Петр Гуменник выступит на Олимпиаде-2026

Петра Гуменника называют самым сильным фигуристом в России, а после оглушительного успеха на отборе в Пекине пророчат победу и на самой Олимпиаде-2026. Но кто он, этот высокий интеллектуальный парень, который относится к фигурному катанию как к математике и, несмотря на религиозную семью, перевоплощается на льду в самых отпетых негодяев, от которых мурашки по коже, — рассказываем. «Борись и не сдавайся» Путь в спорте начался для Петра, когда ему было четыре года. В Санкт-Петербурге маленького, скромного и неразговорчивого мальчика мама привела на просмотр в школу фигурного катания. Тренер Татьяна Юрышева сразу заметила, что в нем есть что-то особенное. — Когда он появился в зале, первая черта, которая бросилась в глаза, — заинтересованный и осознанный взгляд. Второе — феноменальная память, это был очень развитый для своих лет ребенок, — вспоминала позже Татьяна. Несмотря на первое впечатление, сходу покорить лед у Петра не получалось. Ему недоставало природной прыгучести, из-за чего приходилось работать в разы больше, чем сверстникам. — Пете скажешь: «Пропрыгай четыре ступеньки», он 24 пропрыгает, скажешь: «Пробеги два круга», будет рыдать, но пробежит, — описывала упертость Петра тренер. Принцип «Борись, но не сдавайся» кроме тренера Гуменнику с детства прививали родители. Его отец — священник, а мама — детский невролог. К воспитанию своего ребенка они относились со всей серьезностью. Фигурное катание не было единственным занятием Петра. В три года его отдали в музыкальную школу, где он пел в хоре. Дома же его ждали ежедневные задания на развитие ума и логики. Даже на время отъездов мальчик не должен был прерывать обучение, и вместе с чистой формой мама складывала ему задачки на каждый день. Однажды в спортивном лагере тренер застала его плачущим за столом, пока другие дети играют. На вопрос, что случилось, он ответил: — Мне надо задание сделать, я сегодня не сделал, — вспоминает слова маленького Петра Татьяна. Усилия и пролитые слезы были не напрасны. К десяти годам Петр успевал по всем предметам в школе, играл на трех музыкальных инструментах и делал все тройные прыжки под руководством Алексея Мишина. Но тренер хотел большего, а именно, чтобы Гуменник как можно раньше выучил сложный тройной аксель. — Плющенко выучил в 14, Гачинский — в 13, а ты давай, Петя, еще раньше, — подгонял он Гуменника. Петру пришлось оставить музыкальную школу, чтобы всё свободное время посвящать спорту, но прыжок всё равно не шел. Сколько бы Гуменник ни тренировался, прогресс остановился. «Больше не могу, сил моих нет с ним работать» У Петра были все шансы так и протоптаться на одном месте, растерять всю свою технику и оставить в своей биографии лишь участие в серии юниорского Гран-при, но в ситуацию вмешался отец Гуменника. Вместе они решили, что нужно попробовать поменять тренера, но если ничего не изменится, то, значит, пора уходить совсем. — Это был сложный и ответственный шаг, мы плакали. Но оставалось лишь два варианта: либо пробовать у другого педагога, либо заканчивать со спортом, — вспоминает отец Петра. В 2017 году Гуменник перешел в новую школу Тамары Москвиной в группу Вероники Дайнеко. Перемены давались тяжело, к застойному прогрессу, который тревожил Петра, накладывался переходный возраст. Они не могли найти общий язык, Петр отказывался работать в команде, поступал по-своему и первое время был сам по себе. — Он всегда был сложно независимым. Из-за этого я однажды даже не выдержала и сказала маме: «Больше не могу, сил моих нет с ним работать». Она мне: «Вероника Анатольевна, успокойтесь, всё пройдет, обещаю», — позже вспоминала Дайнеко. И всё действительно прошло. В том же году Гуменник пошел на консультацию к американскому тренеру Рафаэлю Арутюняну, воспитывающему олимпийского чемпиона Нэйтана Чена. Тот научил его сначала по видеосвязи, а после и на стажировке в США новому подходу к изучению прыжков. — Когда я к нему приехал, он оказался настолько хорошего мнения обо мне: в меня поверил и мне самому говорил, что я талантливый и обязательно всё запрыгаю, просто сделаю это чуть позже, чем другие, но в этом нет ничего страшного, всё у меня будет хорошо, это дало огромную мотивацию, — рассказал в одном из интервью Петр. Прыжки, которые не давались пять лет, благодаря постоянной поддержке сразу двух тренеров начали получаться, и во взрослый разряд Петр зашел уже как победитель. «Мы даже не сразу поняли, насколько это серьезно» В 2018 году Петр получил мастера спорта, а через два года выиграл Кубок России. — После большого перерыва было очень радостно вернуться и снова иметь возможность участвовать в соревнованиях. Это было просто праздником для меня. И еще в дополнение к тому же и выиграть. Так что теперь вообще счастью нет предела, — делился тогда Петр. Однако радость была недолгой. При подготовке к следующему чемпионату Гуменник почувствовал резкую боль в спине и коленях. Однако Петр всё равно не отступал от графика и поехал в Челябинск на соревнования, где смог получить лишь седьмое место. — Мы даже не сразу поняли, насколько это серьезно. Из-за карантина не могли быстро сделать МРТ, и сын уехал в Челябинск в подвешенном состоянии, выступил на обезболивающих, — поделилась мама Петра. В больнице оказалось, что у фигуриста синдром Осгуда-Шляттера. Болезнь коленных суставов возникла из-за постоянных нагрузок и могла теперь возвращаться регулярно и не давать полноценно тренироваться. Петру выписали лечение, надели гипс, и на время он совсем оставил тренировки. Спустя две недели сустав сросся, но полностью боли ушли лишь спустя четыре года. «Настолько достоверно передает образ героя, что хочется его чем-нибудь треснуть» Возвращающиеся спазмы не помешали Петру выходить на лед и тренироваться с тем же упорством, что и прежде. В декабре 2022 года он стал серебряным чемпионом по фигурному катанию, а уже в 2023-м победил на Гран-при России. Петр оказался мастером не только в технике катания, но и в перевоплощениях. Во время произвольной программы в 2023 году он преобразился в Дориана Грея. Этот образ негодяя так ему подошел, что стал ключевым элементом его успеха. — Он ведь настолько достоверно передает образ героя, который по своей внутренней сути является абсолютным негодяем, что мне порой даже хочется его чем-нибудь треснуть — до такой степени перестаю понимать, — комментировала Дайнеко. — Иногда даже смеюсь: если бы не столь глубокое и правильное воспитание, Петя мог бы стать совершенно выдающимся преступником. В 2025 году на Гран-при Гуменник уже перевоплотился в Евгения Онегина, и снова победа оказалась в его руках. Образ, созданный Ильей Авербухом, снова попал в точку. С ним Петр выступил в произвольной программе на отборе в Пекине и получил 169,02 балла, а также билет на Олимпиаду-2026. — Программа уникальна. Две ошибки было, но это ничего страшного. Это программа, о которой никто даже не может задуматься. Не то что исполнить ее, — комментировала Татьяна Тарасова. «Вечно кататься не получится» За пределами катка сейчас Петр — студент Санкт-Петербургского университета ИТМО, где он изучает компьютерные технологии. Гуменник стойко уверен, что не смог бы заниматься всегда лишь спортом. Поэтому сначала он сочетал это с подготовкой к ЕГЭ, которые в итоге сдал больше чем на 300 баллов, а теперь с парами в вузе. — Когда в твоей жизни только фигурное катание, становится скучно, начинаешь зацикливаться. Это мешает, — считает Петр. Вторая страсть Гуменника — музыка — также никуда не ушла из его жизни. Несмотря на то что он оставил учебу в музыкальной школе еще в детстве, он продолжает музицировать дома и выступать на концертах. — Мне порой кажется, что музыка не позволяет Пете сойти с ума от математики. И наоборот, — уверена Дайнеко. В своем плотном графике Гуменник пока не находит время для серьезных отношений. Его подозревали в романе с Елизаветой Туктамышевой, но тогда фигуристка сама пресекла любые разговоры. — Друзья, в прессе появилась информация, будто у меня роман. Не спешите верить неподтвержденным слухам. Если у меня будет важная личная новость, вы ее услышите из первых уст. Спасибо за уважение и поддержку, — ответила на любые домыслы Елизавета. Судя по всему, пока любые разговоры об амурных делах не сильно тревожат Петра, и его скорее волнуют мысли о будущем. Он понимает, что век фигуриста не бесконечен, и уже строит планы, чем займется дальше. — Я прекрасно понимаю, что в какой-то момент придется закончить со спортом. Вечно кататься не получится. Тогда пойду делать лекарства. Тренерская карьера на данный момент меня совсем не привлекает, хотя всё может измениться, — заглядывает в будущее Петр.