«Кто Вовку сдал?»: участник тюменской «банды ФСБ» рассказал, что до последнего скрывал главаря

Уральский окружной военный суд продолжает рассматривать уголовное дело в отношении двух участников «банды ФСБ». Для дачи показаний в Тюмень привезли самого активного участника банды — Алексея Короткова, которого уже приговорили к 24 годам лишения свободы. Второй день его допроса начался с заявления самого убийцы. Коротков написал, что адвокаты Александра Кобылина и сам тренер по самбо во время заседания отпускали обидные для него слова и реплики, касающиеся в том числе и методов его работы. Несмотря на то, что он болезненно воспринял такие замечания, впечатление робкого парня Коротков не производит. Он резкий, нервный, часто выходил из себя из-за вопросов, но старался не срываться и не показывать волнения. Дрожащие руки он всё время прятал за спиной, когда поднимался со скамьи рассказывать о произошедшем. О том, что рассказывал Алексей Коротков в первый день своего допроса, читайте в нашем репортаже. В основной состав банды входили трое сотрудников ФСБ: Владимир Гилев, Алексей Коротков и Евгений Гладких. Группировка действовала с 2008 года по весну 2017 года. Первые два года в банду входил опер городской милиции Сергей Зозуля, который сейчас объявлен в международный розыск. Весной 2015 года к ОПГ примкнул Александр Кобылин, тренер по самбо. В общей сложности банду обвиняют в совершении 13 преступлений, из них семь убийств. Сначала активно допрос вели подсудимый Александр Кобылин и его адвокаты. Они указывали на разногласия в показаниях Короткова с тем, что он говорил во время следствия, и показаниями, оглашенными им в закрытом режиме рассмотрения дела. Свой последний рассказ Алексей Коротков изложил письменно — на пачке листов формата А4, исписанных от руки мелким почерком. На часть вопросов он отвечать отказывался, ссылаясь на этот документ. Но такие ответы от него слышали только Кобылин и его адвокаты, на вопросы судьи и прокуроров он отвечал без проблем. Убийство Чашникова Много внимания на судебном заседании уделили убийству таксиста Александра Чашникова, чье авто потом использовали для сорвавшегося обстрела кафе «Киш-Миш». Тренер по самбо, задавая вопрос, озвучил фрагмент из письменных показаний Алексея Короткова. Последний указал, что во время поездки к нему повернулся Евгений Гладких, сидевший рядом с водителем, и сказал, что таксист всех запомнил и его нужно убить. Здесь в пересказ речи вмешался сам подсудимый Евгений Гладких — он не удержался и выпалил: «Как он мог нас запомнить, если он рулил?» Тренер продолжил пересказ, дальше Коротков говорил, что сам Кобылин тоже сказал, что водителя отпускать нельзя. В этом моменте возникли вопросы — детский тренер по самбо поинтересовался, что же именно он сказал Короткову, ведь в ходе следствия утверждал, что «водителя отпускать нельзя», а в письменных показаниях уже «водителя нужно убить». Коротков пояснил, что в его понимании, речь шла только об убийстве. Он добавил, что Александр Кобылин видел, что пистолет был наготове и что он ждал момента выстрелить в водителя. Сам Александр Кобылин утверждает, что стал невольным свидетелем убийства и о намерениях сотрудников ФСБ убить таксиста он не знал, а произошедшее практически повергло его в шок. После еще череды таких вопросов о нестыковках Коротков уже не стерпел: — Первые показания даны в разнобой, и не стоит на них ссылаться. Они неправильные. Правильные показания — в досудебном соглашении, на моем суде и в этом заседании. Бывший офицер ФСБ Алексей Коротков пояснил, что в самом начале скрывал истинные мотивы преступлений и состав группы. Он объяснил это тем, что «нёс бред, чтобы никто ничего не мог понять и сам думал, что дальше делать». Планировали создать экстремистское сообщество Коротков отверг и собственные слова о намерении создать экстремистскую группировку, чтобы добиться продвижения по службе для себя и второго подсудимого — Евгения Гладких. О таких карьерных планах он сообщал следователю после задержания, 28 апреля 2017 года уже в рамках досудебного соглашения. За содействие следствию ему «скостили» срок — дали меньше, чем он мог получить. Алексею Короткову грозило пожизненное заключение. — В кафе «Тамрико» в 2014 году с Гладких пришли к мысли, что ввиду отсутствия карьерного роста пора предпринимать какие-то действия, которые могли бы сдвинуть с мертвой точки наши карьеры, — зачитал судья выдержки из показания Короткова. — Пришли к тому, что пора создавать прецеденты, события, которыми мы сможем воспользоваться в дальнейшем, получив выгоду. Прямо мы не говорили этого, но оба отчетливо понимали. Это должно было заключаться в убийствах лиц неславянской национальности. Мы должны были способствовать созданию группы националистического толка, которая бы состояла из молодых людей славянской национальности. Молодыми проще управлять, проще влиять на принимаемые ими решения. На фоне общественного резонанса можно определить лиц, склонных к аналогичным преступлениям. Затем планировалось сплотить между собой до пяти человек. Указанные люди под нашим негласным руководством, в том числе через соцсети, должны были совершить одно–два аналогичных убийства, используя огнестрельное оружие, ранее использованное нами для совершения убийств лиц неславянской внешности. После Коротков и Гладких должны были разоблачить группу и привлечь ее к уголовной ответственности. В число раскрытых преступлений должны были попасть и убийства, совершенные самими ФСБшниками. После этого разговора Коротков и Гладких убили 18-летнего таксиста Закиржона Холмуродова в ночь с 18 на 19 июня 2015 года. Осужденный Коротков пояснил, что экстремистскую группу он так и не создал, и целей таких у них якобы и не было. «Кто Вовку (Гилева) сдал?» При проведении очной ставки между Александром Кобылиным и Алексеем Коротковым во время следствия последний высказал фразу «Кто Вовку сдал?», которую тренер воспринял как некую претензию, угрозу. Под «Вовкой» имеется ввиду покончивший с собой в СИЗО 37-летний офицер ФСБ Владимир Гилев, которого называют лидером банды. Александр Кобылин в суде пояснил, что когда его допрашивали после задержания в мае 2017 года, то оперативник спрашивал у него об убийстве обнальщика Дмитрия Клованича в 2008 году. Информацию об этом убийстве он выдал якобы после того, как сотрудник правоохранительных органов сказал ему, что к ответственности могут привлечь его жену, которая работает бухгалтером и могла дать банде наводку на бизнесмена. — Я вспомнил момент, который мне рассказывал Владимир Гилев незадолго до задержания. Он сказал, что они с Коротковым причастны к убийству. Об этом я сказал оперативникам. Они пошли его допрашивать, и он сознался. Сам Алексей Коротков назвал всё это бредом, мол, он первый рассказал об этом убийстве. И пояснил, при каких обстоятельствах обронил фразу: — На очной ставке, когда я говорил, что Кобылин был в курсе, что мы будем его убивать (Чашникова. — Прим. авт.), его это очень сильно задело. На что я ему сказал: «А кто Вовку сдал?» Его сдал Кобылин, когда нас допрашивали. Я его не сдал, Гладких его не сдал, а он его сдал. Потому что это была для меня крайность. Все понимали, что он — основной человек. А раз Кобылин его сдал, то я начал спокойно в отношении него давать показания. Мне его стало не жалко. Защита Гладких За целый второй день рассмотрения от защитника Евгения Гладких и самого подсудимого, обвиняемого в 10 преступлениях, поступило по одному вопросу. Сам Гладких со скамьи подсудимых спросил, не собирался ли Алексей Коротков подставить его тем, что покупал на его имя оружие. — И я, и Гладких знали, для чего будет использоваться оружие, — ответил Коротков. Во время процесса он лично обратился к Евгению Гладких: — Жека, не надо вот это всё нести, эту полную чушь. Просто руки опусти и скажи, что да, было. Ну, что было, то было. Зачем ты сейчас-то начинаешь ерунду нести? Гладких ничего не ответил и руки не опустил, они остались сложенными за спиной. Адвокат подсудимого поинтересовался, почему Коротков не довел до конца убийство мигранта Холмирзоева в 2011 году. Гражданина Таджикистана использовали в «спектакле», который разыграли для предпринимателя Ибрагимова. Алексей Коротков отправлял бизнесмену СМС с угрозами и требованием миллиона долларов. После очередного сообщения Ибрагимов обратился к самому Короткову, работавшему в тюменской ФСБ, с просьбой о помощи. Силовик пообещал обеспечить безопасность. Затем Коротков и Гладких под предлогом работы вывезли мигранта в лес и задушили. Согласно показаниям дела, сначала Холмирзоева душил Коротков, но закончил начатое якобы Гладких. Позже труп этого мигранта представили Ибрагимову, как того самого рассылателя СМС с угрозами. О проделанной работе парочка чекистов отчиталась перед главарем банды Владимиром Гилевым. Алексей Коротков пояснил, что убийство мигранта было не его задачей: — Я шел первым, на автомате схватил его, повалил. Я должен был доехать с Гладких к лесу, выйти с ним в лес, а дальше он всё сам должен был делать. После допроса Алексея Короткова отпустили — он отправился дальше отбывать свой 24-летний срок в колонию. Рассмотрение уголовного дела продолжается. На заседаниях будут допрашивать свидетелей, изучать материалы уголовного дела. После должны выступить и сами подсудимые — Евгений Гладких и Александр Кобылин. Что еще почитать про «банду ФСБ» На предыдущем суде экс-ФСБшник Коротков рассказал, какую клятву они давали друг другу. Здесь можно прочитать полную хронику дела «банды ФСБ». Интересна и расшифровка последнего слова Короткова в суде. Также мы публиковали письмо детского тренера по самбо Александра Кобылина, которое он отправил Путину. Он рассказал свою версию случившегося. Про убийство таксиста Александра Чашникова, которое потрясло Тюмень, мы рассказывали тут.