Тюменский вахтовик откровенно рассказал о работе на газовом промысле в ЯНАО

Пока в Тюмени шел нефтегазовый форум TNF, мы решили пообщаться не только с руководителями в этой отрасли, но и с рядовыми нефтяниками. Многие из них делились своими весьма безрадостными соображениями по поводу того, что ждет отрасль в ближайшее время и как она изменилась за последние годы. На призыв редакции откликнулся один из работников отрасли, который работает инженером на газовом промысле в ЯНАО вахтами и живет в Тюмени. Он оптимизма по поводу нефтянки тоже не разделяет. Мы подробно поговорили с ним о том, как устроена его непростая работа. Далее — от лица тюменца. Автор колонки попросил не раскрывать своего имени, так как боится санкций за свои высказывания от службы безопасности компании. Поэтому мы не называем его, а для иллюстрации используем картинку, сделанную нейросетью. «Создается видимость работы» Тружусь я в дочерней компании одного из крупнейших газодобывающих гигантов на Ямале, в отрасли довольно давно. За последние пять лет в нашей конторе сменились три гендиректора, и ситуация как с самой работой, так и с оплатой труда стала хуже. По должности я инженер, работаю на одном из самых первых крупных месторождений газа. Вахта длится по-разному — нет четких 30 на 30 дней. Все зависит от количества мест на вахтовый самолет в году, на основе этого составляется рабочий график. Любопытно, что работодатель каждый год требует от персонала уменьшить количество полетов за счет увеличения дней вахты. Перекос по заездкам доходит до двух месяцев. Сам процесс работы превратился в кучу актов, планов, проверок и подготовок к ним. С учетом этого всего приходится ночевать на работе. Сроки на исполнение заданий очень короткие, идет задвоение одной и той же работы, создается видимый объем работы без особых результатов. И вот еще — руководители верхнего уровня курирующих отделов наглым образом спускают свою работу специалисту на производстве. Вводятся постоянно какие-то программы, в которые вносишь одно и то же. У меня просто нет времени работать со своими непосредственными подчиненными из числа рабочих — невозможно организовать и контролировать их работу. Новые руководители не имеют понятия, как организовать и упорядочить работу, что-то улучшить. От этого становится с каждым новым начальником все хуже и хуже. «Лодка тонет, а руководители пускают пыль в глаза» Теперь о зарплате. Не буду озвучивать сумму дохода, но скажу так: за последние пять лет он упал на сумму, близкую к миллиону рублей в год. И индексаций, которые бы соответствовали действительному уровню инфляции, не было. Например, пару лет назад у нас было повышение 1,5% к окладу. Действительно, часть премий перестали выплачивать и ввели новые способы лишения их. Апофеозом кретинизма стал тот факт, что лишить премии могут за то, что ты взял больничный по уходу за ребенком в период межвахты. Тем самым работников с детьми ставят в один ряд с нарушителями дисциплины. С тем объемом работы и когда работодатель требует исполнять обязанности, которых нет в должностной инструкции, эта оплата труда ничтожная. Не говоря уже о том, что нормальной практикой теперь считается покупка инвентаря, краски, потому что у предприятия не заложено в бюджет на это денег! При таком ущемлении в оплате труда компания тратит миллионы на свой имидж, привозя студентов и других людей, устраивая им шикарные праздники с банкетами и прочими прелестями. Когда лодка тонет, руководители пускают пыль в глаза, что все хорошо. Кстати, вспомнил еще один критерий, по которому работодатель лишает премии! Если, допустим, работник обращался в суд по защите своих прав, то премию он тоже не получит. Молодым здесь не место У многих специалистов, на которых строится основная работа, выгорают и теряют интерес к денежной мотивации. Многие после рабочей вахты начинают болеть — стресс и прочее. На их место приходят молодые кадры, но с учетом того, что у них нет полярок (полярного стажа, от которого очень сильно зависит доход. — Прим. ред.), их зарплата ничтожно мала. Поэтому многие уходят, есть отток кадров. Да и что скрывать, качество молодых специалистов очень низкое, и нет у них никаких мотиваций расти. У меня были мысли поменять сферу, но я понимаю, что работать в Тюмени — это все то же самое, но за зарплату 60 000 рублей в месяц. У меня вот, например, трое детей, часто болеют. Последний раз на всякое лечение потратили 50 тысяч на двоих. Как тогда на 60 тысяч жить? В общем, семья — это единственная мотивация работать в таких ненормальных условиях. Для нее хочется благ и нормальных условий жизни. Хорошо, что близкие меня всегда поддерживают, и это дает сил. Ранее профессор ТИУ на форуме TNF заявил, что в отрасли кадровый голод — не хватает 25 тысяч человек. На вопрос редакции о том, связывают ли в вузе проблему с жалобами на условия труда, он ответил так: «Выпускники Тюменского индустриального университета крайне удовлетворены уровнем зарплат компаний, которые работают на территории Западной Сибири».