История о любви и мести на фоне гор: как на Алтае снимали фильм «Волки», ставший сенсацией Московского кинофестиваля

В российский прокат вышел фильм «Волки» (18+) режиссера Михаила Кулунакова. Картину назвали сенсацией 47-го Московского кинофестиваля. О том, как родилась идея фильма, вдохновленного алтайским эпосом, зачем перед съемками проводится обряд благословения и с какими сложностями в работе столкнулся автор — в материале NGS22.RU.

Михаил Кулунаков родился и вырос в Шебалинском районе Республики Алтай. Еще с раннего детства увлекался кино и мечтал поступить во ВГИК, однако оказался в числе студентов Санкт-Петербургского университета кино и телевидения, где снял свои первые короткометражки и познакомился со своей будущей женой Ольгой, в паре с которой и были сняты все его картины.

После обучения и недолгой жизни в Санкт-Петербурге Михаил вернулся на родину и вплотную занялся работой над фильмами. Так, в 2023 году вышел первый полнометражный фильм режиссера «Тропа» (16+), который был основан на реальных событиях, а еще спустя пару лет из рассказов бабушки Михаила появилась лента «Волки» (18+), события в которой происходят в конце XIX века.

— В детстве бабушка рассказывала много историй про людей, их судьбы, различные ситуации. Одна из них и легла в основу фильма «Волки». Мы рассказали историю девушки, которую украли в долине, а также про братьев, которые поссорились и начали вражду. Опаски касаемо того, что фильм станет местечковым, сугубо алтайским, у нас не было. Такое могло бы случиться, если бы мы делали свою работу плохо, но не для этого же мы учились, — рассуждает Михаил.

Сюжет будущего фильма оказался своего рода семейным наследием, поскольку помимо историй бабушки в его основу лег и роман Кутея Телесова «Катунь весной», младшего брата бабушки, правда, в переработанном формате.

Сценарий фильма был написан за неделю. Режиссеру неожиданно позвонили из Москвы и пригласили представить новый проект на питчинге в рамках фестиваля «Евразийский мост» в Ялте. На вопрос, есть ли у него свежий сценарий, Михаил уверенно ответил «да», хотя в тот момент никакого готового материала у него не было. Действовать пришлось быстро.

— Нам тогда сказали: «Через неделю присылай». Ну и мы за неделю написали сценарий. Отправили, им понравилось, затем сняли тизер, приехали, выступили на питчинге и выиграли, — делится Михаил.

По его словам, сама фиксация текста может занимать считаные дни, если история долго вынашивалась и уже сложилась в голове.

Республика Алтай не славится индустрией кино, поэтому оформление проектов подобного масштаба кажется сложным и нефинансируемым:

— На Алтае нет рынка, зрителя и профессионального сообщества. Здесь просто не с кем работать. Так или иначе, приходится возвращаться в Москву, искать там партнеров, поэтому живем мы на Алтае, а работаем уже со столицей.

Подготовка к съемкам шла оперативно: все декорации были собраны меньше чем за месяц, а костюмы появились еще быстрее: художники вошли в проект в начале августа, но уже к началу осени у труппы был полный комплект одежды в алтайской эстетике XIX века.

Актерский же состав подобрался вполне естественно — в ключевых ролях можно увидеть выпускников Национального театра Республики Алтай и Щепкинского училища. Команда проводила пробы и в других регионах, в Казахстане, Киргизии и Монголии, однако выбор было решено остановить именно на местных артистах.

Локации для съемок подбирались из простой, но вполне строгой логики: съемочной группе была важна доступность, поскольку ограниченный бюджет не позволял придумать сложную логистику, а все места, по идее, должны были быть достижимы по автомобильной дороге, как и случилось. Поэтому весь фильм снимался в Онгудайском районе. По словам режиссера, зрители узнают в фильме некоторые популярные пейзажи, например Семинский перевал. Однако одна из локаций всё же оказалась труднодоступна: уже после съемки КАМАЗ с оборудованием увяз, переправляясь вброд, а вытащить машину без помощи оказалось непросто — работы по эвакуации заняли около 12 часов.

Интересно, что одна из сцен стала для съемочной группы настоящим испытанием, но в готовый фильм не вошла.

— До локации после дождя было невозможно добраться на машине: дорогу размыло, техника застревала. Пришлось подниматься в гору 4–5 километров и тащить всю технику на руках, из-за чего были сдвиги смен, мы выбивались из графика. Но сняли, а затем посмотрели и вырезали в монтаже.

К слову, вот уже почти 17 лет бессменным соавтором работ Михаила Кулунакова является его жена Ольга, которая занимается операторской работой и понимает режиссера с полуслова, поэтому ей с ловкостью удается передать визуальную эстетику, которую представляет на выходе муж.

— Для наших кинокартин мы всегда выбираем какой-то живописный референс. В этот раз мы вдохновлялись картинами китайского художника Ай Сюань. Я задаю направление, а дальше Ольга сама понимает, какие нужны оптика, свет, рисунок и цвет. Иногда можно просто сказать: «Свет, как у Рембрандта», и этого достаточно: она считывает и настроение, и глубину, и фактуру».

Самыми ресурсозатратными сценами, как признаётся Михаил, стали те, в которых требовались технические эффекты: нельзя так просто взять и что-то поджечь. Нужно привозить специалистов, обеспечивать полную безопасность.

Съемки в воде, тем более с детьми, требовали еще больше внимания:

— Чтобы в одной из сцен у нас тонул ребенок, нужно было привезти огромное количество специалистов, которые помогут надеть гидрокостюмы, подстрахуют, расскажут технику безопасности под водой и над ней. У нас бывало такое, что на один этот кадр из Москвы на один день прилетала группа, которая снимет и улетит. Сами же съемки длились 23 дня.

Перед началом съемок, как выяснилось, команда проводила традиционный обряд благословения, который, как признаётся Михаил, уже вошел у них в привычку:

— Перед тем как разбить тарелку, приглашаем человека, который очищает площадку и открывает нам дорогу. Первый раз сделали это на сложных съемках — и всё прошло без жертв. С тех пор придерживаемся. Тема была непростая, условия не из легких, поэтому решили подстраховаться.