Блогер рассказала, зачем она убирает заброшенные могилы на кладбище

Установить доподлинно, когда то или иное надгробие было поставлено на Всесвятском кладбище в Краснодаре, трудно, а порой и невозможно вовсе. Дождь, снег, грязь, время старят даже камень, не говоря уже о сварных или штампованных пирамидках или прямоугольниках, которые были популярны в послевоенные годы. На некоторых не осталось и следа от именной таблички. На одном из таких безымянных надгробий, сделанных из мраморной крошки, лишь номер захоронения — 1874. Могила обнесена невысоким серебристым забором. Участок внутри завален листьями. Подойти поближе мешают ветви молодых деревьев и разросшийся кустарник. Девушка в маске начинает распылять чистящее средство на плиту с почерневшей фотографией мужчины. Скоро в ход пойдут металлическая щетка, веник, грабли и даже бензопила. Корреспондент 93.RU поговорил с Кристиной — именно она приводит в порядок заброшенные могилы на Всесвятском кладбище и ведет об этом блог. Рассказываем, зачем она всё это делает. «На кладбище я действительно расслабляюсь» На кладбище Кристина приходит по четвергам: отмывает надгробные постаменты, убирает мусор, красит, пилит и подметает. «Наверное, мне просто важно ощущение, что после тебя что-то стало лучше, чем было до тебя», — говорит она. Процесс очистки старых могил Кристина снимает на видео. Это довольно популярное направление #gravetok — тренд, который был на пике просмотров в социальных сетях в начале 2020-х. На видео с таким хештегом люди наводят чистоту на кладбищах. #gravetok — это своего рода ответвление от хештега #cleantok — пользователи просто снимали на видео процесс уборки у себя дома, в гараже, подвале или на чердаке. Ролики легко становились вирусными и приносили своим авторам миллионы просмотров. Для одних такой контент — это прежде всего дань уважения к усопшему, другие смотрят на это как на попытку пиара. Но тут стоит помнить, что интернет — это такое место, где всегда будут чем-то недовольны. Так или иначе, #gravetok побуждал людей делать что-то хорошее «для себя и окружающего мира». «Однозначно я занимаюсь этим в первую очередь для себя. Мне нравится созидать. Мне нравится брать что-то заброшенное и видеть, как благодаря твоим собственным усилиям оно преображается. И, наверное, самое странное во всей этой истории то, что на кладбище я действительно расслабляюсь. Там тихо, спокойно, можно несколько часов заниматься одной могилой и полностью отключиться от всего остального», — говорит блогер. Кристина уже больше года приходит на Всесвятское кладбище. Говорит, это стало для нее «маленькой традицией». «Просто так сложился мой график, и четверг стал тем днем недели, который я могу посвятить этому занятию. Постепенно это уже превратилось в маленькую традицию. Плюс многие подхватили, чистый четверг. Я знаю, что раз в неделю у меня есть день, когда можно выехать на кладбище, несколько часов поработать руками и заодно разгрузить голову. Для меня это своеобразная перезагрузка», — объясняет она. «Я не думала, что это станет моим хобби» Уборку могил Кристина называет своим хобби. Кто-то увлекается собиранием марок, кто-то рыбачит. А Кристина вот ходит на кладбище — это занятие в жизни 28-летней девушки появилось совершенно случайно. «Я точно не думала, что это станет моим постоянным увлечением. Однажды мы с мамой приехали на Перепечинское кладбище (Московская область) привести в порядок могилу моего дедушки. Рядом я увидела совершенно заброшенную могилу. Всё заросло, цветов не было, имя уже практически невозможно было разобрать», — продолжает Кристина. Именно тогда у нее появилась мысль, что о человеке, который лежит под землей, который когда-то жил, любил и был любим, теперь, кажется, никто не помнит. «Я просто решила убрать эту могилу. Когда закончила, поймала очень приятное ощущение от результата и поняла, что хочу сделать это еще раз. Так всё постепенно и началось», — говорит Кристина. «Контент появился уже потом» Изначально она не ставила перед собой цель записывать ролики с процессом уборки заброшенных могил. Да и сомневалась — стоит ли такое снимать. «Люди могут воспринять это неправильно. Но, когда увидела реакцию аудитории, поняла, что публикации тоже имеют смысл. Если человек посмотрел мой ролик и после этого сам захотел сделать что-то хорошее, значит, камера здесь точно не зря», — говорит блогер. Спустя время аудитория дала свой отклик. В основном положительный и теплый. Такой реакции она не ожидала. «Люди пишут, что мои ролики их мотивируют. Кто-то после просмотра едет приводить в порядок могилы своих родственников, кто-то начинает наводить порядок вокруг себя. Мне присылают фотографии, рассказывают свои истории. Для меня это, наверное, самая приятная часть публичности. Ты сделал одно небольшое дело, показал его, а потом узнаешь, что благодаря этому еще несколько человек тоже сделали что-то хорошее. Получается своеобразная цепочка», — говорит Кристина. Кем был этот человек Время от времени блогер пытается найти родственников человека, который похоронен под тем или иным надгробием. Но получается не всегда. «После уборки мне самой становится интересно, кем был этот человек, как сложилась его жизнь, остались ли родственники. Пытаюсь находить информацию с помощью нейросетей, различных архивов и сайтов памяти. Получается не всегда, потому что по некоторым людям информации практически не осталось. И что самое интересное, я занимаюсь этим уже больше года, но за всё это время на меня так ни разу и не вышел родственник человека, чью могилу я убирала. Никто не написал что-то вроде: „Это мой родственник, спасибо вам большое“. Хотя ролики смотрит достаточно много людей», — удивляется Кристина. Зачастую, когда смотришь на заброшенную могилу, и вовсе создается впечатление, что родных у этого человека уже не осталось. «Но, с другой стороны, получается, что хотя бы благодаря мне память об этих людях продолжает жить. Их имена снова видят тысячи людей, кто-то читает даты жизни, кто-то интересуется их историей. Как говорится, никто не забыт и ничто не забыто. Для меня в этом тоже есть большой смысл того, что я делаю», — объясняет блогер. «Мама давно привыкла» Близкие не сразу поняли новое увлечение Кристины. Крутили пальцем у виска, спрашивали, зачем ей это нужно, говорили, что ходить на кладбище одной опасно. Скепсиса было достаточно. А сейчас уже никто и не удивляется. Родственники увидели, что это не какая-то странная прихоть. «Увидели, сколько могил я уже привела в порядок, какой отклик получают мои видео и насколько мне самой это нравится. Постепенно весь скептицизм исчез. И этому я, если честно, безумно рада. Сейчас мне уже не приходится никому объяснять, почему я снова еду на кладбище. Все просто знают, что это часть моей жизни и мое, пусть и довольно необычное, хобби», — улыбается Кристина. Правда, подруга всё же посмеивается над ней. «Может записать мне кружок, что-то рассказывает, а в ответ получает от меня видео со словами: „Сорри, сейчас не могу, я на кладбище“. И она уже шутит, мол, тебе слово, а ты в ответ: „Я на кладбище“. Для моих друзей это стало абсолютно привычным», — продолжает Кристина. Опасения родственников по поводу «опасности посещения кладбищ» тоже улетучились. «Каких-то серьезных конфликтов у меня не было. Я стараюсь вести себя максимально спокойно и уважительно. Всё-таки кладбище для меня не съемочная площадка и не декорация. Я прекрасно понимаю, где нахожусь, поэтому стараюсь никому не мешать и отношусь к этому месту соответствующе», — пожимает плечами блогер. «Ты приходишь к заросшей могиле…» Кристина по образованию дизайнер, что совершенно не вяжется с ее увлечением. Но это только на первый взгляд. Сама она видит некоторые сходства. «Мне нравится созидать и видеть результат своей работы. В дизайне ты создаешь и преобразуешь что-то визуально. Здесь происходит примерно то же самое, только совершенно в другом контексте. Ты приходишь к заросшей могиле, где иногда даже сложно прочитать имя, несколько часов работаешь и в конце видишь совершенно другое место», — заключает Кристина. Конечно, она не пытается «спасти мир» или расчистить всё кладбище. Но, по крайней мере, пытается сохранить то, что почти исчезло. Исчезло, как имя человека на одном из безымянных надгробий из мраморной крошки, на котором остался лишь номер захоронения — 1874.