«Тишь да гладь, да божья благодать». Как и зачем живут люди в затерянном районе Тюмени у железной дороги

Продолжаем рассказывать, как в разных районах города живут простые тюменцы. В этот раз мы отправились совсем недалеко от центра города, к железнодорожному вокзалу. Там спрятались пара десятков домов, которые будто никто не замечает. Поговорили с местными — нравится ли им там жить и почему они не переезжают?

Несмотря на близкое расположение к шумным путям, район очень тихий и уютный. Со стороны вокзала на узкие улочки не заехать, на страже жителей стоит самая надежная система — шлагбаум, ключи у которого находятся у специально обученного человека. Машины стоят только у красиво оформленных домов, с огромной скоростью авто по здешним дорогам не носятся.

Сами дома, что естественно, оформлены без какого-то единого стиля. Кто смог, тот поставил себе большой забор и отстроил практически виллу. Кто-то обшил одноэтажный дом сайдингом, но компенсировал отсутствие других этажей цветочным палисадником. Встречаются и простые деревянные строения с резными наличниками.

Среди петляющей дороги удается обнаружить настоящее детское счастье. Маленький домик, сделанный из чего попало, выделяется на фоне окружающего пейзажа. Сначала кажется, что это какой-то отдельно стоящий туалет возле стройки, но нет — внутри стоит небольшой диванчик, а снаружи у двери написаны главные правила его временных обитателей. Базовые и очень правильные вещи — хочется верить, что ребятня им следует.

Людей в этом районе практически нет. Попадается просто пара прохожих, которые идут на железнодорожный вокзал. За рядом заборов даже не слышно разговоров. Случайно встречаем мужчину на велосипеде. Дмитрий, с самого детства, с 90-х годов, жил в этом районе. Сейчас он тут тоже нередкий гость: часто навещает бабушку.

— Ох, тут раньше даже асфальта нормального не было. Просто обычная проселочная дорога. Детьми мы тут развлекались постоянно. Через лужи прыгали, яблоки срывали с деревьев, которые растут у соседей. Шалаши строили. Не было же ничего, никаких детских площадок, только что-то старое, оставшееся от Советского Союза, — с ностальгией вспоминает мужчина.

Сейчас, по его словам, всё изменилось. В домах централизованный водопровод, хотя канализации всё так и нет. Недавно в район подвели газ, и теперь желтые столбики стоят почти у каждого участка. В дом бабушки Дмитрия его пока не завели: на подключение надо потратить больше ста тысяч рублей.

— Вообще, район очень тихий. Единственный минус — это шум от поездов. Вон там, у второго столба (в это время мужчина машет рукой к опорам с фонарями, расположенными буквально в паре десятков метров. — Прим. ред.) уже железная дорога. Хорошо, что там маневровые пути. Первое время, как только переехали, потряхивало, а потом ничего, привыкли. Сейчас уже, когда бываю у бабушки, даже не замечаю ничего, — рассказывает тюменец.

Телефон Дмитрия уже начинается разрываться от звонков, и он уходит к небольшому бревенчатому дому, окруженному серым деревянным забором. На воротах лежит белый кот, который вообще никак не реагирует на происходящее.

— Он просто глухой. Но красивый. Вот, посмотрите, у него гетерохромия, глазки разные. Давно с нами живет, — говорит Дмитрий и скрывается за дверьми, ведущими к дому.

В это же время открывается калитка у еще одного небольшого деревянного одноэтажного дома. Оттуда появляется седая женщина с тележкой, в которой навалена трава. Наталья купила жилье здесь недавно, хотя мечтала о своей квартире — именно там хотела встретить старость и спокойно наслаждаться жизнью. Но в этот план пришлось вносить коррективы.

— Мой дом был недалеко отсюда, на Попова. Его снесли, на улице вообще всех повыгоняли. Пришлось судиться с администрацией из-за этого, хоть компенсацию получила. Маленькую, конечно, только на вот это и хватило, — рассказывает женщина, показывая на деревянное здание на две семьи.

О судебных тяжбах она вспоминает с грустью, подробно рассказывает про всё, что тогда происходило.

— Пока были в суде, разговаривали с представителем администрации. Он мне заявил, что если я хочу нормальное жилье, то могу брать ипотеку. В 70 лет? — возмущается женщина, словно снова переживая этот момент.

Своим нынешним выбором в целом она довольна. Снег убирают, траву у домов скашивают. Работать «на земле» она привыкла, а сам район очень спокойный. Иногда мешает шум от поездов, трясется дом, но к этому она привыкла, такое было и в ее старом доме.

— Тут тишь да гладь, да божья благодать. Живут бабульки. Соседка у меня — выйдет, поздоровается. Честное слово — тихо, мирно, — говорит женщина.

Прощаемся с женщиной и идем дальше. Замечаем небольшую тропку, которая выделяется на фоне огромной травы. Становится интересно, куда же она ведет — особенно учитывая, что дальше уже должен быть глухой забор, скрывающий железную дорогу. Ничего сверхъестественного — просто кто-то из местных специально себе расчищает небольшую полянку, куда скидывают траву с участков.

Вернувшись на дорогу, замечаем мужчину. Он идет навстречу, с черным пакетом, в какой-то строительной робе. Тюменец представился Николаем. О жизни в районе рассказывает неохотно, хотя и отмечает, что здесь тихо и спокойно.

— Давно я здесь живу, с 2000-х. Раньше на участке родительский дом был, но я его снес. Отстроил новый, со всеми удобствами. Когда переехал, создал себе все удобства — водопровод провел, септик поставил. Так что хорошо живу, — говорит мужчина.

Единственное, что выдает близость железнодорожных путей, — едва слышимый и различимый голос диктора, объявляющего об отправке и прибытии поездов. Иногда на дороге попадаются люди с сумками, да портфелями — явно только приехавшие в Тюмень. Тишину и размеренность района боятся нарушать, такое ощущение, даже птицы. А местные довольны своим бытом и жизнью — и никакой шум от поездов им не страшен.

Ранее мы съездили в заречную часть города. Именно там уже пару лет сносят частный сектор из-за реновации. Показываем, как там всё изменилось.