«За мной Бог, но я хожу пешком». Истории людей, которые живут на улицах Тюмени — вы точно их встречали

Из парка возле вокзала прихрамывая выходит мужчина. В свитере под горло, трико и кроссовках. Одежда чистая, а от тела разит чем-то кислым и тухлым. Мужчина две недели идет пешком из Новосибирска в монастырь. Тюмень для него — перевалочный пункт.

К мужчине подходит сотрудник «Социального экспресса» Александр. Он предлагает ему временное жилье, помощь с едой и одеждой. Затем бездомного садят в «Газель» и везут в центр помощи.

Соглашается поехать не каждый, говорит Александр. Он знает почти всех бездомных в городе по имени: его работа — убедить каждого в том, что у них есть шанс изменить жизнь. Но не каждый соглашается даже слушать.

В Тюмени есть «Социальный экспресс». Это команда людей, которая ездит по городу в поисках тех, кому нужна помощь с жильем или едой. Бывает просто объезжают места, где можно встретить бездомных, чтобы предложить свои бесплатные услуги. Но чаще работают по заявкам. Если, к примеру, в подъезде дома уже несколько дней живет старушка, соседи могут позвонить сотрудникам соцэкспресса. Они приедут, предложат помощь и в случае согласия увезут в центр помощи. Там бабушку накормят, предоставят спальное место и обеспечат чистой одеждой.

Сегодня объезд по улицам, едем с командой на УАЗике. За рулем машины Даулет Жакупов, полицейский на пенсии. И Александр Измайлов, он сам оказался в центре помощи от безысходности. Александр 31 год сидел в тюрьме. А когда вернулся, поехал в село Велижаны. Дом во время его отсутствия сгорел.

— Сидел за убийство. Нечаянно два раза ударил, и человек умер, — Александр кулаком два раза бьет по ладони. — Мне дали 8 лет. Это один из сроков мужчины.

Всего Александр сидел шесть раз. Возле подбородка у него глубокий шрам, он ходит прихрамывая, переваливается с одной ноги на другую. Рассказывает, что в основном попадал в тюрьму за пьяные драки. В соццентре он работает: убирает территорию, отвечает за погрузку еды и, как сегодня, помогает бездомным. Мужчина убежден: «Никому из них нельзя верить».

Первая точка — железнодорожный вокзал. Из парка возле него Александр приводит мужчину, тот идет медленно и каждый шаг делает осторожно: наступать больно. Мужчину зовут Александр. Говорит, что в Тюмень из Новосибирска добрался без денег. За плечами у него только полупустой рюкзак.

— Где пешком, где подвозили, где давали деньги на электричку. Вы будете удивлены, мне надо в Ярославскую область. Там монастырь, — рассказывает мужчина.

У Александра возле большого пальца наколот слон. Объясняет, что это означает: «Смерть *** от ножа». Он сидел в тюрьме за кражи, бунт и убийство. Рассказывает, что последний раз был в 1989 году в колонии Пермского края. Мы переглядываемся с нашим проводником Александром — он мотает головой.

Александру 65 лет. В Одессе у него живут дочка Наташа и двое внуков. Связи с родными сейчас нет. Сам мужчина в 2014 году из Мариуполя переехал в Крым, потом в Саратов, оттуда в Новосибирск. Говорит, что не раз попадал в рабочие дома и социальные центры. Больше всего нравится жить в монастырях, потому что «трудностей и требований никаких».

— Одно время реконструировали монастырь, делали фрески. Так и заинтересовался. В 2012 году меня батюшка постриг. Теперь я воин Христов. За мной Бог, но я хожу пешком, — говорит Александр. — В монастырях — отлично. К примеру, ударил молотком по пальцу. Батюшка говорит: «Помолись, потом будешь работать дальше». Единственное требование: жить по закону Христову.

В последний раз Александр жил в монастыре в Черепаново. Оттуда его выгнали за пьянку.

— Один раз спотыкнулся. Я батюшке говорю: «Вы же игумен, вы читали проповедь Христа, окончили семинарию. Когда у Иисуса спросили: „Сколько раз человека прощать: 7 или 70?“, он ответил: „7 раз по 70!“». А он второй раз не мог простить меня.

Когда мужчина оказался Тюмени, в первую очередь он пошел в монастырь. Там ему дали переобуться, потому что ноги после дороги «были стерты в кровь». После отказа в ночевке он пошел на вокзал, два дня жил там.

— В центре «Милосердие» вы можете отдохнуть, привести в порядок документы, — начинает диалог Даулет.

— У меня с документами всё в порядке. Отдохнуть могу на вокзале. Мне надо идти, время-то идет, — возражает Александр.

— У нас отдохнете. Погода тем более дождливая.

— Я же задержусь из-за этого. Надо двигаться.

— Один день хотя бы отдохнете.

— Ну поехали.

В УАЗике Александр говорит, что долго задерживаться в центре не собирается. Он хочет восстановить силы, узнать, где проходит федеральная трасса, и начинать путь в Ярославскую область.

Везем Александра в соццентр и едем к Свято-Троицкому монастырю. Там встречаем мужчину на коляске. Он видит нас, опускает ступни на землю и перебирает ногами, чтобы отъехать подальше. От него тянется шлейф перегара и еды: на сиденье коляски разбросан рис и овощи. У мужчины нет одной руки. Обжег об печку, началась гангрена и пришлось ампутировать.

Это Вячеслав Мосьпан, и месяц назад он мог ходить. Сейчас без коляски больше не передвигается: «Ноги пока не работают». Александр говорит: «Это наш постоянный клиент». И без брезгливости берет грязные ручки коляски, чтобы отъехать на ней с пешеходной зоны.

Десять лет назад Вячеслав жил в Утяшево вместе с младшим братом. Остался без жилья, когда мать, отец и брат умерли. Когда в последний раз работал, уже не помнит. Ему 50 лет.

— Сижу возле монастыря, потому что здесь можно заработать денег. В день удается выручить до 500 рублей на сигареты, еду и пиво. Могу пожить в социальном центре. Но я к улице уже привык, — говорит Вячеслав.

Даулет и Александр снова предлагают Вячеславу помощь. Он говорит, что подумает.

Мужчина сидит на лавочке возле набережной и курит. Бросаются в глаза его опухшие побелевшие руки. Он с трудом держит в них тонкую сигарету. Рядом лежит пакет, внутри просвечивает хлеб.

Николаю Белобородову 40 лет. Он работал в строительной компании, был женат. Жил в муниципальной квартире, которая досталась от мамы. Когда родные умерли, оказался на улице. Говорит, что его через суд выселили из жилья.

Чтобы заработать, поехал на СВО. По слова мужчины, воевал в штурмовом отряде 9 месяцев. Уволили со службы по ранению, «одно ухо сейчас не слышит».

— Бог дал, и я выжил. За время СВО заработал больше миллиона, снимал квартиру на ДОКе. А потом просто на всё подряд деньги тратил, выпивал, — делится Николай.

Когда закончились деньги, поехал в командировку в Москву. В столице с бригадой строил мост. Два месяца, утверждает Николай, стабильно платили по 170 тысяч рублей.

— Потом директор сказал, что денег нет и компания даже не может купить нам билеты до дома. Думал, приеду из командировки и потом снова сниму квартиру. Но не получилось, — говорит Николай.

Николай живет на улице три месяца. К примеру, сегодня из-за дождя спал под деревом. Продукты покупает на военную пенсию — это 4700 рублей в месяц. Мужчина планирует некоторое время пожить в соццентре, найти работу и снять квартиру. Но пока от предложения сотрудников экспресса поехать с ними прямо сейчас, отказывается.

Мы идем обратно в машине. Я замечаю, как настойчиво Даулет и Александр предлагают людям поехать с ними.

 — Зачем вы им помогаете? Кажется, что людям всё равно на вашу помощь.

— Да, я знаю. Большинство людей даже знают, что такой центр есть. Там помоют, подстригут, побреют, — отвечает Даулет.

— К примеру, Николаю вы не раз предлагали помощь — в центре его отмывали, кормили, давали новую одежду. Зачем снова предлагаете?

— А может быть, он поймет, что есть другая жизнь.

Дальше мы обходим территорию центрального рынка и едем к еще одной церкви. Александр знает, кто здесь обычно бывает, и предлагает снова рассказать о том, что всё еще можно изменить. Но людей в момент нашего приезда нет.

Ранее мы рассказывали, как Тюмени в общежитии на Энергетиков поселились мужчина и женщина. На первый этаж они привезли вещи — на сумках спят и едят. Жители жалуются, что не могут выгнать пару из подъезда.