«Нужно родить детей и жить по-божески». История драматурга, который подарил нам фильм «Любовь и голуби»

Владимир Гуркин — почетный гражданин Черемхово, что под Иркутском, города угольщиков, который расположен по обе стороны Транссибирской магистрали. IRCITY.RU рассказывает историю российского драматурга и сценариста. Владимир Гуркин родился в селе Васильево — ныне это Пермский край, а затем вместе с родителями переехал в город под Иркутском Черемхово, и там его буквально боготворят. Именем Гуркина назван драматический театр, перед входом установлена его бронзовая статуя, рядом расположились коллеги — Александр Вампилов и Михаил Варфоломеев. Неподалеку разбили сквер, посвященный одному из самых известных произведений Гуркина, которое сделало его имя бессмертным, — «Любовь и голуби» (12+). Один из домов украшен муралом с изображением писателя. Мурал (от испанского muro, в переводе — «стена») — вид монументальной живописи на стенах зданий. «Пусть дядя Паша с нами живет» Владимир Гуркин родился в семье санитарки и рабочего. В пьесе «Любовь и голуби» одна из героинь рассказывала, что назвала сына Володей — в честь Ленина, «чтобы умный вырос». Эта история — из жизни самого драматурга. По крайней мере, он рассказывал об этом в одном из интервью. Гуркина воспитывал отчим, к которому будущий драматург относился тепло и с нежностью, называя его своим отцом. История его знакомства с матерью писателя была крайне необычной. Их свел маленький Володя, а случилось это в Хабаровске, где в те годы работала мать. — Мальчик Вова начал говорить рано, был ребенком общительным, любил смотреть, как работают солдаты. Подружился с одним из них, Павлом Гуркиным, привел его домой и сказал матери: «Пусть дядя Паша с нами живет». И Павел женился на его маме, усыновил Володю, занимался его воспитанием, помогал в учебе, — вспоминала краевед Татьяна Ковальская. Когда Володе было семь лет, Гуркины переехали в Черемхово, где жил брат отчима. Молодой семье дали квартирку в бараке на окраине города. Чуть позже родители купили половину двухквартирного дома (он сохранился по сей день). Времена, на которые пришлось детство драматурга, были непростыми, но интересными. — Мама была санитаркой в больнице, потом окончила курсы в Иркутске, дезинфектором работала. Папа — угольщик, всю жизнь на шахте. У него всего четыре класса образования, у мамы — семь. Окружающие? Я вырос среди зэков, где-то 70–75% — бывшие заключенные. В нашем бараке только два-три мужика не сидели. Среди этих людей было и пьянство, и драки, и поножовщина, на топорах рубились — черт-те что было. Но в то же время попробуй-ка мальчишка закури при них — исключено! А попал в беду — пусть чужой ребенок — и мужики, и бабы не дадут пропасть, чем могут, помогут. А не дай бог, нашего обидит где-то кто-то… — рассказывал драматург в интервью газете «Утро». После окончания школы Гуркин поступил в Иркутское театральное училище на актерское отделение. Одной из его дипломных работ была роль начинающего драматурга Константина Треплева из пьесы Антона Чехова «Чайка» (16+). Интересно, мог ли он тогда представить, что она окажется пророческой? Отучившись в Иркутске, Владимир Гуркин ушел в армию, служил в войсках противовоздушной обороны, но впоследствии вернулся в театр. Сначала был иркутский ТЮЗ, затем молодого актера позвали в Омск. Уехал он туда не один, а с женой Людмилой, которая была его однокурсницей в училище. В Омске Гуркины прожили семь лет. Здесь Владимиру хорошо работалось с главным режиссером, с товарищами по сцене. Появились настоящие друзья. И, что особенно важно отметить, в Омске состоялся драматургический дебют Владимира Гуркина, он написал пьесу «Андрюша» («Зажигаю днем свечу») (18+). Главный режиссер театра Артур Хайкин принял пьесу к постановке в 1980 году, отредактировал «во имя партийной власти». Спектакль был сыгран на омской сцене 13 раз, после чего «крамольную» пьесу сняли с репертуара. Партийные органы сочли героя, журналиста Андрюшу, аморальным пьяницей, потребовали убрать пьесу из репертуара как вредно действующую на молодежь. А еще здесь же Гуркин написал пьесу «Любовь и голуби», которая впоследствии принесет ему всенародную славу. Как и многие другие произведения, создана она была «с натуры». В основу легли воспоминания из жизни, персонажи — люди, которые окружали Гуркина (родственники, друзья, соседи). — Всё, что я написал, а написал я совсем немного — восемь или девять пьес, — всё имеет отношение к моей жизни, к моему опыту, к моим занятиям. Я ничего не придумывал. Художественно обрабатывал — да, но чтоб сочинять… И не получилось бы, если бы сочинял. А вообще, «Любовь и голуби» — это история друзей моих родителей, но характеры я взял отца и матери. Мне было любопытно: а как бы мама, папа повели себя в этой ситуации? Почему двое, у которых нет никого роднее друг друга, должны расстаться? Что их расставание для детей? Ведь они чуют сердцами, что какая-то несправедливость существует, когда мама с папой уходят в разные стороны. Как это может людей не волновать? Сваи, на которых держится здание семьи, эти же люди сами, как короеды, подтачивают. Зачем они это делают? А есть какая-то странная надежда на другую, тайную жизнь — вдруг лучше будет? Вдруг то, что есть, не настоящее? Очень многих это точит. А смысл всего, на мой взгляд, только в одном: нужно встретиться мужчине и женщине, родить детей и жить по-божески, — рассказывал драматург. Любовь, голуби и слава Пьесу оценили в театральных кругах. Она дошла до московского «Современника», где ее увидел Владимир Меньшов. Режиссер, который до этого уже прославился картиной «Москва слезам не верит» (18+) (в 1981 году она получила премию «Оскар»), искал новые идеи и сюжеты. — Был дневной спектакль (кажется, ноябрьские праздники в 1982 году). Мы с Верой (Алентовой, актрисой и супругой Меньшова. — Прим. ред.) пошли смотреть. И вдруг случилось чудо такого потрясения театрального, очень мощного. Актеры не самые знаменитые на сцене — Гена Фролов, Нина Дорошина. В спектакле Тульчинский играл Васю, Галя Петрова играла Людку, Василий Мищенко — Леньку. Поэтому ничего особенного не ожидалось. Что-то из деревенской жизни началось… Но вдруг властно захватило душу. И вот начинается смех, потом в слезы бросает — все положенные реакции как бы незапланированно возникают. Ты пришел совсем не потрясаться, а посмотреть очередной рядовой спектакль «Современника», и вдруг получилось это чудо, — вспоминал Меньшов. Гуркина очень смутило то, с каким интересом известный режиссер отнесся к его произведению. Тот даже приехал в Омск и уговорил автора пьесы, что ее нужно адаптировать под съемки. После этого начался подбор актеров. Роль Нади осталась за Ниной Дорошиной (она же играла ее и в постановке «Современника»). Меньшов называл ее работу гениальной. С Василием было сложнее. Пробы проходили Виктор Борцов, Николай Лавров, Борис Сморчков, Сергей Юрский, но всё было не то. И только когда в кабинет зашел Александр Михайлов, Меньшов сказал: «Так вот он какой — Вася!» Утвердили. А Юрский получил не менее яркую роль — дяди Мити. Его бабу Шуру сыграла настоящая жена актера — актриса Наталья Тенякова. Это была одна из самых интеллигентных пар Северной столицы, поэтому особенно удивительно, насколько убедительно они сыграли деревенских жителей. На момент съемок «бабе Шуре» было всего 40 лет, а «дяде Мите» — 49. На роль разлучницы Раисы Захаровны Меньшов пригласил Людмилу Гурченко. Актрисе настолько подходил образ экстравагантной особы, что пришлось дописывать дополнительные сцены конкретно под нее. Изначально фильм планировалось снимать в Сибири, на Байкале, но с выбором площадки возникли сложности. Во-первых, регион оказался слишком удален для большинства актеров, согласовать переезды с их съемками в других проектах было бы очень сложно. Во-вторых, Меньшова поразила разруха, которую он увидел здесь. В итоге для съемок выбрали живописное местечко в Карелии — окраину города Медвежьегорска, где возле реки Кумсы нашелся дом, похожий на сибирский. Во время проверки в Госкино фильм подвергся серьезной критике. Чиновникам не понравилась уж слишком простая манера общения и огромное количество сцен с выпивкой. Меньшов бился за картину до последнего, из-за чего она долгое время пролежала на полке. Но когда фильм вышел в показ, он стал по нынешним меркам бестселлером — его посмотрело более 44 миллионов человек. Владимиру Гуркину итоговый вариант не понравился, но со временем он изменил мнение и заявил, что «теперь там всё родное». «Счастье — когда пишется» В Москве Гуркин работал в литературной части театра «Современник». Его произведения ставили там, а также в Омске (там же он впоследствии возродит творческую лабораторию), Санкт-Петербурге. Драматург часто ездил по стране, работал с молодыми авторами. Чуть позже судьба связала его со знаменитым Олегом Ефремовым — Гуркин был помощником режиссера в МХТ имени Чехова. По его словам, успех пьесы и фильма «Любовь и голуби» на нем никак не сказался. Не было ни зашкаливающей гордости (как говорил сам автор: «Шапка с меня не падает»), ни огромных гонораров. — Ни одному приличному драматургу слава не принесла денег, я это заявляю с полным основанием, как председатель секции драматургов Союза театральных деятелей России. Ну да не в деньгах же счастье! Любой мужик скажет, что счастье — это «чтоб хотелось и моглось». А для меня, добавлю, счастье — когда пишется, когда удается с хорошими людьми за столом посидеть, пообщаться, — говорил он. В конце 80-х — начале 90-х годов Гуркин еще не раз работал с киносценариями. Фильмы не имели такого оглушительного успеха, как «Любовь и голуби», но некоторые из них даже участвовали в международных кинофестивалях (как, например, картина «Роковые яйца» (12+) по мотивам одноименной повести Михаила Булгакова, ее показывали на ведущих российских смотрах и на фестивале в немецком Коттбусе). А еще у Гуркина было несколько эпизодических ролей в кино. Телезрителям середины нулевых наверняка запомнился его колоритный милиционер Борис Борисыч Песочников в сериале «Сыщики» (18+). Тогда его партнерами по съемочной площадке стали Борис Щербаков, Леонид Куравлев и Сергей Степанченко. В последние годы жизни Гуркин стал плотно работать с театром в Черемхово, где были поставлены пьесы «Любовь и голуби», «Прибайкальская кадриль» (16+), «Веселая вода печали» («Саня, Ваня, с ними Римас») (12+) и «Плач в пригоршню» (12+). За всё время в городе более 400 раз представили постановки Гуркина. Его вклад в местную культуру не остался незамеченным — драматургу присвоили звание почетного гражданина Черемхово и Черемховского района. Владимир Гуркин страдал от онкологического заболевания — у него был рак легкого. За неделю до смерти, предчувствуя ее близость, драматург исповедовался и причастился. Его не стало 21 июня 2010 года. Похоронили Гуркина в Черемхово — городе, который он считал родным. Рядом — могила отчима, которого писатель считал по-настоящему близким человеком. Уже после смерти Гуркина в Черемхово стали проводить фестиваль его имени «Театральная провинция». Съезжаются коллективы из небольших российских городов. Фестиваль позиционируется как место, где актеры могут представить постановки о людях и для них — внимание к человеку и отличало творчество Владимира Гуркина.