«Мэрия спала полгода»: в Новосибирске у дочери погибшего на СВО военного забирают квартиру — ее перепродавали незаконно

Елена Пойда — вдова погибшего бойца СВО. Вместе с младшим сыном она живет в Камне-на-Оби, а ее старшая дочь учится в Новосибирске и живет в квартире, которую у нее пытаются забрать. Жилье Елена купила для дочери в 2023 году на выплаты за погибшего мужа, когда девушке еще не исполнилось 18 лет. В 2024 году она окончила школу и переехала в подготовленную за это время квартиру в Новосибирске, чтобы продолжить учебу. Но оказалось, что ее она заняла незаконно, а права на нее предъявила мэрия Новосибирска. Корреспондент NGS.RU выяснил, как добросовестные покупатели обычных хрущевок могут оказаться за порогом и без денег.

Супруг Елены Пойды был профессиональным военным, служил больше 12 лет и бывал в разных точках боевых действий, где дислоцировались российские военные. В 2022 году он погиб в зоне СВО. В Камне-на-Оби у Дениса Пойды осталась 41-летняя супруга Елена и двое несовершеннолетних детей. Сыну Кириллу осенью 2024 года исполнилось 12, а старшая дочь Елизавета осенью этого года поступила в новосибирский вуз, сейчас ей 18 лет.

После гибели кормильца семья получила положенные выплаты. Причем средства полагались именно детям: Елена распоряжаться самостоятельно ими не могла, любая сделка с этими деньгами могла проходить только под контролем органов опеки, ведь оба ребенка несовершеннолетние.

— Мы дождались, когда будут начислены все выплаты детям, положенные за отца, и в 2023 году, чтобы деньги не лежали и не потеряли свою ценность, мы вложили их в недвижимость. Сначала мы купили сыну квартиру в новостройке, а потом, весной уже, дочь нашла вот эту квартиру на Жуковского, 113/1. Ей понравилось, — рассказывает Елена Пойда.

Сделку проводили через агента: она сама осматривала квартиру перед приездом семьи, а затем — очно, вместе с ней. Все документы проверяли органы опеки — только после этого Елене разрешили снять средства со счета для проведения сделки: квартира стоила около 4 миллионов рублей. После оформления документов в МФЦ их копии также предоставили органам опеки.

По словам Елены, продавец квартиры предоставил все документы: выписку из ЕГРН, квитанцию об оплате ЖКХ. Никаких долгов, обременений и тем более зарегистрированных в квартире людей не было. В документах четко прослеживалась цепочка предыдущих сделок по квартире. Сделку одобрили в Росреестре. Все проходило совершенно гладко, никаких подозрений о наличии подводных камней не возникало.

В течение года с момента покупки квартира пустовала: Елизавета доучивалась в 11 классе и готовилась к поступлению в вуз. За это время в квартиру завезли мебель, заказали кухню, остеклили балкон. А потом по месту регистрации семьи в Камне-на-Оби пришла повестка в суд.

— Мэрия Новосибирска потребовала, чтобы признали все сделки недействительными, что квартира якобы должна принадлежать им. Я отправила эту повестку предыдущему хозяину и риелтору, — рассказывает Елена. — Они тоже были очень удивлены: сказали, что впервые с таким сталкиваются. С этого момента пошли все эти выяснения.

Как поняла Елена, в квартире проживала одинокая пенсионерка, и когда в мае 2022 года она умерла, городская администрация предполагала, что жилье станет муниципальным имуществом. В хрущевке женщина проживала с 1991 года, в 2015 году она ее приватизировала. На момент смерти пенсионерки наследников у нее не было, и квартира формально оказалась ничьей — в этом случае жилье попадает в категорию «выморочного имущества» и действительно переходит в собственность муниципалитета. Эта процедура регулируется ст. 1151, 1153, 1154 Гражданского Кодекса Российской Федерации и закона о нотариате. Основанием для перевода квартиры в статус муниципальной служит обращение из районной администрации.

— Для меня встал вопрос: почему мэрия спала полтора года и пропустила три сделки? А потом, когда купили ребенку на деньги за жизнь отца, начались какие-то разборки, — недоумевает Елена Пойда.

В мэрии Новосибирска на запрос НГС о том, как и когда квартира перешла в собственность города сообщили, что информацию о «бесхозной квартире» получили из администрации района в январе 2023 года.

— Было установлено, что квартира по вышеуказанному адресу оказалась в незаконном владении третьих лиц, — говорится в ответе городской администрации. — Мэрией города Новосибирска было подано исковое заявление в Заельцовский районный суд города Новосибирска об истребовании из чужого незаконного владения недвижимого имущества — квартиры в доме № 113/1 по ул. Жуковского.

Волею судеб «третьими лицами» оказались Елена и Елизавета Пойда — супруга и дочь погибшего военного.

Согласно данным мэрии, на протяжении восьми месяцев после смерти пенсионерка еще числилась в квартире, а сделку по продаже провели через семь месяцев. Откуда появился первый собственник, как он сумел зарегистрировать свое право на квартиру, хозяйка которой уже полгода как скончалась, а также сумел ее продать — вопрос, возможно, к будущему следствию.

Квартира затем прошла еще через несколько сделок, пока мэрия не обратилась в суд. Вопрос о том, почему это не произошло раньше, остается открытым. Информация о появлении нового собственника, некого Надымова В.Л., появилась еще в январе 2023 года. Буквально через семь дней после того, как в мэрию поступила информация о присвоении выморочного имущества, квартира была продана, но городские власти не вмешались. Следом недвижимость беспрепятственно прошла еще через две сделки — только после этого управление по жилищным вопросам мэрии города Новосибирска заявило свои права на хрущевку.

В результате нескольких судов по иску мэрии Елене Пойде и ее дочери было предписано освободить жилплощадь. Женщина продолжала отстаивать свои права, подала апелляцию. Ее рассмотрение проходило в Кемеровском суде, и в другом регионе и прокуратура, и суд встали на сторону семьи, признав их добросовестными приобретателями.

И продавец квартиры, и семья Пойда считают себя пострадавшими и действуют сообща, так как оказались заложниками ситуации.

— Меня интересовал вопрос, что в первой инстанции суд не исследовал то, каким образом построена система информации о выморочном жилье. Почему о своих правах на квартиру мэрия заявила так поздно? Простите, вы где полгода были? — комментирует ситуацию представляющая их в суде юрист Анастасия Егошина. — Они заявили [иск], когда с жильем уже успели совершить несколько сделок. Поэтому остается вопрос, почему обычный человек остался крайним в ситуации, когда несколько государственных муниципальных структур должны были его подстраховать и защитить. Они с себя всю ответственность переложили на плечи моих доверителей, сидели и доказывали свою добросовестность.

Кемеровский суд назначил новое рассмотрение иска, в котором должны изучить всю цепочку сделок с квартирой. Кроме того, суд определит сроки, в которые муниципалитет должен заявить свои права на выморочное имущество: если они были нарушены, добросовестные приобретатели могут претендовать на защиту сделок и вложенных средств, а также на защиту законного права собственности.

Елена Пойда говорит, что из-за переживаний, связанных с разбирательствами и риском лишиться жилья, у ее дочери начались проблемы со здоровьем. Сейчас Елизавета живет в той самой квартире на Жуковского, учится в колледже на юриста и каждый день думает о том, что все это можно потерять.

— Мы и так у невролога состоим на учете после смерти отца, сейчас с этой квартирой все пошло. Она пропустила очень много школьных занятий, потому что мы не выходили по неврологии из больницы, она два месяца лежала в стационаре на уколах, — чуть не плачет Елена. — Мы покупали, как все люди покупают: все было проверено, как положено. Почему мой ребенок сейчас должен нервничать еще дополнительно и страдать из-за того, что кто-то когда-то что-то просмотрел?

Ответ мэрии Новосибирска на редакционный запрос мы получили уже после решения Кемеровского суда и назначении пересмотра этого дела. Судя по нему, городская администрация намерена настаивать на своей правоте и выселить девушку, а квартиру перевести в муниципальную собственность.

— Для защиты прав дочери Пойды Е. Н. мэрией города Новосибирска рекомендовано подать иск к министерству финансов Российской Федерации с целью взыскания ущерба, который понес добросовестный покупатель от незаконных сделок, — посоветовали женщине.

Елена Пойда, в свою очередь, не намерена освобождать приобретённую квартиру и искать другую на деньги, которых фактически нет.

— Вроде как говорят, что поддержка семьям погибших и все прочее, а получается, то же государство подает в суд и пытается забрать у ребенка квартиру. Почему уголовное дело не заводилось в таком случае, если они думают, что не было у бабушки каких-то наследников? Кто вообще их проверял? Мы, конечно, до последнего будем стоять на своем, — заявила она.

Ранее мы рассказывали, как мошенники вынудили пенсионерку продать квартиру и выгнали ее за порог.