«Ноздря в ноздрю с TODES»: создатель тюменского театра «Европа» — о спектаклях за миллионы и гастролях по России

В 1999 году Дмитрий Ефимов собрал команду танцоров, которая теперь известна чуть ли не каждому тюменцу как театр «Европа». Ежегодно они показывают в Тюмени свои хореографические спектакли — театрализованные представления с танцевальными номерами. Худрук выбирает для постановки известную классику или поп-культурные хиты: «Маугли», «Парфюмер», «Дракула», «Ромео и Джульетта», «Алиса».

Все 26 лет его спектакли собирают аншлаги в Тюмени, но дальше нашего города «Европа» выбирается редко. Мы поговорили с Дмитрием о том, как превратить книгу в танец, сколько стоят его постановки и почему у театра до сих пор нет федерального спонсора.

— Чего нам ждать в этом сезоне о вашего театра? Чего готовите нового для тюменцев?

— В прошлом году у нас был первый сезон «Ромео и Джульетты», но очень мало народу попало тогда на спектакль, потому что мы смогли показать его только один раз. Над спектаклем мы работаем с командой Formation VERA. Они спортсмены, поэтому сыграть постановку мы смогли только один раз в год.

И вот сейчас будет второй сезон. На самом деле, работать с двумя коллективами очень сложно, но мне как режиссеру даже больше нравится процесс, чем результат. Репетиции, грим, свет, хореография — я кайфую от этого. К тому же у меня есть команда хореографов, которые мне помогают.

— За 26 лет у вас было множество постановок. Среди них «Дракула», «Парфюмер», «Ромео и Джульетта», «Алиса», «Шерлок Холмс». По какому принципу вы выбираете, за какие истории браться?

— Я читаю книги, смотрю фильмы, хожу в музеи, и мне попадается что-то, что кажется актуальным сегодня. Допустим, мне очень понравился в свое время фильм «Парфюмер». Пять лет я пытался сделать спектакль, пока не нашел главного героя.

— То есть вас вдохновляет поп-культура?

— Да, в целом так.

— Есть ли у вас любимая постановка среди проектов «Европы»?

— Сейчас это «Ромео и Джульетта», она как последний родившийся ребенок. Formation VERA ведь бальники, а у нас другая немножко структура, другая пластика, и мы полгода делали этот спектакль.

— Я слабо себе представляю, как рассказать историю Дракулы или парфюмера на сцене в танце. Насколько сложная задача — создать сценарий для такой постановки?

— Есть определенная кухня, которую, конечно, нельзя раскрывать, но для меня это действительно сложный процесс. Изучаешь первоисточник и потом стараешься сделать так, чтобы зритель всё понял — неважно, читал он первоисточник или нет.

Я продумываю всё до мелочей. Допустим, в «Парфюмере» есть сцена, где главному герою привозят розы. Так родилась идея для номера роз, через них герой должен был пройти дальше, дальше, дальше.

Мне очень нравится, когда зрители после нашего спектакля перечитывают книгу или пересматривают картину.

— Когда коллектив только создавался, в 1999-м, вы сразу думали, что всё разрастется до таких масштабов?

— Нет, конечно. Я просто очень сильно любил танцы, потом ударился в режиссуру, в хореографию. Даже не думал, что мы, театр «Европа» в Тюмени, неделю будем собирать аншлаги по два спектакля.

Раньше мы даже афиши сами рисовали. Это было, конечно, очень смешно. А теперь, представляете, у меня есть коммерческий директор, продюсеры, команда, которая отвечает в том числе и за афиши.

— В 2010 году вы рассказывали 72.RU, как устроен театр, команда, говорили, что у вас несколько составов. А сейчас у вас в сообществе прочитал, что есть уже и детская группа. Как устроен коллектив сейчас?

— Сейчас у меня больше десяти групп. Есть группа 30+, есть группа 40+. Основной состав так и остается, они получают зарплату. Но и для них «Европа» тоже считается хобби, которым они занимаются помимо основной работы.

Мои танцоры работают в банках, на телевидении, они работают так же, как и вы. А вечером они приходят в театр.

— Как думаете, зачем им это?

— Я думаю, это любовь друг к другу и тому, что ты делаешь. Это точно. Несмотря на то, что они устали, что Ефимов продолжает орать, мы настолько уже вместе, настоящая большая семья. Ребята меня все понимают.

За 26 лет ни парни, ни девушки просто так не уходили. Это либо беременность, либо армия, либо переезд в другой город.

— Сколько сегодня стоит постановка вашего спектакля?

— Если брать «Ромео и Джульетту», то это очень дорогой спектакль. Прям очень дорогой.

— Это десятки миллионов рублей?

— Да, да.

— А что больше всего денег отнимает?

— Я думаю, это всё в совокупности дорого. Например, на этом спектакле я впервые взял профессиональный звук. В Тюменском драматическом театре есть звук театральный, а для танцовщиков должен быть немного другой, танцевальный.

В нашем спектакле есть номер, где ребята фехтуют на шпагах. Одна такая стоит 9000 рублей, и заказывать ее нужно было в Москве. Мы сломали, наверное, шпаг 18. Очень дорогие костюмы для девочек, которые танцуют номер «Хиллз», это каблуки. А еще есть рекламная кампания: афиши, баннеры, аудио, видео — вот это всё.

— Вас называют «тюменским TODES». Как вы относитесь к такому сравнению? Не раздражает?

— Нет, не раздражает, я очень уважительно отношусь к Алле Духовой и обожаю TODES. Мне абсолютно комфортно.

— Чем вы похожи и чем отличаетесь?

— Сходство между нами — это синхрон, который делаем мы и они. Мы прям ноздря в ноздрю. А разница в том, что у них шоу состоит из номеров, а мы все-таки ставим спектакли. У них спектаклей нет.

Допустим, у «Парфюмера» аналогов нет вообще, и мы даже хотели поехать с ним в Париж: уже шли переговоры, а потом началась пандемия. Но моя мечта до сих пор остается — показать французам русских ребят и русскую хореографию.

— Насколько мне известно, на новинки «Европы» в Тюмени билеты очень быстро разбирают. Как думаете, что так тюменцев в вашем театре цепляет?

— Я думаю, это качество. Когда мы приходим в магазин и видим, например, хорошее свежее мясо, сразу понимаем, что из этого можно приготовить потрясающий стейк, самый вкусный.

Я уверен, когда люди приходят посмотреть на наши спектакли, они понимают, что от начала до финала получат качество звука, света, декораций, всего-всего. И неважно, сколько стоит билет. Будучи в Москве или где-то за границей, я обожаю сходить на качественный мюзикл или хореографический спектакль и готов за это платить.

— Что-то из просмотренного вы используете в своих постановках?

— Хореографию я не беру, но мне нравятся спецэффекты. Сейчас они очень крутые, например занавес, который улетает. Я применяю это в Тюмени, чтобы наш тюменский зритель, которого я безумно обожаю, увидел здесь то, что Ефимов привез из Парижа.

— Есть ли у вас и у коллектива желание расширяться, выйти на федеральный уровень с кучей гастролей и разных городах?

— Это прям круто, если гастроли. Но для нашего коллектива это очень затратно: нас сто человек, целый самолет. Последние гастроли у нас были в Сочи, и они прошли потрясающие, было четыре аншлага. Однако это для меня всё равно убыток. С этой поездкой мне помог друг, мы съездили за его счет.

Я бы очень хотел иметь таких спонсоров, чтобы всё это вывезти. Нам, наверное, трейлера три нужно, чтобы поехать. Но у нас, к сожалению, нет таких спонсоров.

— К театрализации какого еще произведения — фильма, книги и так далее — вам хочется прийти?

— Очень хочу поставить «Мастера и Маргариту».

— Почему?

— Это вечная потрясающая классика. Но это и очень сложное произведение, тем более для хореографии. Поэтому пока я не пройду все нюансы, я не возьмусь. А вообще мне очень нравится тенденция, как переделывают на экранах наши популярные мультфильмы. Тот же «Летучий корабль», «Бременские музыканты».

Мне все-таки кажется, что мультфильмы лучше, чем кино. Но это всё равно очень круто, ребятишкам нравится. А так я стараюсь идти в ногу со временем, следить за тем, что сейчас модно, какие тенденции, чтобы зритель к нам возвращался.

— Готовы ли вы меняться, трансформироваться, если вдруг так случится, что востребованность спектаклей начнет падать, людей перестанет цеплять?

— Однозначно, да, готов деформироваться как угодно. Если вдруг вот это не пойдет, значит, на следующий год я поставлю аквариум огромный на сцене и научу людей плавать. Потому что понимаю: в Тюмени этого еще не было.

Ранее мы пообщались с тюменским режиссером Даниилом Чащиным, создателем сериала «Райцентр». Он рассказал о своем детстве в Тюмени и источниках вдохновения. Его откровенное интервью — здесь.