«Хотим антуражно тусоваться». Зачем инженеры и айтишники шьют платья из штор и устраивают балы под попсу

Мужчины в шейных платках и фраках, женщины в пышных платьях, перчатках и с веерами. Это участники студии старинного танца «Северная сторона» из Барнаула. Вот уже более 20 лет они танцуют вальсы, кадрили и польки XIX века. О том, как хобби раскрепощает людей и зачем вот уже два десятилетия возрождают атмосферу прошлого, читайте в материале наших коллег из NGS22.RU.

В начале 2000-х клуб делал акцент на историческую реконструкцию — там в основном плели кольчуги и лепили кувшины. Тогда о танцах не шло и речи, но спустя время сообщество распалось на «танцоров» и «рыцарей». Интересы молодежи поменялись, как и руководитель клуба:

— Когда я только пришла на танцы, занятия там вела Тари. Вообще, она Настя, но любит эльфов, поэтому многие даже не знают, как ее зовут по-настоящему. Тогда Тари была преподавателем старинных танцев, но решила переехать. А студию — передать мне. Не сразу, но я стала руководителем. Ребята ко мне обращаются просто — Олечка Сергеевна, — рассказывает руководитель Ольга Диденко.

«Северная сторона» объединяет около сотни участников. Среди них — люди из разных сфер: инженеры, айтишники, журналисты и другие. Ходят в студию за атмосферой и чтобы отвлечься, окунуться в романтику другой эпохи. К тому же оказалось, что людям с техническим складом ума легко дается запоминание схем танцев.

В студию нередко приходят сутулые и зажатые в себе ребята, но спустя время раскрываются и понимают, что в этом обществе им не навредят. К тому же красивые наряды помогают выйти из зоны комфорта.

— Мы хотим, чтобы танцоры находили себе друзей, побеждали одиночество, изживали страхи и комплексы. Я сама прошла путь от «жду занятия всю неделю» до «я клевый танцор и человек, и мне хорошо в моей студии». И многие наши ребята шли или идут по этой же дороге, — рассказывает преподаватель Ксения Карпова.

Танцоры собираются три-четыре раза в неделю, есть занятия для новичков и более опытных. Проводят и тематические вечера: например, посвященные шотландским контрдансам или кадрилям. А совсем недавно в студии открылось новое направление — кросс-степ. Современный, импровизационный вальс со скрестным шагом. Танцуют его под медленные треки на три четверти.

Вальс в студии отличается от того, что дают в школе на последнем звонке. Хореографы учат школьников танцевать как бальники — по квадрату. А в «Северной стороне» вальс иной — танцуется по кругу.

Дресс-код на вечеринках студии чаще всего облегченный — составить образы нетрудно из того, что уже есть в гардеробе. А организаторы всегда готовы помочь с выбором и подсказать, если вдруг студийцы не могут сориентироваться, в чём идти.

На большие мероприятия платья всё же приходится шить. Женщинам в этом хобби труднее — они стараются выглядеть по-особенному, шьют костюмы и нижнее белье разных эпох. А парни меняют шейные платки, запонки и иногда вылезают из фраков в обычный костюм-тройку.

За пошивом платья для балов XIX века обращаются к специальным швеям, которые знают, как создать модный по тем временам силуэт колокола, и могут порекомендовать, какие ткани взять.

Платья выгодно шить из шторных тканей, поскольку на них уходит от 6 до 10 метров полотна. Стоимость такого костюма разная: можно ограничиться простым фасоном или вложиться в более детальные и сложные наряды. Цена таких платьев порой превышает и 20 000 рублей. Под ними, кстати, еще несколько дополнительных слоев: девушка надевает нижнюю сорочку, корсет, панталоны, кольца, которые держат форму платья, и несколько подъюбников. Корсет затягивают так, чтобы сделать практически осиную талию. Ходят в нём всё мероприятие, то есть от трех до пяти с лишним часов.

На танцах можно встретить и тех, кто шьет костюмы своими руками. Притом до танцев девушки за швейные машинки чаще всего не садятся, но хобби увлекает и в шитье. Следят и за трендами в танцевальном сообществе:

— Пару лет назад узнала, что в XIX веке были примеры, когда барышни вместо аксессуаров добавляли в прически что-то съестное. На Рождество в моих волосах были мандарины, а недавно вставляла даже сушки. Потом, после бала, мы ели их толпой. В планах на ближайшее — охотничьи колбаски, — рассказывает участница студии, Алина Балакина.

А вот Анна Земцова, еще одна участница, изучая историю моды, поняла, что хотела бы одеваться в ретро. Поэтому чаще всего ее можно встретить в непривычном для городской жизни образе:

— Одежда — способ рассказать о себе без слов, что я и делаю.

Танцы — среда, располагающая к общению и знакомствам, в «Северной стороне» у многих завязываются дружеские и даже романтические отношения. Здесь встречаются взглядами, держатся за руки, улыбаются и не упускают возможность обнять друг друга. Студийцы говорят, что знакомства и тесное общение — «побочный эффект хобби».

— Мы с мужем общались в одном коллективе три или четыре года и даже не рассматривали друг друга как возможных влюбленных. В итоге всё как-то завертелось, начали общаться ближе, попробовали встречаться. Вот… Пробуем. Женаты больше двух лет. По-прежнему танцуем. Предложение, кстати, он сделал мне на балу, — рассказывает участница «Северной стороны» Анастасия Потанина.

Значительную часть жизни студии составляют поездки: участники выезжают на фестивали и балы по всей России. И точно знают, что там им будут рады. Поездки — возможность познакомиться с такими же увлеченными людьми, обменяться опытом и узнать о танцевальных трендах других городов.

По словам Ольги, балы в наше время совершенно отличаются от тех, что были в XIX веке:

— Раньше балы составляли часть жизни высшего общества, а нам просто хочется антуражно тусоваться. Как-то в Центральной России пробовали сделать прям историчный бал — все устали, было скучно. На наших балах обычно около 20–30 танцев, и чаще всего со сменой партнера, поскольку мы приходим именно за общением и эмоциями.

Сама же Ольга пришла в исторические танцы только в 31 год, причем вместе с мужем. Тогда увидела их на «Музейной ночи» и решила присоединиться. Притом не умея танцевать совсем — с детства мечтала стать принцессой в красивом платьице:

— Я год уговаривала мужа пойти, он думал — это не для мужчин. Но потом понял, что социальные танцы прежде всего про общение и возможность раскрепоститься. У нас в студии и специальная хореографическая подготовка не нужна.

Современные балы свободны от формальностей той эпохи, организаторы не требуют особенного поведения или отыгрышей ролей знатных персон. Но просят лишь соблюдать дресс-код, обращаться друг к другу на «вы» и стараться поддерживать светские беседы. По возможности, не выражаться сленгом. Юмор на таких мероприятиях тоже довольно специфический — шутят в основном на темы, связанные с историей.

В танцевальном сообществе считают, что пытаться досконально воспроизвести прошлое бессмысленно, поскольку сейчас другой темп жизни и музыка. Поэтому порой танцуют привычные танцы под современные треки, например кадриль «Петербургские саночки» студийцы когда-то прыгали под «Любимку», а на свободные вальсы могут включить трек, который создала нейросеть. Как-то в студии и вовсе сняли танцевальный клип на песню «Короля и Шута».

— Пусть это не самые модные танцы, но они классные. Нам же нравятся разные жанры фильмов и музыки, значит, и разные танцевальные направления имеют право на популярность в своей аудитории. Если вы слушаете фолк, рок и классику, скорее всего, в «Северной стороне» вам будет комфортно, — говорит преподаватель Светлана Ермошина.