«Я не вернусь к прежней жизни»: вагнеровец с несколькими судимостями вернулся с СВО и начал помогать людям

Андрей Плякин — один из немногих, кто открыто согласился рассказать о своем пребывании на СВО в качестве бойца ЧВК «Вагнер». Сейчас участнику спецоперации 31 год. 11 лет своей жизни он провел за решеткой. Своей историей он поделился с нашими коллегами из NGS24.RU Жизнь Андрея не была благополучной практически никогда. В 9 лет он осиротел, попал в детский дом, а там — в плохую компанию. В 17 лет получил первое реальное наказание — за разбойное нападение его отправили на два года в Канскую воспитательную колонию для несовершеннолетних. А потом жизнь предсказуемо пошла по накатанной дорожке. После недолгого пребывания на свободе он оказался уже во взрослой зоне — и снова за разбой. Потом попал в колонию строгого режима за угон машины. Следом случились две мелкие кражи в пьяном угаре. Судьи уже не церемонились с рецидивистом и назначали ему внушительные сроки даже за курьезные преступления. Например, Андрея приговорили к 2 годам и 2 месяцам в колонии строгого режима за хищение из цветочного павильона одной розы стоимостью 75 рублей. После был срок за хранение и сбыт наркотиков. Последний приговор Андрей получил в 2022 году и отравился на семь лет в исправительную колонию особого режима. Плякин уже отбыл два года с учетом СИЗО, когда ему предложили поехать на СВО. Впереди оставалось 5 лет заключения, и Андрей практически без раздумий заключил договор с ЧВК «Вагнер». — Приехал Пригожин, предложил на спецоперацию, также сказал про противников и что потом нас амнистируют. Сказал: «Всё за вами закроется». Вот я согласился. Мы прошли небольшую комиссию, там сотрудники были ЧВК, и всё, на следующий день улетели, — рассказывает он. Андрей вернулся в Красноярск через полгода, 6 мая. Парню повезло, что встречать с трапа самолета его приехали не криминальные подельники, а знакомые совершенно из другой сферы — его бывшая соседка Гульбану Чуакбаева и ее подруга Ольга Антипина (NGS24.RU уже рассказывал о муже Ольги, который погиб в СВО). Обе женщины занимаются в Сосновоборске благотворительностью. Гульбану Чуакбаева знала Андрея не только с плохой стороны. Когда боец был на фронте, они начали перезваниваться. И Гульбану рассказала ему, что на добровольных началах помогает нуждающимся: кормит одиноких стариков, помогает людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию, и мечтает официально создать и зарегистрировать собственную благотворительную организацию. Андрей заинтересовался. — Я одобрил ее идею и начал помогать, отправлять деньги. Почему? Потому что я поехал на спецоперацию и не знал, буду я живой, не буду я живой. Куда деньги пойдут? А так они хоть будут в поддержку людям. Я оформил доверенность, и вот по доверенности она ездила, забирала деньги. Я отдавал всю сумму, по 200 тысяч рублей в месяц, — признаётся Андрей. — Он поддержал нас материально, высылал нам свою зарплату. И когда приехал, слава богу, он жив-здоров, уже мы сняли несколько квартир для нуждающихся. Я ему рассказала, на что уходили его деньги, и Андрей влился сразу в нашу работу. Ведь они приходят оттуда и не знают, чем заняться. И чтобы он не болтался, мы сразу ввели его в курс дела. Мы ждали его в нашей команде, — объясняет Гульбану. Вместе с Гульбану и Ольгой Андрей взял на поруки нескольких людей, которые оказались на обочине жизни. В основном это пожилые одинокие люди, инвалиды, есть старики с деменцией. Волонтеры поселили их в нескольких квартирах, помогают с бытом, лекарствами, кормят и водят на прогулки. Конечно, средства на содержание стариков — это не только пожертвования, но и собственные пенсии людей, оставшихся без поддержки близких. Сейчас команда регистрирует свою благотворительную организацию. Они мечтают объединить подопечных под одной крышей в большом приюте и уже нашли помещение, где Андрей вызвался сделать ремонт. Правда, средств на реконструкцию здания пока не хватает, и волонтеры активно ищут спонсоров и единомышленников. — Андрей — первый, кто участвует в создании этого приюта. Я верю ему на все сто процентов, и мы поддерживаем друг друга. Я вижу, что человек меняется, имеет дальнейшие цели и мечты. То, чем мы сейчас занимаемся, — это действительно интересно. Это не каждый день — день сурка. Это реальная помощь людям, — говорит Ольга Антипина. Сам Андрей уверяет, что не станет больше совершать преступлений. — Я жил в Красноярске до того, как попасть в колонию. А когда освободился, приехал со спецоперации, я не поехал в Красноярск. Там сдаю в аренду свою комнату, в которой проживал. И не хочу туда ехать. Потому что старые связи, друзья, знакомые там. Это всё равно связано с криминалом, — говорит он. — Сейчас я уже не вернусь к прежней жизни. До этого свою историю на условиях анонимности NGS24.RU рассказал другой вагнеровец. 30-летний красноярец тоже был заключенным ИК особого режима № 27. После помилования он устроился на работу в службу доставки и пошел учиться в автошколу.