Есть ли жизнь после паводка? Что происходит на улице Томской в Тюмени, которую по крыши затопило большой водой

Уровень воды в Туре постепенно идет вниз. Река уходит, а вместе с ней уходит и неожиданный летний паводок, который доставил большие неудобства простым тюменцам. Некоторые едва не лишись своего имущества: под водой оказались дома и земельные участки. Есть ли жизнь после прихода большой воды? Мы поехали на улицу Томскую на ДОКе, ушедшую по крыши под воду, и пообщались с жителями.

Если вы жили в Тюмени последние два месяца или хотя бы просто бывали в городе, то вы помните невыносимую вонь, сопровождавшую каждый поход в магазин или обычную прогулку. На Томской она всё еще осталась. Но либо мы уже принюхались, либо же экологическая проблема решена и запах не так сильно бьет в нос.

На заборах, которые уцелели после паводка, можно оценить уровень воды. Если бы кто-то решил покупаться здесь в разгар паводка, то едва ли он достал бы до дна — или до грунтовой дороги, по которой местные добираются домой. Грязная полоска находится почти у вершины забора в человеческий рост.

У дороги выставлена часть вещей, которые, видимо, не нужны больше хозяевам. Есть и большие бобины с кабелем. Скорее всего, их принесла большая вода. Они повредили чей-то забор.

У нескольких домов открыты калитки. Из них тянутся вереницы шлангов. Всего полчаса назад людям дали электричество, и теперь они могут подключить насосы, чтобы откачать воду.

Просимся зайти в один дом. На ступеньках, которые ведут к дому, сидит Владимир. Он с грустью рассказывает о том, что мог приехать в свой дом пораньше, как только стало возможно пройти по улице.

— Вода фактически вчера только ушла с дороги. Она медленно опускалась. Больше месяца фактически, — говорит Владимир.

Этот дом на Томской — его единственное жилье. Эвакуировали семью в конце июля и разместили в гостинице в Березняках. Там они до сих пор и живут: из подвала в доме надо еще откачать воду.

В это время в окне появляется еще один житель дома, Николай. Он и рассказывает о повреждениях, которые принесла с собой большая вода.

— Полы все, стены, обои — это тоже, получается, под замену. Пол был сделан из ДСП, всё разбухло, опухло, сейчас надо отдирать. Не знаю, обновим, не обновим, пока трудно сказать. Сейчас надо хотя бы сделать так, чтобы было можно жить, — говорит мужчина.

Как это будут делать, тюменцы пока не знают. Положенные при порче имущества выплаты в 15 тысяч рублей они получили.

— Это даже на мебель не хватит. Но и на том спасибо. Этого же раньше не было. У нас уже четвертый паводок на моем веку. Но этот августовский никто не ожидал. Летом к нам вода никогда не приходила, — говорит Владимир.

— Самое печальное то, что дело всё к осени идет. Мороз как ударит, и всё. Ничего не просохнет. Сырость будет сильная, — говорят тюменцы.

В доме окна открыты. Внутри можно посмотреть, на каком уровне стояла вода: коричневые линии хорошо видны на кухонном гарнитуре, на стенах, мебели.

— Товарищ у меня в СНТ постоянно воду откачивал, откачивал, да бесполезно было всё. Ну ладно, у него дача. У нас-то основное. Еще и деревья погибли, картошку посадили… Всё, всё погибло, — сокрушается Владимир.

Кому-то повезло намного меньше. Паводок зашел не только в дом, но и уронил забор. Его нужно восстанавливать, иначе на участке могут появиться мародеры. Пытается сделать всё заново Дмитрий, который вырос на этой Томской. Дом пережил четыре паводка, но сейчас находится в крайне печальном состоянии. Хозяин приглашает на экскурсию по участку.

— Вон, можете посмотреть на уровень воды по теплице, — показывает рукой в сторону строений мужчина. — Вот сарай я недавно построил, вон банька свежая. Всё в воде было.

Выплат мужчине не положено. Это не его основное жилье. Тюменец использовал этот участок с домом как дачу. Сейчас основное строение просто стоит без окон. Дмитрий снял их, чтобы можно было просушить всё имущество, которое осталось в доме.

— Здесь никто не прописан, и нам ни копейки денег никто не даст. Вообще. То есть документы есть на дом, на участок, на всё, — говорит тюменец, стоя посреди небольшой комнаты, заваленной вещами.

И в ней тоже можно увидеть, насколько много было воды. Та же коричневая отметка, что и в прошлом доме.

— Восстанавливать всё равно это надо. Ну да, какими-то небольшими шагами, какими-то средствами. Но это всё не бесплатно, — говорит мужчина.

Одна из главных задач сейчас — откачать воду из колодца. В планах — немного восстановить дом, но уже не так капитально, как он был сделан.

— Если честно, то руки опускаются, не знаю, как заново хоть что-то сделать. Тут снизу я ничего уже сильно оббивать не буду, просто хоть чем-то зашью. Забор буду мало-мальски править. Дорога просохнет — будут к нам сюда приезжать мародеры, если его не будет, то подумают, что всё заброшено, и украдут, — говорит мужчина.

Небольшая улица всё равно начинает оживать после паводка. В разных местах слышится гул насосов, откачивающих воду. Кто-то уже вернулся с собакой — ее лай тоже слышен. Местные в один голос говорят, что такого летнего паводка здесь не было никогда.

В самом начале летнего паводка мы прошлись по всему городу. Показываем страшные кадры большой воды — вот как всё начиналось.