Антон Комаров, студент IV курса ТюмГМА, изобретатель: «Первое научное исследование о жизни стрекоз я провел в третьем классе»

Обычно когда речь заходит об изобретателях, то сразу представляется образ седовласого старца, серьезного, величественного и отрешенного. Представить в такой роли 20-летнего юношу довольно сложно. И тем не менее студент четвертого курса педиатрического факультета Тюменской государственной медицинской академии Антон Комаров признан одним из лучших изобретателей и патентообладателей Тюменской области.

Награду за активную деятельность в научно-технической сфере и вклад в преумножение интеллектуального потенциала региона Антон получил к Международному дню интеллектуальной собственности в числе других изобретателям и патентообладателям региона. На сегодняшний день он является обладателем 38 свидетельств на регистрацию интеллектуальной собственности, 13 из которых – это патенты на полезные модели и 25 – свидетельства о государственной регистрации программ для ЭВМ. По словам Антона Комарова, в медицине его интересуют многие направления, поэтому он проводит поиск в различных областях медицинского знания.

– Антон, когда у вас появилась тяга к изобретательству?

– Один известный ученый сказал, что настоящего исследователя-ученого отличают, прежде всего, интерес ко всему окружающему и любознательность. Эти качества проявились у меня еще в детстве в третьем классе – на даче я провел свою первую научно-исследовательскую работу о жизни стрекоз, выступил с докладом на школьной научно-практической конференции «Ломоносовские чтения» и получил первый «Диплом I степени». В четвертом классе выступал с работой «Правда о комарах, или самый опасный зверь на Земле» на секции старших классов и занял первое место, обойдя в конкурсе одиннадцатиклассников.

Но своей настоящей научно-исследовательской работой я считаю исследования, посвященные иксодовым клещам юга Тюменской области, переносящим такие опасные заболевания, как весенне-летний энцефалит и болезнь Лайма. Это был пятилетний труд, включающий летние экспедиции по отлову клещей, изготовление препаратов, съемки видеофильмов и проработку литературы. За эту работу в девятом классе на конференции «Шаг в будущее» Уральского федерального округа я был награжден дипломом «За лучшую работу в области естественных наук».

– Такая масштабная деятельность не мешала обучению в школе? И почему после ее окончания выбор пал на медакадемию?

– В школе я учился легко, потому что мне опять же было интересно, и новая информация не тяготила, а привлекала. Поэтому окончил школу экстерном с золотой медалью. В медакадемию пошел, так как с детства хотел стать врачом-педиатром, помогать больным малышам. Кстати, недавно у меня вышел сборник стихов, в котором есть стихотворение «Я вчера увидел мальчугана», отвечающее на вопрос о выборе профессии: «Он дает доверчиво ручонку, Мы идем, и я волнуюсь тоже, Если я могу помочь ребенку, Значит, день мой не напрасно прожит».

– Почему ваши изобретения из разных областей медицины?

– Да, мои изобретения посвящены самым различным направлениям. Я люблю медицину, как науку в целом. Именно поэтому провожу поиск в любой из отраслей, с которой только сталкиваюсь. Кстати, вот одно из первых изобретений – устройство для сопоставления краев и зашивания кожной раны. Это довольно легкая конструкция из титанового сплава очень простая в действии. Применение этого устройства отличается от той техники, которая проводится сегодня при зашивании ран. Сейчас изобретение находится на этапе клинического внедрения. И это все не так просто – сначала необходимо создать модель, затем провести эксперименты на биологических моделях, в частности на свиной коже. Потом еще месяца три нужно подождать, прежде чем придет настоящий патент.

В каждом патенте я представлен не один, это всегда группа. У меня не так много практики, поэтому не могу с уверенностью сказать, что данный патент будет промышленно применим либо имеет право на существование в клинической практике. Так что я всегда привлекаю для этого знающих врачей, которые скажут: «Да, это подойдет». Достаточно долго я готовил хирургические устройства: помимо того, что нужно его придумать, описать модель, еще и объяснить целесообразность применения.

– Как рождается изобретение? Это результат практики? Или же неожиданное озарение?

– По большей степени, мысли возникают без видимых на то причин. Идею сразу же нужно от руки записать, не упустить этот момент, иначе мысль забудется. Поэтому у меня всегда с собой имеется блокнот. С каждым годом я все больше погружаюсь в медицинскую науку, открываю что-то новое и нахожу то, что можно усовершенствовать или предложить качественно новое. Так, на кафедре томографической анатомии было разработано устройство для пересечения трубчатых костей. В принципе, оно может найти применение в военно-полевой хирургии либо при чрезвычайных ситуациях, когда человек находится в завале, его конечности сдавлены. Если он там пребывает длительное время, то конечность необходимо ампутировать на месте, иначе пострадавший умрет, как только его извлекут из-под завала. Бывает, что хирургу в такой ситуации трудно подобраться с инструментом к пострадавшему, а с устройством для пересечения трубчатых костей – просто, так как амплитуда движений совсем небольшая.

– А легко ли внедрить в медицинскую практику изобретения? И как к ним относятся сами медицинские работники?

– Относятся положительно. Это вообще приоритетное направление в нашей медицине, мы всеми силами стараемся развивать ее доступными способами. И такую деятельность не оставляют без внимания. Хотя, конечно, работаю над изобретениями я больше для себя, мне это очень нравится, доставляет радость.

– Кого вы могли бы назвать своим учителем?

– Мой учитель,наставник – Николай Яковлевич Прокопьев. Он сумел разжечь тот огонь изобретательства. Я сначала не предполагал, что буду этим заниматься, получится ли у меня. Когда я к нему приходил, видел висящие на стене патенты и думал, что это недоступно. Но однажды Николай Яковлевич предложил попробовать и дал задание, которое у меня получилось выполнить. И первый мой патент как раз связан с этим заданием. Мне понравилось изобретать. И по каждому изобретению я с ним советуюсь.

– В дальнейшем куда планируете пойти работать?

– До конца еще не определился. В каждой области медицины я вижу для себя что-то привлекательное, новое и интересное. В следующем году уже буду решать окончательно – отсортирую нужное и ненужное.

– Не секрет, что сегодня отношение к медицине неоднозначное – конфликт между врачом и пациентом пока что не разрешен. С вашей точки зрения, что не хватает современной медицине? Какая она?

– В педиатрическом отделении, где я работаю, отношения и врачей к больным, и пациентов к медицинским работникам нормальные, не такие, которые порой нагнетают. У нас не было конфликтных ситуаций, больные четко исполняли предписания врачей, лечение проводилось в соответствии с листом назначений. Я проводил там достаточно много времени, в том числе и оставался на ночные дежурства, и не могу сказать, что обстановка была хоть сколько-нибудь накалена.

– Представим, что вы – управленец в сфере здравоохранения. Что бы изменили, какие новшества предложили бы?

– Пока я не на этом месте, сложно сказать. На своем месте я доволен медициной, абсолютно не жалею, что сюда пошел.

– Учиться в вузе тяжело?

– Да, достаточно тяжело. Ну на пятерки, я имею в виду.

– Родственники-друзья за консультацией уже обращаются?

– Первое правило, которое я усвоил – по телефону давать консультации нельзя. Ну и смотреть пациентов мы права не имеем, не получив соответствующее разрешение. Поэтому пусть пока ждут.