«Я хочу кровь за кровь». Как судили военного из Тюменской области, который вернулся с передовой и убил соседку

Люди на скамейках в зале суда разделились на две половины. Справа — семья обвиняемого, слева — мама убитой с мужем и братом. Женщина смотрит в окно и плачет, голова супруга повернута в сторону решетки.

— Сам в [шоке], да? — спрашивает мужчина.

— Да, — спокойно отвечает обвиняемый.

Все собравшиеся в суде знают друг друга давно. Они живут в небольшом селе Усть-Ламенка в соседних домах. И когда-то хорошо между собой общались. Зимой этого года всё поменялось: Максим пришел в отпуск с СВО и зарезал свою соседку Светлану.

Что произошло в тот день, разбирались военные следователи Тюменского гарнизона. Рассказываем подробности из зала суда.

Обвиняемый — 44-летний Максим Начинов. Худощавый мужчина с большими светлыми глазами и посиневшей татуировкой на щеке. Он ведет себя спокойно и вежливо. В его жизни это не первый суд. Мужчину уже несколько раз привлекали за кражи. Но на вопрос о судимостях Максим отвечает отрицательно. Из-за того, что это было давно, юридически он не судим.

До спецоперации мужчина работал в Голышмановском районе на предприятии «Тюменские молочные фермы». Был строителем, слесарем. Его коллега Светлана рассказывает, что Максим «доброй души человек». И вспоминает, что он помогал ей морально и финансово после смерти мужа.

Максим живет в поселке Усть-Ламенка Тюменской области вместе с женой Настасьей и тремя детьми: мальчиками 14 и 11 лет и 3-летней дочкой. Пойти на службу он решил в сентябре 2023 года. Жена Настасья говорит, что муж поехал в областной военкомат, чтобы уточнить персональные данные. Только когда вернулся, сказал о подписанном контракте. В армии он стал младшим сержантом, командиром орудия.

— На гражданке зарплата была 20–30 тысяч. А ему надо было как-то растить и поднимать детей. Пошел туда ради детей, — говорит подруга Максима Светлана.

С СВО в отпуск Максим пришел в январе. Настасья вспоминает, что муж изменился: «Был задумчивый. Больше молчал». По ее словам, выпивал он редко.

С убитой Максим был знаком минимум 18 лет, некоторое время они вместе работали. Родной дядя мужчины женился на маме Светланы — у подсудимого и потерпевшей одинаковые фамилии. Все общались семьями: ходили в гости и вместе встречали Максима, когда он приехал с СВО.

14 января Настасья и Максим выпивали у своей знакомой Юлии в гостях. Позже они созвонились со Светланой и договорились продолжить застолье у нее. В это время дома находились двое ее детей — мальчики 8 и 14 лет. Юлия говорит, что сначала всё было хорошо: приятели общались и танцевали. Светлана пила водку, остальные — пиво. Как уточняет женщина, в один момент Максим начал вести себя агрессивно: перевернул стол и засобирался домой. Незадолго до этого Настасья уже ушла из гостей.

— Светлана была немного выпившая. В один момент включил музыку погромче. Светлана начала ругаться, выгонять из дома. Она кидала вещи. Юля и Настя всех успокаивали и просили не обострять конфликт. Светлана начала оскорблять. Разозлился. Поскольку бывал в местах лишения свободы, где этакое недопустимо. А также на службе контролируют, что говорят. Пошел к себе домой, — вспоминает Максим.

Дома Максим взял хлеборезный нож, его увидел сын. Затем вернулся к Светлане, встретил ее на кухне, воткнул лезвие в сердце и быстро вытащил. Мужчина вспоминает, что женщина упала на пол, послышались крики. Сам он поспешил к себе домой, вытер нож от крови и выбросил в мусорное ведро. Старший сын достал орудие убийства и выкинул его в окно.

— Дома дети мне сказали: «Папа взял нож». Пошла обратно, он уже стоит на дороге и говорит: «Дай мне денег, я уеду». Я вернулась, дала ему денег и потом снова пошла в дом, где всё произошло, — вспоминает Настасья.

Максим сначала пошел в гости к другу, от него — в заброшенный деревенский дом. Там переночевал.

— Его всю ночь не было. Потом он пришел и сказал, что бегать не будет и решил сдаться. Сразу спросил у меня: «Она живая?» Сказал, что не хотел убивать, хотел ткнуть маленько, — рассказывает жена Максима.

По версии жены Максима, на агрессивное поведение мужа повлияло эмоциональное состояние после СВО и выпитый алкоголь. Она говорит, что раньше он «никогда за ножи не хватался».

— Юля и Светлана клеились к Максиму. Шептались там против него, жопами вертели. Слышала, что они кричали: «Красноперый ***». А он ранее сидевший человек и услышал оскорбления. У любого реакция будет, — считает Настасья.

Преступления, которые совершают военные на территории Тюменской области, рассматривает Екатеринбургский гарнизонный военный суд. Обвинение поддержал помощник военного прокурора Тюменского гарнизона.

Со стороны Максима на заседании Настасья с сыновьями, подруга Светлана и ее сын. Одним из первых приглашают Дениса (имя изменено. — Прим.ред.). Это он был дома в момент, когда папа пришел домой за ножом.

— С папой отношения хорошие. Он хороший человек, — тихонько начинает Денис.

— Ваш папа находился на СВО? — задает вопрос адвокат подсудимого.

— Да.

— Может быть, он рассказывал о том, какие подвиги совершил? Как он участвовал в военных действиях?

— Ну рассказывал, как там всё происходит.

— Без папы трудно стало?

— Да.

Следующей приглашают Светлану. Она проговаривает, что ее друг Максим — хороший человек, добрый, понимающий и заботливый. И упоминает, что о детях убитая не заботилась: «Голова ее сына бани никогда не видела».

К трибуне выходит Светлана, мама убитой (с дочерью у них одинаковые имена. — Прим. ред.). Она выделяется среди остальных участников процесса: у нее аккуратная стрижка, нарощенные ресницы и временами совершенно безэмоциональное выражение лица.

— Максим — мужа племянник, — хриплым голосом говорит Светлана и плачет. — От дочери я ушла часов в восемь. Пришла домой смотреть телевизор. Муж был на работе в ночную смену. Костя (имя изменено. — Прим. ред.), внук, прибежал вместе с маленьким. Вылез в окно с ним из дома. Костя голову младшему укутал, чтобы тот маму не видел. Я говорю: «Что случилось?!» Он отвечает: «Максим маму убил». Я говорю: «Я же вот недавно ушла, всё нормально было!» — продолжает плакать Светлана.

Светлана вспоминает, что, когда пришла домой, дочь на боку лежала на полу. Юлия закрывала ей рану. Позже приехали медики и перевернули женщину, стало ясно: нож пронзил сердце.

— Дети остались без матери. Мне до сих пор тяжело это вспоминать, — говорит Светлана.

Последнее слово дают сказать Максиму. Он встает со скамейки и смотрит на Светлану. Та отворачивается.

— В первую очередь приношу извинения матери: Светлана, прости. Родственники, простите. Но что сделано, то сделано, — говорит Максим.

— Ты сделал знаешь что? Дети остались. И я теперь всё это разгребаю. Ты не знаешь, что это такое! — не поворачиваясь, говорит Светлана.

— Вину я свою признал. Меня за это накажут. Я готов дальше продолжить службу. И прошу, если есть такая возможность, помочь мне убыть туда (имеет в виду на СВО. — Прим. ред.).

— В вас нуждаются вооруженные силы? — задает уточняющий вопрос адвокат подсудимого.

— Не скажу, что нуждаются. Но такие люди нужны.

Суд удаляется в совещательную комнату для вынесения приговора.

На крыльце перед судом стоят подруга Максима Светлана и Настасья. Они вспоминают, какой была убитая. По словам женщин, «она вела аморальный образ жизни и постоянно пила». На суде женщины этого не говорили.

— Ее дети сейчас выглядят хорошо: чистенькие, подстриженные и жизнерадостные ходят. Я даже своему ребенку говорю: «Вот видишь, как ребятишки стали жить. А при матери как жили?» — говорит Настасья.

Из суда выходит адвокат Максима и обращается к его жене.

— Пока он будет в СИЗО. Приговор вступил в законную силу. Потом его переведут в колонию. Приговор из суда поступит в его часть. И поскольку у него желание изъявлено, приезжают агитаторы, и он снова перезаключает контракт со своей частью, — говорит адвокат.

— Ну всё. Прекрасно. Мне до сих пор сослуживцы пишут и приветы передают, — отвечает Настасья.

Максима признали виновным в убийстве, 12 лет он проведет в исправительной колонии строгого режима. Также его обязали выплатить маме убитой два с половиной миллиона рублей в качестве моральной компенсации. Попадет ли Максим на СВО, неизвестно.

— Лучше, чтобы его убили там. Я лично хочу кровь за кровь, — тихонечко в коридоре говорит после заседания Светлана.

У убитой осталось трое детей. Двое мальчиков живут у папы, 17-летняя дочка Светланы от первого брака стала сиротой. Вместе с бабушкой она готовится к поступлению в вуз.

В этот же день в суде начали рассмотрение другого дела. В Тюменской области военный после свадьбы убил свою супругу. Это произошло 5 марта в селе Юргинском. Рассказывали подробности из зала суда.