К юбилею Олега Даля — одного из символов советского кинематографа

Почему актер, сыгравший не так уж много ролей в театре и кино, ушедший от зрителя еще молодым 39-летним человеком, до сих пор останется одним из самых главных персонажей эпохи «великого советского кинематографа»? Почему его неправильное лицо и долговязая фигура волновала и продолжает волновать поклонниц? Почему спустя 45 лет после смерти его до сих пор не забыли? Почему, не получив ни одного официального звания — ни «заслуженного», ни «народного», он остается одним из самых любимых? О феномене Олега Даля корреспондент MSK1.RU поговорил с кинокритиком и историком кино Александром Шпагиным. Больше драмы «Уходит Даль куда-то в даль… Не затеряться бы в дали», — так начинается знаменитая эпиграмма Валентина Гафта, посвященная товарищу и коллеге. Но, несмотря на неуживчивый характер, способность ссориться из-за каждой мелочи, вечные поиски «своего» режиссера и «своего» театра (только в «Современник» он приходил четыре раза), алкогольную зависимость и склонность к депрессиям, Олег Иванович Даль не затерялся в дали. Женечка Колышкин из «Жени, Женечки и Катюши», Сергей Скорин из «Варианта „Омега“», Виктор Зилов из «Отпуска в сентябре», принц Флоризель из «Приключений принца Флоризеля» и еще множество ролей очень искренних — тонко сыграны и любимы зрителями до сих пор. — У него была потрясающая способность быть на экране невероятно обаятельным, легким, излучать позитив и жизнелюбие, — рассказывает Александр Шпагин, кинокритик и историк кино. — Именно эта его магия привлекла режиссера Надежду Кошеверову, которая сняла актера в трех фильмах-сказках: «Старая, старая сказка», «Тень» и «Как Иванушка-дурачок за чудом ходил». Далю прекрасно удались роли сказочника, находчивого солдата и Иванушки-дурачка, причем русского интеллигентного дурачка. Хотя многие зрители считали, что Олег Иванович — еврей: во-первых, фамилия странная; во-вторых, он впервые появился на экране в роли еврейского мальчика Алика Крамера в фильме Александра Зархи «Мой младший брат» (1962 год). Актер Георгий Вицин, снимавшийся в сказках вместе с Олегом Далем, говорил, что режиссер использовала Даля: «Она эксплуатировала его природное обаяние нещадно! А он — артист высочайшей драматической одаренности». Но в то же время признавал, что роли Олегу Далю удались. Особенно в «Старой, старой сказке»: «Это вечный ему памятник остался. Актерский, трудовой, личностный… Не одно поколение на ней вырастет». — Почитать и послушать интервью Георгия Михайловича Вицина — очень полезно. Он прятал свой острый ум под масочкой и из-под нее всё видел, примечал и анализировал очень точно, — согласен Александр Шпагин. — И он верно подметил этот накал драматизма в Олеге Дале. Он проявлялся не только на экране, но и в жизни актера. А в жизни он был человеком очень сложным, можно сказать, неприятным, склонным к депрессиям, когда он днями не выходил из своей комнаты, а дверь открывал, только чтобы забрать еду, которую ему поставили близкие. Он был человеком, который хотел выпрыгнуть из самого себя. «…Хранить себя! Это главное! Не приспособиться. Не обезразличиться. Обратиться внутрь. Дело — моя крепость. Никого близко не подпускать», — писал Олег Даль в своих дневниках. (Дневник актера опубликован в книге Бориса Львова-Анохина «Олег Даль: дневники, письма, воспоминания», Центрполиграф, 2001 год). «Он был женат на водке» И при этом сложном характере, совсем не героической внешности Олег Даль производил ошеломительное впечатление на женщин. Первые два его брака были, можно сказать, эпизодами. Влюбившись в актрису Нину Дорошину, он оставил молодую жену сразу после того, как осознал, что любит она другого — актера и режиссера Олега Ефремова. Чуть дольше продержались семейные отношения с Татьяной Лавровой: он хотел семью, уют, она — актерскую карьеру. И Даль снова остался один. Хотя влюбленных в него женщин было хоть отбавляй. — Если говорить об огромной популярности Олега Даля у женщин, то она легко объяснима, — считает киновед Александр Шпагин. — Актер являл собою идеальный эротический тип — падший ангел, демонический мужчина. Можно вспомнить французского актера Жана-Луи Трентиньяна — это тот же типаж: не очень приятное лицо, но невероятный заряд эротизма. И Даля при любом его появлении окружали женщины, можно сказать, рвали на части. Но ему такое внимание не то что не льстило — было совершенно не нужно. Эта сторона жизни его не интересовала. Он являл собой как раз противоположный тип — тип семьянина, только его вечной любовницей или женой была водка. Она его захомутала и в итоге утащила. «Мы поженились в 1970-м. Первые три года были очень трудные, он пил. И пил очень страшно. Продолжалось это до 1 апреля 1973 года — тогда он в первый раз зашился с Володей Высоцким. Марина привезла ампулы, так называемые „торпеды“. Мы все думали, что они действуют два года. Но какой-то „друг“ сказал Олегу, что это ерунда, действие прекращается через полгода. И опять понеслось…», — вспоминала третья и последняя жена актера. Они познакомились на съемках фильма Григория Козинцева «Король Лир»: Олег Даль играл шута, а Елизавета Апраксина работала на картине монтажером. Но после свадьбы оставила профессию, чтобы посвятить жизнь талантливому мужу. Благодаря ей, он продержался еще десятилетие. «Он был незаменим» — Его смерть, скорее всего, была самоубийством, хотя официальный диагноз — инфаркт. Когда стало известно, что Олег Даль умер, — был шок, национальная трагедия, никто не понимал: как, почему?! Может, ошибка? — рассказывает киновед Александр Шпагин. — Ведь он всё время был на виду: включишь телевизор — там в каком-нибудь концерте поет Даль песни из фильмов, переключишь на образовательную программу — читает стихи. Картины с ним часто повторяли по телевидению, поэтому было ощущение, что у актера, такого яркого, лучащегося, всё в порядке. И никто, кроме самых близких, не видел, что человек умирал. «Всё скучно и неинтересно. Но надо жить. А как?» — писал Олег Даль в своем дневнике. — Видели, что происходит, только те, кто сталкивался с ним на сцене, на съемочной площадке. Его супервосприимчивость, недовольство собой и в большей степени недовольство другими вели его к мизантропии, — объясняет Александр Шпагин. — Эйфория 60-х, время, когда он пришел в профессию, прошла. Жить становилось всё сложнее, раздражение нарастало. В 1975 году, когда журнал «Экран» вышел с красивым, одетым в джинсу Олегом Далем на обложке, наступил, на мой взгляд, перелом. Актера почти перестали снимать: то он отказывался от ролей, то не выдерживали режиссеры. Узнав, что кто-то хочет пригласить в картину Даля, начинали отговаривать: вы что, хотите, чтобы он запил, сорвал съемки, неужели других нет? А вот не было! «Есть люди, которые олицетворяют собой понятие современный актер. Олег Даль был олицетворением этого понятия. Так же, как и Высоцкий. Оба были пропитаны жизнью… Даль так часто опускался, а потом так сильно возвышался… А ведь вся эта амплитуда остается в душе», — считал режиссер Анатолий Эфрос. Я считаю, что в фильме «Отпуск в сентябре» Олег Иванович идеально попал в образ героя того времени: смог передать эту стагнацию, разочарование, что всё не так, ребята, — считает Александр Шпагин. — Пьеса Вампилова «Утиная охота» шла во многих театрах страны, и никто ее не запрещал. Но Даль тоньше всех сыграл Зилова, это пробрало начальников — и фильм тут же положили на полку. Даль не только украшал свое время, он его максимально четко отражал и поэтому был незаменим. Их было трое: Олег Даль, Олег Янковский и Андрей Мягков — конечно, каждый со своими особенностями. Именно они воплощали образ современника — страдающего человека, уходящего в свою скорлупу. Проигрывающего в жизни, но выигрывающего морально, как герой Даля из его последней картины «Незваный друг». В той или иной степени во всех спектаклях и фильмах Олег Иванович играл себя, одно состояние, но невероятно объемное. Первым, можно сказать, на пороге был Алексей Баталов, за ним пришли Даль, Янковский, Мягков, а уже в 80-е к ним присоединился Леонид Филатов. Это были не перевоплощенцы, а думающие актеры, попадающие в нерв времени. И часто не выдерживающие этот нерв. Умер Олег Иванович Даль 3 марта 1981 года в Киеве, куда приехал на съемки в фильме «Яблоко на ладони». Его нашли в номере гостиницы «Студийная», а похоронили в его родной Москве на Ваганьковском кладбище. — Олега Даля очень трудно представить старым, невозможно, — говорит Александр Шпагин. — Он как птица, которая покружила над временем и обломала крылья. Пять лучших киноролей Олега Даля: Женя Колышкин, «Женя, Женечка и Катюша» (12+), 1967 год;Солдат и Кукольник, «Старая, старая сказка» (0+), 1968 год;Иван Лаевский, «Плохой хороший человек» (12+), 1973 год;принц Флоризель, «Приключения принца Флоризеля» (12+), 1979 год;Виктор Зилов, «Отпуск в сентябре» (18+), 1979 год.