«Самое тяжелое положение у Тюменской области». Эксперт рассказала о перспективах экономики Урала

Ушедший 2025 год многие экономисты называют переломным: завершается период относительного благополучия первых четырех лет СВО. Благополучия? Ну да, тут как в анекдоте: та полоса, оказывается, все-таки была белой. Означает ли это, что впереди полоса черная? Наши коллеги из 74.RU поговорили со специалистом в области социально-экономического развития регионов, профессором МГУ Натальей Зубаревич, о том, чего ждать жителям российской глубинки (то есть не-Москвы) от будущего, обсудили инфляцию и растущую дыру в бюджетах регионов.

— Наталья Васильевна, четыре года мы живем с ощущением скорого экономического коллапса, который каждую неделю обещают «уже завтра». Но по факту как будто ничего драматичного не происходит: инфляция терпимая, рубль крепкий… Это обманчивое ощущение?

— Нет, но период роста заканчивается, и ухудшение началось уже во второй половине 2024 года. Дело в том, что в конце 2022-го был огромный бюджетный импульс, который продолжался и в 2023-м, и в 2024-м. Он помог, во-первых, раскрутиться оборонной промышленности, которая дает очень высокие темпы роста. Второе: в 2022 году была оказана существенная поддержка малому бизнесу: гранты, кредиты и прочее. И бизнес смог адаптироваться к ситуации. Поэтому весь 2023 год и до середины 2024-го был реальный экономический подъем, обусловленный прежде всего большим увеличением бюджетных расходов. Но со второй половины 2024 года всё, что не связано с оборонкой, стало заметно замедляться, особенно гражданское машиностроение. Неважно себя чувствовала нефтепереработка, потому что по ней ударили санкции. Сильно ухудшилась ситуация в угольной отрасли, особенно в Кузбассе, пожалуй, самой проблемной территории Российской Федерации.

Появились проблемы у металлургов: в 2023-м они отыгрались, было терпимо. Но вот уже второй год подряд объемы производства стали и проката устойчиво падают. Следом пошла индустрия строительных материалов, потому что начала замедляться стройка. Прекратился рост в пищевой промышленности, потому что 2024 год был плохой по сельскому хозяйству из-за погоды.

А тут еще к 2025 году стало очевидно, что стагнирует платежеспособный спрос населения. Розничная торговля в 2023 и 2024 годах росла на 7–8%, а в 2025-м по итогам 10 месяцев — на 2% (на момент разговора были сведены данные за неполный год. — Прим. ред.). Разница ощутимая. Что длилось дольше всего? Гонка зарплат. Она обусловлена дефицитом рабочих рук: предприятия бились за работников, их активно переманивал военно-промышленный комплекс. И гражданке тоже надо было повышать зарплату, чтобы люди не ушли. Но этот пик был в 2024 году.

Поэтому для населения 2024 год был еще очень хорошим: 18,5% роста номинальных заработных плат без учета инфляции. И это максимум. А в 2025 году по состоянию на август–сентябрь было уже 12% без учета инфляции, то есть гонка зарплат замедлилась.

Картина 2022–2025 годов нелинейна. Началось всё с шока, к концу 2022 года произошла какая-то адаптация, затем в 2023-м и половине 2024 года произошел хороший рост на бюджетных деньгах. А сейчас всё приходит в норму. Докидать столько бюджетных денег, как раньше, уже невозможно: ситуация у федерального бюджета заметно ухудшилась. И всё приходит к стагнации — вот такая картина.

— Сейчас много говорят о дефиците федерального бюджета, но я правильно понимаю, что в региональных бюджетах ситуация в чем-то еще более острая?

— Да, это, пожалуй, самая болезненная точка в региональных делах. У меня пока данные только за девять месяцев, и картина весьма печальная: в дефиците — 52 региона (из 89 субъектов федерации. — Прим. ред.). Это очень много, но бывало и хуже: в десятых годах, когда шли зарплатные указы президента, 77–79 регионов были в дефиците по итогам года. Однако данные за январь — сентябрь, которые я привела, — это еще не весь год. Основные расходы бюджетов субъектов федерации приходится на декабрь–ноябрь, когда закрываются госконтракты, поэтому ситуация, безусловно, будет ухудшаться. Самое тяжелое положение у Кемеровской и Вологодской областей, где дефицит 25%, у Архангельской, Мурманской, Тюменской областей (20–22%), у Иркутской области и Коми (17–18%).

— А как дела на Урале?

— По Уральскому федеральному округу с учетом нефтегазовых территорий самый серьезный дефицит у Ямала — 15,5%. Далее идет Челябинская область — 11% дефицит. У Свердловской области получше дела, всего 2% дефицит, пока терпимо, там оборонки побольше. В Курганской области ее еще больше, как результат — профицит 5%. В Ханты-Мансийском АО терпимо, а вот южнее, в Тюменской области, сурово — дефицит 20%. Это много, хотя там опытные финансисты, и, бывает, у них есть какие-то переходящие остатки.

Вы, наверное, заметили, что мы говорим не о каких-нибудь республиках Северного Кавказа, а об индустриально развитых регионах. Причина? Падение налога на прибыль. Почти у всех провал на уровне 20%.

— В следующем году поднимают ряд налогов и сборов, но есть мнение, что регионы тут остаются на обочине, то есть их источники финансирования падают, а с увеличенных налогов им мало что перепадает. Это верно?

— Федеральный бюджет в 2025–2026 годах получил пять процентных пунктов дополнительного налога на прибыль. Всё повышение ставок по НДФЛ идет в федеральный бюджет, вся прибавка НДС. Бюджет регионов ничего дополнительного не получит. А еще в 2023, 2024 и первой половине 2025 года им сокращали объемы федеральной помощи, и только со второй половины лета начали давать побольше.

— В такой ситуации какие рычаги есть у регионов, чтобы выкрутиться? Занимать деньги?

— Да, и они пошли занимать по коммерческим ставкам в банках, поскольку федеральный бюджет до июля не увеличивали трансферты. У регионов начались кассовые разрывы, и им пришлось брать деньги под эти безумные проценты.

Они пытаются повысить те налоги, которые в рамках их полномочий, тот же транспортный налог (увеличен в Челябинской области). Они повышают аренду в принадлежащих им зданиях. Пока не сильно повысили налоги на имущество, потому что ставки регулируются на федеральном уровне, но, видимо, регионы будут продавливать этот вопрос. Ставки акцизов повысили, а часть акцизов распределяется в бюджеты субъектов федерации, но это не решает проблемы. Главное для регионов — это НДФЛ. В прошлые годы он рос благодаря гонке зарплат, которая сейчас будет замедляться. По итогам девяти месяцев 2025 года увеличение зарплат — на 14% в рублях, но в 2026 году будет снижение темпов роста.

— А что происходит с инфляцией: в начале года казалось, что она может выйти из-под контроля, но сейчас мы видим умеренные цифры — это затишье перед бурей?

— Нет, потребление не растет, и вы цены не раздуете, у вас никто не купит. Общее замедление экономики приводит к тому, что даже в сегменте B2B идет снижение покупок, потому что нет средств. У нас на 9% упал импорт товаров из Китая: вам это о чем-то говорит? В этом импорте 60% — это машины, техника и оборудование. Ну вот вам и ответ. Цены уже не разгонишь — спроса такого нет.

— Это стабильное «затишье» или оно может сломаться в будущем году? То есть все боятся гиперинфляции, как в 90-е…

— Инфляция увеличится в рамках повышения НДС — это налог на покупку товара или услуги. Если у вас налог повышается на два процентных пункта, это вклад в инфляцию. Оптимисты говорят, что цены вырастут на один процентный пункт. Пессимисты говорят — на два пункта. Посмотрим: это будет видно в первом квартале 2026-го. Но потом опять замедляющаяся экономика опять начнет тормозить инфляцию.

— Есть версия, что инфляцию может разогнать «печатный станок»: вливание денег в экономику через продажу облигаций федерального займа (ОФЗ), аукционы РЕПО… Я знаю, что вы не макроэкономист, но как вы считаете — это риск?

— Пока от такого сценария воздерживались, и в массовом порядке такого не делалось. Именно по этой причине поднимают НДС: посчитали, что это менее инфляционное решение, чем все те методы, которые называются «печатаньем денег». То есть НДС — это разовый скачок, а долговременных трендов на гиперинфляцию пока не видно. Но опять же я не макроэкономист.

— Для Челябинской области важна черная металлургия. Мы с вами около года назад обсуждали начавшийся в этой отрасли кризис: что-то изменилось с тех пор?

— Ничего хорошего: производство стали и проката снижается, падает маржинальность. Не полностью загруженные домны приводят к росту удельных издержек. Но в черной металлургии пока никто не умер, просто мы понимаем, что 2024, 2025 и с немалой вероятностью 2026 годы будут периодом снижения объемов выпуска черной металлургии.

Хуже всего «Мечел», он очень закредитованный. Вопрос будет решаться так: сделают ли госбанки пролонгацию и реструктуризацию кредитов или нет? Металлурги кредитуются, в том числе в Сбере, в ВТБ, а эти банки контролируются государством. То есть решения принимаются при содействии государства. Более крепкая ситуация у «Северстали» и Новолипецкого металлургического комбината, а также в разные годы у ММК.

Спрос на продукцию металлургов зависит от того, как чувствует себя их основной потребитель — стройка. Но мы понимаем, что повышение налоговой нагрузки снижает инвестиционную активность. По-другому быть не может. Поэтому 2026 год, скорее всего, по стройке будет, мягко говоря, нулевым. В третьем квартале 2025 года объемы строительства выросли только на 1%, а в целом за 10 месяцев — на 3%. То есть ухудшение происходило во второй половине года. И я не вижу оснований считать, что с января там всё зацветет и заколосится. Более 60% инвестиций в стране делается за счет собственных средств предприятий и организаций, а у бизнеса будет меньше денег, потому что повышено налогообложение и падает прибыль.

У цветных металлургов всё получше: по меди, например. Они не в таком сложном положении.

— Чем 2026 год будет отличаться от предыдущих с точки зрения экономики?

— Мы вползаем в период… Называйте его рецессией, называйте стагнацией — как хотите. Звоночки были уже во второй половине 2024 года и усилились в 2025 году, а в 2026-м, кроме оборонки, где быстрее всего растет производство радиоаппаратуры, будут в плюсе только отдельные отрасли: золотодобыча, производство минеральных удобрений, спецодежды — понятно какой? Цвета хаки. Фармацевтика растет хорошо из-за освобождения рынка иностранцами.

Остальные отрасли — ноль или минус: пищевка, стройматериалы, лесопереработка, химия, нефтепереработка, газовая отрасль.

— Как люди почувствуют эту стагнацию? Через замедление роста зарплат, доходов?

— Да. Замедление роста зарплат. На фоне замедления инфляции (после скачка, связанного с повышением НДС) и почти нулевого экономического роста, бизнес не сможет поддерживать гонку зарплат. У него издержки уже такие, что в убыток себе не будешь производить. И спроса на продукцию нет, поэтому рост зарплат вряд ли получится переложить в цены на свои товары или услуги — не купят. Поэтому, конечно, будет замедляться рост заработной платы. Люди это уже интуитивно чувствуют. Динамика в розничной торговле — всего 2%. Это очень слабый рост. Население экономит. Мы видим по структуре розничных продаж, что они значительно быстрее растут в так называемых жестких дискаунтерах.

По данным Росстата, среднестатистический россиянин на еду тратит около трети доходов, но у малообеспеченных слоев — до половины. То есть из всей инфляции нужно выделить продуктовую, она высокая, и это сильнее бьет именно по семьям с низкими доходами.

Пять кварталов с конца 2023 и весь 2024 год реальный рост пенсий отставал от роста цен, то есть индексация не покрывала издержки на опережающий рост стоимости еды. А у пенсионеров еще лекарства. Поэтому пять кварталов пенсионеры в реальном выражении беднели. Только две подряд индексации в начале 2025 года привели к небольшому росту реальных пенсий.

— Спасибо, что уделили время!

— Да, только не ставьте это интервью до Нового года. Люди расстраиваться будут, зачем?

• Ждать ли доллар по 100? Эксперты рассказали, что будет с рублем в 2026 году: прогнозы;

• Рецессия, стагнация или стагфляция? Какие прогнозы на 2026 год дают эксперты Финуниверситета при Правительстве РФ;

• В 2026 году пенсии будут повышать каждый месяц: кому, на сколько и в какие даты;

• Что изменится в квитанциях ЖКУ в 2026 году. Цифры вам не понравятся, зато платить станет удобнее;

• Доживем ли до снижения? Почему тарифы на услуги ЖКХ поднимают каждый год;

• «Земля отойдет китайцам»: аграрии рассказали, что ждет сельское хозяйство в 2026 году.