«Неужели мужчина делал себе ботокс?»: Медики спасли тюменца после необычной реакции на лекарство

Медики скорой помощи считаются экстремалами в медицине. Это не только потому, что порой они оказываются в опасных местах во время вызовов, но и из-за своей быстроты реакции. Иногда им помогают установить диагноз совсем непредсказуемые вещи. Как это было, например, с тюменским медиком, однажды приехавшим на вызов, где молодой мужчина внезапно потерял сознание. Подсказкой для врача послужила свадебная фотография пациента…

Подробнее про эту необычную историю читайте в колонке фельдшера скорой помощи. Далее — от первого лица.

Телевизор какое-то время показывал фильм сам себе. Из находившихся в комнате за происходящим на экране уже никто не следил: ни мужчина, безучастно сидевший на диване и уронивший голову на грудь, ни женщина, ходившая перед ним взад-вперед и пытавшаяся дрожащими пальцами набрать номер экстренной службы. Наконец ей удалось дозвониться, и после нескольких вопросов диспетчер приняла вызов для бригады скорой помощи.

Выезжая с предыдущего вызова, наша машина внезапно оказалась на какой-то давно не ремонтированной, полностью разбитой колесами проезжающих авто второстепенной дороге. Охая и вздыхая на каждом ухабе, двигатель скорой намекал водителю о неправильно выбранном пути. Мы в это время, как по команде, занимались принудительной гимнастикой: наклонялись вправо, влево, взад-вперед.

Привычно надрывно закричал планшет. «Ну-ка, что нам в этот раз предлагают полечить? — сказал я, беря его в руки. — Повод срочный. Сергей, включай сирену и мигалки! — это я обратился к водителю. — Без сознания».

Прослушав запись разговора диспетчера с женщиной, яснее не стало. Та лишь сбивчиво повторяла несколько раз: «Мы смотрели телевизор, и вдруг муж внезапно встал с дивана, сказал, что ему очень плохо, и упал на него. Спросить его я ничего не могу, так как он не разговаривает».

О, ну тут причиной такого состояния могло быть что угодно, тем более мужчина. Тем более тридцати лет. Группа риска по возрасту и полу — опасное сочетание.

Ровно через шесть минут мы уже стояли у нужного подъезда. Звонок по домофону — впустили сразу. Дверь в квартиру была открыта: да, нас ждали. На пороге стояла молодая женщина. Дрожащим от волнения голосом она пригласила нас в комнату. Было видно, что она очень нервничает и переживает, но сдерживает себя, понимая, что паникой и суетой будет лишь мешать нам в работе.

В комнате на диване сидел мужчина с опущенной головой. Я подошел к нему и положил пальцы на сонную артерию. Пульс был! И, находясь рядом, я слышал его дыхание. Мужчина был жив, но находился в тяжелом состоянии. Нам предстояло выяснить, от чего. Начальные действия были стандартны: жгут на руку, катетер в вену — дальше вести терапию уже через него. Напарник в это время измерял показатели гемодинамики. Пульс явно частил, давление должно было быть, но не прослушивалось, уровень сахара стабилен, кислород умеренно снижен. Мужчина был бледен и покрыт холодным липким потом. Мы наложили электроды и стали снимать ЭКГ, заподозрив инфаркт. Но нет, на пленке все было чисто.

От оказываемой помощи пациент окончательно пришел в себя, но оставался в состоянии оглушения. Жена, видя, что мужу становится легче, уже могла говорить спокойнее. За всеми манипуляциями мы не забыли расспросить ее о заболеваниях, которыми страдал муж. «А вы знаете, он совсем недавно выписался из хирургического стационара. Там ему панкреатит лечили», — торопливо ответила жена. Но пальпация живота была для него совершенно безболезненной. Значит, дело было не в повторном воспалении поджелудочной железы. На кардиограмме данных за инфаркт не было. Это были две хорошие новости: инфаркта не было, панкреатита тоже. Что же случилось на самом деле? А кто его знает… Пока ответа не было.

Я занимался лечением, все пытался понять, что же с ним произошло. И тут мне на глаза попалась фотография, висевшая на стене. В невесте легко угадывалась женщина, встретившая нас. А вот жених слабо походил на мужчину, лежавшего на диване. Нет, конечно, болезнь не красит человека, но это были два абсолютно разных лица. Мужчина на фото улыбался, но его губ было почти не видно — настолько тонкими они были, как пояснила жена, от природы. У нашего же больного они были скорее пухлыми, да и лицо выглядело более полным. Я даже удивился: неужели мужчина делал себе ботокс или что-то в этом роде? Жена отвергла подобные косметические манипуляции, хотя сама с удивлением подтвердила необычную для мужа форму губ. Она даже представить не могла, что с ними случилось.

Зато начал догадываться я. «Скажите, сегодня он не употреблял в пищу каких-то новых продуктов или, может быть, лекарств, впервые назначенных ему?», — спросил я. Женщина, удивленная такими, казалось бы, совершенно не относящимися к делу вопросами, подумала и ответила: «А вы знаете, ему доктор при выписке назначил принимать спазмолитик. Раньше, насколько я помню, он его никогда не принимал».

Возможно, здесь и крылся ответ. Низкое давление, предполагаемая аллергическая реакция — все это позволяло сделать укол адреналина. Этот препарат и давление поднимет, и, если я правильно заподозрил причину случившегося, значительно улучшит состояние. И вот оно — чудо правильной диагностики! Состояние мужчины стабилизировалось прямо на глазах. Влажная кожа подсохла, вернув себе природный розовый цвет. Он даже смог начать полноценно общаться с нами. Что ж, тогда дополнительно в вену — еще доза гормонов и «Супрастина». Давление поднялось, дыхание восстановилось. «У вас случилась тяжелая аллергическая реакция по типу отека Квинке на препарат, принятый вами впервые», — пояснил я.

Еще через несколько минут он выглядел и чувствовал себя как абсолютно здоровый человек. Он даже попытался отказаться от предложенной госпитализации: «В больницу-то зачем ехать? — спрашивал он. — Мне же уже хорошо». «Поймите, подобная реакция может повториться. Вам требуется медицинское наблюдение более длительное, чем наше пребывание на вызове». Он с нашими доводами согласился и стал собираться в стационар. «Телевизор только выключите», — напомнил я паре.

В приемный покой наш пациент, предварительно оформивший отказ от носилок, выходил уже самостоятельно.

Врачи нередко делятся своими историями из практики. Порой они бывают забавными, но чаще всего трагичными. Подробнее можете прочитать в колонках фельдшера скорой помощи Ларисы Массон.

Например, не так давно у нас выходила статья про другой жуткий случай с тюменской скорой. Вызов начинался как срочный, но вроде бы обычный. Пожилая женщина тяжело дышала — стандартная ситуация для скорой помощи. Но то, что произошло дальше, врачи будут помнить всю жизнь. Пока медики боролись за жизнь пациентки, на площадке перед дверью умирал ее сын.