Стала лучше? Как изменилась вода из-под крана в Тюмени за месяц — результаты лаборатории

Больше месяца горожане массово жаловались на воду из-под крана в Тюмени. Несколько сотрудников нашей редакции утверждали, что и у них дома неприятно и странно пахла вода. Еще летом мы ее исследовали на 10 химических показателей и опубликовали результаты. Тогда показания марганца были превышены аж в 6 раз!

Спустя месяц мы решили повторить эксперимент. Мы снова отнесли воду в эту же лабораторию и заново проверили ее. В этом материале рассказываем вам об изменениях качества воды из-под крана в Тюмени и о том, что по результатам исследования говорит эксперт.

Проблемы с водой у тюменцев начались в июле. Тогда местные жители жаловались на неприятный запах воды из-под крана. Говорили, что она пахнет болотом, хлором и еще чем-то неприятным. Специалисты в качестве причин ухудшения качества исходной воды в Туре называли летний паводок и критическое снижение уровня кислорода. В Роспотребнадзоре заявляли о соответствии воды нормам безопасности, но советовали ее кипятить или покупать бутилированную.

На фоне происходившего вырос спрос на бутилированную воду. Из-за этого возникал дефицит и образовывались пустые полки. Всё обернулось тем, что начался подвоз воды тюменцам. За ней выстраивались длинные очереди.

Воду в объеме полтора литра мы отобрали 21 июля в квартире на Харьковской. За двое суток специалисты лаборатории провели для нас исследование. Из десяти основных показателей в трех были зафиксированы превышающие величины. Речь идет о запахе, железе и марганце.

Мы тогда показывали результаты исследования Аркадию Каюгину, кандидату химических наук из Тюмени. Он прокомментировал превышающие показатели.

— В этой пробе марганца почти в два раза больше, чем железа! Такая уникальная ситуация возможна при очень низком содержании кислорода в воде (так называемые восстановительные условия) и при высоком содержании растворенной органики, характерной для болотной воды. Именно это мы сейчас и видим в Туре. Марганец буквально вымывается из почвы и донных отложений, — говорил в прошлый раз эксперт.

Каюгин разъяснял, чем же могут быть опасны железо и марганец для человека.

— Прежде всего надо сказать, что эти элементы, в отличие от ртути и свинца, например, совершенно не чужды человеческому организму. Железо, например, входит в состав гемоглобина и не только. Есть своя роль и у марганца, хотя потребность в нем у человека существенно ниже, чем в железе. При этом метаболизм железа и марганца связан между собой. Нарушение баланса этих элементов (что мы видим в данной пробе воды) может нарушать всасывание и транспорт их в кишечнике, — объяснял Аркадий Каюгин.

Мы не стали искать новое жилье с водопроводной водой для повторной проверки. А пошли по привычному для нас пути — проверили воду из той же обычной квартиры на Харьковской в Тюмени, где и набирали ее в первый раз. Для чистоты эксперимента также купили пустую полторашку в пивном маркете, куда и налили воду из-под крана.

Затем эту бутылку мы отвезли в инновационный научно-производственный комплекс «Тюменские системы водоочистки». У них есть лаборатория, специалисты которой проверяют качество воды на десять основных показателей. И делают это, разумеется, за деньги.

В лаборатории мы заполнили нужные бумаги, в которых рассказали, когда и сколько набрали воды из-под крана. И написали, зачем это сделали.

Там же узнали, что время проверки воды в последние дни у них увеличилось до 5 дней. За месяц выросла загруженность лаборатории. С чем это связано — неизвестно. Мы этому не противились, самое главное — результат.

Спустя несколько дней диспетчер из лаборатории выслал нам этот долгожданный результат. Отметим, что это не полный анализ безопасности питьевой воды. В представленном документе исследованы только химические показатели. Микробиологические показатели (например, кишечная палочка, общее микробное число) здесь не исследовались.

Что мы имеем в итоге? Из десяти показателей три имеют допустимые превышения (как и в первый раз). Особое внимание можно уделить показателям «марганец» и «железо». Последнее может проявляться в виде металлического привкуса, желтоватого или бурого оттенка, осадка и пятен на сантехнике или даже одежде.

Как вы заметили по анализу, вода сильно пахнет хлором. Лаборатория указала 4 балла при норме до 2. Вероятно, это связано с обеззараживанием воды, но по одному этому анализу нельзя определить точную причину. Остальные проверенные показатели выглядят относительно нормально.

Мы снова показали результат свежего лабораторного исследования воды Аркадию Каюгину, кандидату химических наук из Тюмени. Он говорит, что, если охарактеризовать результаты второго анализа, то практически ничего не поменялось.

— И железо, и марганец по-прежнему выше ПДК, причем марганец — в 4–5 раз. Даже несмотря на снижение, его концентрация всё равно в 4,8 раза выше допустимой. Это означает, что вода не рекомендуется для питья без доочистки — и в июле, и в августе. Соотношение Fe — Mn остается аномальным. В «нормальной» природной воде железа должно быть в 5–10 раз больше марганца, а здесь марганец всё еще перевешивает.

Каюгин объяснил, что это говорит о том, что восстановительные условия в водоеме никуда не делись: кислорода по-прежнему мало, а растворенной органики (гуминовых кислот из болот) хоть отбавляй.

— Это подтверждает и относительно высокое значение перманганатной окисляемости — почти на уровне ПДК. Запах тоже стабильно превышает норму. Единственное, где прослеживается позитив, — это заметное снижение концентрации аммония. Аммоний — показатель свежего органического загрязнения. Чем обусловлено такое снижение, точно сказать сложно. Это может быть связано с тем, что бактерии-нитрификаторы переработали аммоний в нитраты, что происходит в загрязненных поверхностных водах со временем.

Второй вариант, добавил он, — повлияла аэрация, о добавлении которой в систему очистки ранее заявляли представители Водоканала.

— В любом случае это позитивный сдвиг. Небольшая ремарка: несмотря на то что опасность нитратов у многих на слуху, в превращении аммония в нитраты нет ничего страшного, ведь ПДК этих самых нитратов в пару десятков раз выше, чем для исходного аммония, — подытожил Аркадий Каюгин.