предсказуемые процессы и гарантированный доход в отличие от моих частных консультаций и предпринимательства — работы кондитером в своем бренде. Нарезать таз салата — для меня реально удовольствие. Я искренне люблю кормить людей. Например, во время велопоходов возила с собой свежие кексы на багажнике.

Добиралась до юрточного кемпинга Тыдтуярык я с пересадками. Сначала на поезде приехала из Тюмени в Барнаул. Затем до Горно-Алтайска добиралась на машине. Оттуда пересела на другой автомобиль. Дорогу по Республике Алтай компенсирует работодатель. Таким вот образом добралась до Тыдтуярыка. Он расположен на границе с Монголией.

В мои обязанности на работе входило мыть посуду — большие кастрюли на много литров и металлические поддоны для мармита — это посуда для длительного поддержания готовых блюд в горячем состоянии. Также делала заготовки овощей для поваров, сервировала подносы комплексных завтраков и ужинов для гостей, стояла на раздаче еды, следила за чистотой трех помещений для приема пищи: две юрты и тент для питания персонала.

Помимо этого, делала корейскую морковь, квасила капусту, пекла баурсаки, шарлотку на огромном противне и пирожные «Наполеон», участвовала в подаче бешбармака, мыла пол в конце смены.

На работе было полное обеспечение жильем — отапливаемые комнаты на 2–4 человека — и питанием. Потратила 2500 рублей за 28 дней на заказы с Ozon. Купила гель для душа, ножницы и прочие девочковые мелочи. Их забирал коллега в ближайшем населенном пункте Кош-Агач в 30 километрах от нас. Он туда ездил на закупки нужного для работы кухни. А сама за месяц покинула кемпинг только два раза. И то это было в самом конце вахты.

А вот когда попала в магазин, то сразу за час с небольшим потратила как за предыдущий месяц: купила еду и сувениры. Я люблю привозить с Алтая носки из шерсти.

Мое утро начиналось с того, что я шла сонно среди гор, чтобы почистить зубы, умыться и заступать на работу. Я воспринимала это как подарок судьбы. Мне понравилось, что там были очень классные люди, с которыми мы реально с первых же дней стали общаться. Работать в такой атмосфере и окружении — великолепно. Это очень сильно скрашивает, что происходит фактически. За месяц такие виды не надоедают. К ним в хорошем смысле привыкаешь.

График был такой, что приходилось спать не больше 6–7 часов. Этого оказалось мало, когда месяц работаешь по 14 часов. На четвертый день от такой нагрузки проснулась в 4 часа ночи, потому что у меня дико болела голова. Мне пришлось пить обезболивающее. Возвращаться обратно было неразумно, ведь уже проехала 2500 километров от дома. Решила, что надо что-то делать, чтобы хорошо себя чувствовать.

Каждые 3 дня по утрам 25–30 минут занималась йогой, делала с помощью теннисных мячиков упражнения для расслабления мышц спины. Меня это спасало, благодаря этому продержалась. Узнала, что границы человеческой выносливости и моей в частности на самом деле намного шире, чем нам кажется из текущей нашей жизни.

В конце вахты нагрузка возросла, и последние 7–10 дней вставать пораньше не было никаких сил. Я успокаивала себя тем, что осталось немного, отдохну в дороге — предстояло 2 дня поездки в поезде.

В последние 2 дня мы с коллегами даже поплакали: «Как это я буду пить кофе не с такими видами?» Было тяжело покидать место, потому что ждала привычная жизнь, менее красивые локации. С другой стороны, хотелось домой, потому что была усталость — физическая и моральная.

За этот месяц я очень одичала. После 28 дней вдали от цивилизации даже супермаркет в Кош-Агач воспринимался как светский раут. Рядом с нами не было магазинов.

Помню свой детский восторг, когда я зашла в магазин и стало можно покупать всё, что хочу. Поняла: даже забыла, что люблю из еды и что покупаю в продуктовых. Очень интересное ощущение. Никогда до этого я подобного не испытывала. Мне казалось, что меня ночью разбуди — скажу, что люблю и хочу. В горах, в замкнутом кругу, в отрыве от привычной цивилизации разрушаются какие-то привычки, связи.

Немного не хватало привычной еды. Завтраки, обеды и ужины были вкусные, но дома всё равно больше возможностей разнообразить питание. Причем это не ощущалось, пока не увидишь что-то у коллеги.

Один раз я, проходя мимо, увидела, как один из них, сидя на солнышке, ест скумбрию с хлебом — в отличие от меня, у него как у гида было больше возможностей покупать еду в магазинах. В тот момент мне так захотелось рыбы. Видя мое лицо, как у кота из «Шрэка», он поделился со мной. Я съела ее на солнышке с видом на горы. И этот простой набор продуктов стал настоящим обедом гедониста!

Уезжала в Республику Алтай в тяжелой ситуации, была в кризисе. Кто ходит в горы, меня поймет — они придают ощущение устойчивости, уверенности в себе, словно внутри тебя остается ощущение «горы», которая прочно стоит на месте, несмотря ни на какие внешние факторы. Этот период меня очень наполнил, подсветил мне мои сильные стороны, вернул мне меня.

После возвращения в Тюмень думала, что процесс адаптации будет долгим и тяжелым, боялась, что минимум 2–3 дня буду способна только лежать грустить на диване. Но, к моему удивлению, очень быстро включилась в свой привычный ритм жизни. Не отрицаю, что когда-нибудь повторю такой опыт: для меня этот месяц в горах стал очень крутым тренингом личностного роста, за которым подписчики следили, как за сериалом.

Вернувшись, уже дважды выступала в клубах путешественников с рассказом о своей необычной поездке: так яркие воспоминания сохраняются дольше и люди узнают о возможности зарабатывать и смотреть мир одновременно.

• иногда дорога действительно лечит;

• счастье возможно везде, если уметь его замечать;

• работа есть везде, но фон для утреннего кофе может сильно отличаться;

• «да кому ты там нужен» — не более, чем ограничивающая установка из времен СССР;

• для жизни нужно меньше вещей, чем кажется;

• безысходность — самый великий мотиватор.

Мы регулярно рассказываем о путешествиях жителей Тюмени. Недавно публиковали колонку тюменки, которая отдохнула на острове Хайнань в Китае. Она отправилась туда со своим мужем в свадебное путешествие. Девушка рассказала, во сколько обойдется отдых на Хайнане, что тут можно посмотреть и с какими особенностями предстоит столкнуться.

Этой осенью другая тюменка отправилась в Стамбул на концерт Мэрилина Мэнсона. В авторской колонке она рассказала о поездке и своих впечатлениях.