«За ним никто даже не смотрит»: тюменцы пожаловались на плохое лечение ветерана ВОВ от коронавируса

В Тюмени родственники 93-летнего ветерана Николая Шмакова пожаловались на условия оказания медицинской помощи. По словам близких, за ветераном нет должного ухода в моногоспитале, а дедушка там просто умирает, не получая необходимой помощи. Об этом родным рассказал сосед пенсионера по палате — он нашел у дедушки контакты дочери и связался с ней после выписки. Мужчина говорит, что ситуация просто ужасная.

— Пробыл в моногоспитале в одной палате с пенсионером три дня, потом меня выписали. Он лежит, ходить не может, не разговаривает, у него только вырываются нечленораздельные звуки, — рассказал пациент Сергей. — В первый день нам поставили тарелки с едой через порог и ушли. Я полдня посмотрел, что он лежит, никто его не кормит. Я попробовал его покормить кашей, а у него обратный рефлекс. Не знаю, сколько его не кормили до этого и сколько дней он так пролежал. Кормил его я, насильно впихивал детское пюре по две-три ложки, воду. Медперсоналу наплевать: человек там лежит, не ест, умирает, никто к нему не подходит. В последний раз ему таблетки давали, он их выплюнул, медсестра просто развернулась и ушла со словами: «Ну и ладно».

По словам мужчины, пенсионер очень слаб, большую часть времени спит, пока пытается сам ходить до туалета и обратно.

— Днем я ему помогал дойти от кровати до уборной, а ночью я же не всегда могу услышать. Каждую ночь просыпался от шума — он вставал, сам добирался до туалета, падал там. И так несколько раз за ночь, — вспоминает тюменец. — В последнюю ночь он упал четыре раза, сильно ударился головой. Когда меня готовили к выписке, я сказал врачу, что так нельзя, человек умирает без помощи, он ответил, что примет меры. Но когда я уезжал 19 июля, ничего не поменялось.

По приезде домой мужчина связался с дочерью Николая Шмакова, рассказал ей о том, что происходит в моногоспитале. Женщина очень удивилась — ей сотрудники сообщали совсем другую информацию.

— Изначально папу положили в ОКБ № 1 — у него была плановая госпитализация по установке кардиостимулятора, у него был отрицательный тест на коронавирус. Приехали с ним и просидели перед кабинетом плановой госпитализации три-четыре часа, очередь была очень большая. Может быть, и там заразились, — рассказала дочка пенсионера Татьяна. — 5 июля позвонили и сказали, что у папы положительный тест на коронавирус, на следующий день его перевели уже в моногоспиталь в «Градостроителе». Симптомов у него никаких не было, он нормально себя чувствовал. Я просила, чтобы его отправили на Котовского, в моногоспиталь ОКБ № 1, потому что там есть кардиологи, но всё вышло по-другому.

Связи с мужчиной у родных не было — при переездах пропали оба его мобильных телефона. Родные звонили в моногоспиталь, медперсонал сообщал, что с дедушкой всё хорошо, успокаивали всех.

— Только один медбрат сказал, что он лежит всё время, а ему после инфаркта нельзя много лежать, нужно ходить. Через десять дней, 16 июля, папу перевели в моногоспиталь, развернутый на базе санатория «Жемчужный». Звонили туда, медсестры говорили, что с ним всё хорошо. Но оказалось, что это не так. Мне его сосед по палате позвонил и рассказал, в каком ужасном состоянии папа, — сообщила дочь ветерана.

Родные Николая Шмакова передали ему телефон. Поговорить с ним не удалось — мужчина не узнал родную дочь по телефону и разговаривал нечленораздельно, уже в неадекватном состоянии. До попадания в больницу, как утверждают родные, мужчина чувствовал себя нормально, был активен, как для своего возраста, даже занимался огородом.

Родственники направили жалобы в различные инстанции, и даже к уполномоченному по правам человека.

Редакция сайта 72.RU направила запрос в оперштаб и региональный департамент здравоохранения. Ответ ожидается.

Во время подготовки материала мужчину перевели в моногоспиталь ОКБ № 1.