«Как так — женщина участковый?»: история тюменки, которая разнимает семейные драки и мирит соседей

Наталья Савельева служит в полиции уже 20 лет. Сначала она просто работала в дежурной части, а потом решила попробовать что-то новенькое и перевелась в участковые. Теперь под ее контролем один из густонаселенных районов Тюмени. Здесь проживает 50 тысяч человек, и не все из них законопослушные люди. Как женщина справляется с «кухонными бойцами», хулиганами и вечно спорящими друг с другом соседями? Об этом и не только — в нашем интервью.

— Многие жители Тюмени не знают, кто их участковый, а также чем он должен заниматься. Расскажите, какую миссию вы выполняете?

— Участковые помогают людям в решении их проблем: если происходят семейные скандалы, шумят соседи, кто-то кого побил или если кто-то умер.

— Какой рабочий день у вас? Вы приходите домой, а вам звонят и сообщают о трупе соседа?

— Все вызовы поступают сначала в дежурную часть, потом уже информация передается мне, и я выезжаю на место для отработки материалов. И так происходит в течение суток.

— И сколько раз за день вы выезжаете на вызовы?

— В среднем десять раз. У нас на участке крупные торговые центры: «Ашан», «Лента», «Леруа Мерлен». И вот оттуда очень много вызовов. Люди постоянно совершают мелкие хищения. Их ловят, доставляют в дежурную часть, а потом приезжаю я, составляю протоколы и увожу задержанных в суд.

— Много на вашем участке воров? Какой вообще контингент проживает на территории, за которой вы следите?

— Мой участок очень большой, его население 50 000 человек. Есть неблагополучные семьи, поднадзорные элементы, которых мы проверяем несколько раз в месяц. Это пять человек, которым суд установил ограничения, поэтому они у нас на особом контроле. Что касается семей, то неблагополучных у нас около 30.

— Такие же, наверное, везде есть. Но у каждого района свой контингент. В центре, например, может быть, обострена ситуация с алкоголизмом. А вот в относительно новых районах что? Закладчики, судя по социальным сетям?

— Закладчиков у нас, я бы сказала, нет. В основном они в частном секторе или районах рядом с лесополосой. У нас преобладает другая категория нарушителей — семейные скандалисты, воришки, любители пошуметь.

— А вы сталкивались с предвзятым отношением из-за того, что вы женщина-участковый?

— Из-за того, что я женщина — нет, не было. Обычно все рады меня видеть. Есть, конечно, те, кто удивляются, но в основном отношение обыкновенное.

— А что говорят те, кто удивляются?

— Спрашивают: «Как так? Женщина участковый?». И мне приходится объяснять, что в этом ничего такого нет, я справляюсь со своими обязанностями не хуже, а где-то даже лучше мужчин.

— Интересно! Сразу хочется спросить, какие преимущества у женщин-участковых.

— Не секрет, что женщины более внимательные, это касается даже мелочей. Ну и мы умеем выслушать. Есть ведь люди, например, пожилые, кому не столько помощь нужна, сколько внимание.

— Почему женщины идут в участковые? Расскажите о своем опыте.

— Я пришла в полицию в 19 лет, потому что мама позвала. Она сама работала в органах — дознавателем, расследовала уголовные дела. Очень сложная, но интересная работа. Я в детстве частенько проводила время в отделе полиции № 1. Видимо, судьба. И вот когда пришло время определяться с будущем, мама спросила, не хочу ли я тоже в полицию, так всё и началось. Сначала я была в дежурной части. Там я принимала вызовы от людей и направляла на места происшествий участковых. Потом мне самой предложили стать участковым. И я решила попробовать. Мне тогда достался другой район — МЖК. Мне там очень нравилось, все меня знали. Но не скажу, что вызовы были другие — работа участкового в основном состоит из семейных скандалов. Вне полиции я себя не представляю — я на своем месте.

— Вспомните свой самый первый вызов в роли участкового. Были какие-то опасения?

— Я не помню самый первый вызов. Помню, что много плакала, когда приезжала на трупы. Сидела, заполняла бумаги, а по лицу текли слезы. Жалко людей очень было.

— А что это за трупы были?

— Участковые выезжают на «обычные» трупы, убийствами мы не занимаемся. Например, на днях ко мне в опорный пункт приходил мужчина, сообщивший, что его дядя уже давно не выходит на связь. Мы вместе пошли в квартиру, приняли решение вскрывать дверь, а там труп.

— Люди часто жалуются, что полиция не вскрывает двери, если соседи жалуются на трупный запах. Почему так?

— Почему не вскрывают. Я выезжала на подобный вызов. Соседи почувствовали явный запах, позвонили участковому. Часто люди сами затягивают с этим, не бьют тревогу, если сосед не выходит на связь. Многие опасаются звонить в полицию. Но, если требуется, мы вскрываем двери.

— Новый год — наверное, горячая пора для участковых?

— Количество вызовов возрастает, но не в саму новогоднюю ночь. Обычно второго числа. Люди начинают после застолья драться и дебоширить. Но я бы не сказала, что этот всплеск больше, чем в обычные выходные в Тюмени.

— Медики иногда жалуются, что на них нападают. У вас таких случаев не было?

— Да, на меня тоже нападали. В 2021 году я пришла на вызов, там была женщина, как потом оказалось, не совсем здоровая. Она схватила подставку из-под обуви и кинула в меня. Потом вырвала мне клок волос. Женщину привлекли потом, конечно. Других опасных ситуаций не вспомню.

— А есть у вас какие-то свои любимчики или «постоянные клиенты»?

— Любимчиков нет, я всем стараюсь помогать, звонить и интересоваться о ходе дела, например. А из тех, на кого регулярно жалуются — да, конечно. Обычно это семьи, где проходят скандалы. И вот я прихожу, выписываю протоколы. Этой меры хватает на какое-то время, потом скандалисты снова берутся за свое.

— Даже скандалистов не останавливают протоколы. Возможно ли найти управу на тех соседей, которые делают жизнь невыносимой? Дерутся или слушают музыку громко?

— Конечно, это и есть моя работа. Задача участкового — доходчиво объяснить, что так делать нехорошо. Что можно на них составить административные протоколы и они будут постоянно платить штрафы. На людей это действует. Но опять же, полностью лишить проблему иногда нельзя, со временем начинается всё сначала, и получается круговорот такой.

— Как вы реагируете на критику, видели ли же наверняка, что люди в интернете постоянно пишут «полиция не реагируют, приедут, когда убьют»...

— Это не так. Просто иногда люди обращаются в полицию, когда состава преступления правда нет. Сидит муж на диване и говорит жене: «Ты борщ невкусный сварила, голову бы тебе оторвать за такое». Но это ведь не угроза убийством. А если бы он схватился за нож и проявлял явные намерения, то здесь другое дело.

— А как участковый угадает по телефону, серьезно настроен человек, заявивший жене, что голову ей оторвет, или нет?

— Ну как, мы же общаемся с заявителем, задаем уточняющие вопросы. Замахивается ли человек, вооружен ли и так далее.

— И как вы относитесь к тому, что полицию многие ругают?

— Для всех ты хорошим в любом случае не будешь. Да, конечно, возможно, где-то есть какие-то упущения, над ними все работают. Бывает, люди звонят, жалуются на что-то, а им отказывают в возбуждении уголовного дела. Но те всё равно звонят, ругают полицию. Однако это ведь не участковый ленивый или глупый, просто мы пользуемся законом, и если оснований для возбуждения дела нет, то его просто нет, даже после десятка звонков или жалоб. Например, мужчина жалуется, что плата за его дачный участок 1000 рублей, а он уверен, что с него берут слишком много. Мы ему разъясняли, что размер стоимости установлен на общем собрании и нужно платить. Но мужчина не согласен и в моем отказном материале видит бездействие, идет жаловаться дальше.

Участковый — далеко не бесполезный контакт в телефонной книжке. Показываем, где искать номер своего.

В каких частях города у полицейских кипит работа — смотрите в нашей карте криминальных районов Тюмени. Обратите также внимание на типичного тюменского преступника — мы составляли его социальный портрет (вы наверняка такого человека встречали в своей жизни). Ну а если вам хочется немного веселья — почитайте наш топ самых неудачливых преступников. Здесь и мужчина, который уснул, пока угонял мотоцикл, и грабитель, выронившей свой паспорт прямо в банке, откуда пытался утащить нешуточную сумму денег.