«Тебе не говорят в лицо, что ты жирная или страшная»: как 14-летняя школьница улетела в Корею работать моделью

Сейчас Варе из Самары уже исполнилось 18 лет. Юное создание с длинными волосами и большими глазами покорило азиатские бренды и стало успешной моделью. Недавно Варвара вернулась из Сеула. Сейчас она готовится к сдаче ЕГЭ и получению золотой медали. Журналисты 63.RU встретились с девушкой, чтобы узнать, как она променяла школу на зарубежные поездки и что из этого вышло. «Я не хотела, но родители настояли» Варя Ходос родом из Самары. Ее мама работает косметологом, папа — в банковской сфере. В 5 лет родители отправили Варю в языковую школу изучать английский, а после — на танцы в коллективе «Бенедиктус». — Отправить меня в моделинг было идеей родителей. То есть изначально я не хотела. Но у друзей моих родителей дочка старшая на тот момент уже несколько раз подписывала заграничные контракты, и они сказали: «Давайте, Варя тоже красивая девчонка, попробуем ее». Я говорила, что мне эта идея не нравится, хотя и любила фотографироваться, кривляться, снимать всякие видео, танцевать, петь, но заниматься этим серьезно не хотела, потому что у меня душа все-таки лежала к танцам. Родители настояли. Отвели меня в модельную школу. У нас там были занятия по дефиле, актерскому мастерству, танцам, позированию. Это стало как хобби. Садиться на диету мне не приходилось. Я всегда была худенькой, плюс долгое время занималась танцами. Фигура сформировалась сама собой. Я ничего не планировала. У меня появились подружки. Мы занимались раз в неделю, любительски. Ну а потом у нас прошел какой-то первый кастинг, приехала директор этого агентства. Она начала меня дергать, знакомиться, общаться. Сказала, что у меня есть будущее и мне нужно работать, продвигать себя, записываться на фотосессии, делать бук. Я подумала: «Почему бы и нет?» Только вот на тот момент у меня был очень низкий рост — 167 сантиметров, ведь мне было только 13 лет. Этого было недостаточно для работы за границей, и я ушла, потому что мне надоело, — рассказывает девушка. При этом модельную карьеру Варвара не бросила и решила поработать по Самаре для небольших бутиков и местных брендов детской одежды. За лето она выросла до 174 сантиметров. Директор агентства, где стартовала Варя, увидела ее фотографии в интернете и снова вышла на бывшую воспитанницу с предложением встретиться вместе с родителями. — Через 2 недели после этого нашего разговора мне нашли контракт в Южной Корее. Я даже не подумала и сразу ответила, что хочу. Родителям о своем решении сказала за ужином, ну и поспорить со мной уже не могли, ведь занятие моделингом было их идеей. Еще через недельки две мы начали собирать документы на визу, а спустя месяц я улетела на 3 месяца одна работать в Сеул. Договориться о столь длительном отъезде во время учебного года получилось легко. Я всегда была на хорошем счету в школе. Поэтому было решено, что на домашнее обучение меня переводить не будут. Я просто брала конспекты у одноклассников и сдавала задания дистанционно. Сложнее всего далось расставание с подругой близкой. Я почему-то боялась ей говорить, что уезжаю, сказала за два дня до отлета. Она заплакала, и я вместе с ней, так и просидели в слезах несколько часов. Так в 14 лет я получила первый заграничный контракт, — говорит модель. «В первый раз я заработала 150 000 рублей» Варя рассказала, на каких условиях модели живут и работают за границей. Они находятся на полном содержании и еженедельно получают покет-мани — карманные деньги на личные траты. Впоследствии из своих доходов девушкам нужно покрыть все расходы на свою поездку — заплатить модельному агентству, с которым заключен контракт, и материнскому агентству в родном городе, которое помогло продвинуться за рубеж. То, что осталось, модель забирает себе. Но бывает так, что девушки не могут заработать достаточно денег, чтобы полностью оплатить свою поездку. В таком случае она просто остается без дохода. Но отрабатывать путешествие ей не нужно. Первый перелет юной модели прошел в несколько этапов. Варвару везли с пересадкой в Москве с сопровождением от авиакомпании, сотрудник которой забрал девочку от родителей и передал руководителю модельного агентства Сеула. — Директор сеульского агентства стал мне как второй папа. Они даже подружились с моими родителями. Очень хороший человек. Встретил меня, повез есть, показал, где я буду жить. Мы говорили на английском. У азиатов очень специфический акцент. Даже если у тебя хорошая база и ты знаешь английский, с непривычки их тяжело понять, но это дело времени. Через месяц мы уже поймали коннект и говорили спокойно, — рассказывает Варя. В первую поездку Варвару поселили в трехкомнатных апартаментах в центре Сеула, чтобы быстро добираться до главных съемочных площадок города. Вместе с ней в апартаментах жили еще две девушки из России. — В этой квартире было очень уютно. Она была новая, с чистым ремонтом. У каждой была своя комната. В квартире было всё, что нужно для жизни, и намного больше, например телевизор с плейстейшеном. Каждое утро моделей начиналось по-разному — в зависимости от того, есть ли в этот день съемки, на которых должны поработать девушки. Если съемок не запланировано, то утром за моделями приезжал директор агентства, и они все вместе отправлялись на кастинги к брендам. Если кастингов нет, то у модели выходной. — Со мной были более опытные девочки, поэтому на их фоне мне было сложно взять какую-то работу. Потом спустя время я набралась все-таки опыта, научилась позировать более профессионально и начала проходить кастинги. Мы брали с собой буки, композитки. Это такие визитные карточки с твоим фото, контактами агентства и параметрами. На один кастинг выделялось около часа, обычно в нем участвуют около 15–20 девочек. Результата могло быть два. Либо тебе говорят, что вы нам подходите, и предлагают примерить образы, а дальше тебя или утверждают, или нет, либо ты сразу получаешь отказ и едешь дальше. Первые отказы было тяжело принимать. Появлялись комплексы. Тебе ведь никто не объясняет, почему ты не подходишь. Тебе не говорят в лицо, что ты жирная или страшная. Просто краем глаза на тебя в дверном проеме взглянут, и всё. Нет. А ты сидишь и думаешь, что со мной не так? Почему мне отказали? Неужели я какая-то не такая? Потом поняла, что проблема не во мне. Просто заказчику нужен другой типаж, и я ему не подхожу. В день могло доходить до 10 кастингов, но обычно их 3–5 в сутки. — В перерывах мы вместе нашей дружной командой заезжали кушали, ходили в кино, гуляли. У меня очень крутое агентство, в других — ты сам распоряжаешься своим временем и жизнью. В первой поездке у меня было 13–14 работ за 3 месяца. Это и съемки в рекламах на видео, и фотопроекты. Довольно неплохо. Я покрыла минус и смогла заработать за три месяца около 150 тысяч рублей. Это мало. Но для меня в 14 лет — огромные деньги. Я очень сильно собой гордилась. Это было очень интересно, и, уезжая домой после первой поездки, я плакала. По словам Варвары, максимальный заработок модели не ограничен и вполне реально получать 1–3 миллиона рублей в месяц. Зависит размер вознаграждения от того, в какое агентство удастся попасть. И оказаться в хорошем месте — самая настоящая удача. — Дело в том, что сейчас эта индустрия активно развивается. Открываются десятки новых агентств, расширяются старые. Конкуренция бешеная. В некоторых апартаментах живут по 15 девочек в малюсеньких квартирках. Это потоковое производство. Одна приехала — вторая уехала. Второй контракт Варвары оказался еще более длительным. Ей пришлось провести вдали от дома полгода. — В первую поездку я была ребенком, и мне было весело. У родных в Самаре была своя жизнь, а у меня в Корее — своя. Вторая меня психологически надломила. Полгода вдали от дома. Были слезы. Я поняла, что родители не здесь. Меня не приедут и не заберут. Мама не в соседней комнате, а все друзья за несколько тысяч километров. «Чем активнее будешь хвалить фотографа, тем у тебя больше шансов» Сейчас Варвара активно работает именно на азиатский рынок. Внешность девушки относится к категории «беби фейс». Она уже несколько раз смогла поработать в Сеуле и один раз съездила на контракт в Стамбул. — В Азии очень любят девушек славянской внешности, а мода в Сеуле — это вообще что-то невообразимое. Там живут очень странные и креативные люди. И даже самые скучные съемки интереснее, чем у нас. Там хорошо платят за лукбук, что, по мне, самое скучное в моделинге. Такая съемка занимает от трех часов. Тебе приходится стоять на месте, в позировках поворачиваться перед камерой на 90, 45, 180 градусов и быстро менять одежду. Это быстро надоедает, ты быстро выгораешь, думаешь: «Блин, что-то я какая-то вешалка». Стою, а меня со всех сторон дергают, лицо красят очень неаккуратно. С креативными рекламами всё интереснее. Обычно такие съемки длятся дольше, и там тебе, как актрисе, приходится перевоплощаться, кого-то играть. Такая съемка может занять до 20 часов. У меня случалось несколько забавных ситуаций во время работы. Пару раз пришлось поработать с пакетом на голове. Бывало, что ты едешь на рекламу крема для лица, а тебе дают кидать мячик. Ты думаешь: «Зачем?» А они так хотят на ассоциативном уровне показать полезные свойства его компонентов. Еще был случай — меня заказчик несколько раз гонял по кастингам. Всё было так серьезно, что я даже не понимала, что именно придется снимать, зачем так много туров. В итоге я приехала, а они просто сняли мое туловище, лицо им было даже не нужно. Мне сказали: «Отвернись и вот так вот иди». Было слегка обидно и странно. Из приятных воспоминаний, у нас как-то была съемка на острове, куда мы летали большой командой. Варвара уже смогла поработать с такими известными брендами, как New Balanсe, Fila и Samsung. — Модель — это не про красоту и стандарты. Это про твою общительность. Чем активнее ты будешь работать с командой, хвалить дизайнера, фотографа, оператора, восхищаться окружением и атмосферой, тем больше шансов, что с тобой вновь захотят поработать. «У 11-летних девочек были истерики» Несмотря на то что творческий путь Варвары сложился достаточно гладко, девушка с легким недоверием относится к самой концепции детского моделинга. Ведь, по ее словам, справиться с таким напряжением и конкуренцией могут не все. Некоторые девочки вместо красочных воспоминаний о съемках получают психологические травмы и проблемы с пищеварением. — Мне очень повезло, что я занялась моделингом в подростковом возрасте. Обычно в этом моменте в твоей жизни происходит какая-то фигня, а я посмотрела мир, познакомилась с интересными людьми, попробовала много вкусной еды. После первой поездки у меня пошел серьезный личностный рост, но были и обратные случаи. Например, во вторую поездку в Корею с нами жили маленькие девочки 11–12 лет. И вот у них действительно каждый день вечерами были истерики. Они хотели домой к родителям, и мы всей толпой их успокаивали. Еще во время моей поездки в Стамбул с нами была девочка 11 лет. Она еще совсем юная, у нее не сошла детская припухлость с лица. Ей говорили, что она толстая, требовали садиться на диету и угрожали не выдать покет-мани, а они там были просто смешные — 5 долларов. Что можно на это купить? Правильно, поесть один раз. У нас в Стамбуле был повар, но готовил он не очень вкусно, приходилось питаться самостоятельно и за свои личные деньги. В итоге эта маленькая девочка ничего не ела. Я не думаю, что для нее это хорошо закончилось. Плохо, когда родители пытаются заставить своего ребенка заниматься тем, что ему неинтересно. Хотя и меня заставляли, а вот как всё получилось. Я бы советовала пробовать, только если чувствуете, что ваших сил и психики хватит на это. «Я поддерживала ее как могла» По словам Варвары, в 2022 году серьезно досталось российскому моделингу. Мировая ситуация влияет не только на отношения внутри агентств, где русские девушки работают бок о бок с украинками, но и на логистику. — Когда я в последний раз возвращалась из Кореи — в октябре 2022 года, рейсы все отменили. Русских на самолеты не пускали. Я летела около двух суток: сначала в Абу-Даби, потом в Москву и только потом в Самару. Из-за того что переносили один рейс, у меня слетали билеты. И я потом еще кучу денег им заплатила, чтобы купить новые билеты. Это было просто ужасно. У меня была истерика, было страшно и хотелось просто добраться домой, к родным. Что касается взаимоотношений с украинскими девочками, то я считаю, мне повезло. В последнюю поездку мне довелось жить с девушкой из этой страны. С порога узнав, что я из России, она начала задавать мне неудобные вопросы, но я сразу смогла обозначить свои рамки. Нам предстояло с ней жить вместе длительное время, и ссоры были совершенно ни к чему. Я попросила ее не обсуждать со мной политические темы. Она приняла мою позицию. Ее родители не уехали с Украины, они звонили ей, она смотрела новости и знала, что происходит в ее родном городе. Я поддерживала ее как могла в такой сложной ситуации. «Родителям подарила кондиционеры» Следующее сложное испытание, что только предстоит пройти Варваре, — это сдать ЕГЭ и подтвердить свою золотую медаль. Поэтому сейчас она приостановила свои поездки. После сдачи экзаменов планирует поступить в университет Москвы или Самары на заочное отделение по специальности бизнес-информатики, аналитики или банковского дела, в зависимости от набранных баллов. — Всё, что я заработала, еще ни рубля не потратила, ни копейки. Только один раз родителям кондиционеры подарила. Я всё откладываю на высшее образование на случай, если с ЕГЭ будут какие-то сложности. После экзаменов и поступления Варя планирует и дальше отправиться строить модельную карьеру. Впереди у нее поездка в Китай. Агентство планирует продвинуть девушку на европейский рынок, а сама она мечтает попробовать себя в кино.