Битва за зуб

На очередном плановом медосмотре стоматолог спросила: «Все хорошо, жалоб нет? Вовремя приходите на осмотр, как положено, раз в полгода?» Да, этим я могла гордиться: два раза в год я сама себя заставляла идти к страшному зубному по месту жительства. Я – студентка, учусь в городе, но живу в пригороде, и очереди у нас гораздо меньше, идти недалеко. Да и врач меня знает с шести лет, я ей доверяла. Но этот медосмотр проходил в студенческой поликлинике, у меня спросили насчет жалоб, и я решила не молчать и не ждать, пока само пройдет, поэтому честно сказала: «Один зуб у меня побаливает под пломбой, не сильно пока, но регулярно по вечерам... Может, у меня кусочек пломбы откололся?» Врач ответила: «Да нет, вроде пломба стоит хорошо, но, если что-то беспокоит, приходите к нам на лечение в учебное время или же, если вам так удобней, то обратитесь по месту жительства». Я выбрала второе, и, как позже выяснилось, зря...

Сквозь зубы

Не откладывая дело в долгий ящик, пошла к «своему» врачу. Она посмотрела зуб и сказала: «Да все ж хорошо, что тут болеть-то может?» Но ведь что-то же болело, и болело так, что иногда по вечерам я не могла есть, пила обезболивающие таблетки и полоскала зуб коньяком. Врач сказала, что даст лекарство, снимающее чувствительность, и это должно помочь. Положив на зуб ватку, смоченную в чем-то неприятном на вкус, она отпустила меня домой, велев прийти повторно через неделю. Зуб продолжал болезненно ныть по закону подлости в самые неподходящие моменты, и когда я снова пришла на прием, врач решила убрать пломбу и посмотреть, что происходит под ней. «Вскрытие», очевидно, показало что-то такое, что мне неизвестно, так как она не комментировала свои дальнейшие действия. И лишь успела увидеть, а затем почувствовать, что она взяла иглу и начала чистить канал или, во всяком случае, попыталась это сделать. От боли я сначала чуть не потеряла сознание, а потом медленно стала сползать, вжимаясь в кресло. Такой сильной боли я в своей жизни еще не испытывала, по крайней мере до тех пор! Она все еще продолжала колоть и крутить так, что я слышала хруст, похожий на скрежет разбившегося стекла. Потом она сказала: «Какой-то странный зуб! Ладно, приходи послезавтра. Ходи пока так, во время еды зуб затыкай ваткой, а после еды полощи содой».

От всего пережитого я даже не смогла возмутиться, успела только спросить, когда же она мне поставит пломбу, хотя бы временную. У меня начиналась сессия, и ездить часто домой я бы не смогла, на что врач воскликнула: «Какая тебе пломба! Воспаление там!» Больше она ничего объяснять не стала и даже на снимок не отправила. Два дня я жила в муках: каждый прием пищи – это полоскания, ватки и зубочистки. Проще было совсем не есть. Открытая рана реагировала буквально на все: и на теплое, и на холодное, и даже на зубную пасту. Наконец, я пришла на прием и, как только села, снова увидела в ее руке иглу. Сказать что-то или спросить я не успела, и эта страшная боль повторилась снова. Я начала медленно сползать по спинке кресла, но она и не думала останавливаться, а колола снова и снова! Наконец, когда закончила, сказала: «Придешь теперь через две недели, я уезжаю, ходи пока так же, полоскай содой». На этот раз мне хватит сил воскликнуть: «Как же я буду так ходить?! Я еле-еле два дня проживала, почти ничего не ела! А как же пломба? И что мне теперь делать?» На что она ответила: «Какая тебе пломба? Ты в детстве зуб не зашибала? Он какой-то не такой что ли...»

Я не «зашибала» зуб, это точно, и поняла, что нужно уходить отсюда поскорее. Напоследок, в дверь, она мне прокричала: «А на снимок я тебя не отправляла? Нет? А ну ладно тогда, пока!»

Ты нам зубы не заговаривай!

Домой я шла в слезах даже не от боли, а от возмущения. Друзья, видя мои мучения, были крайне удивлены. Те из них, кто часто лечит зубы и уже обзавелся кое-каким опытом в этой области, сказали, что нельзя вот так ходить с открытым каналом, надо срочно обратиться к другому врачу! На следующее утро, пропустив занятия, поехала в студенческую поликлинику. Там я услышала следующее: «Это как же ты так ходишь?! С открытым каналом?! Да быть такого не может, чтоб тебя врач так отпустил! Может, ты врешь?» Я ничего не успела ни возразить, ни объяснить, так как мне велено было не закрывать рот, и тут стоматолог, достав знакомые мне иглы, начала, как позже я догадалась, прочищать канал. Испытав уже знакомую сильную боль, я снова от безысходности стала вдавливаться в кресло и тут услышала: «Да не жмурься ты! Терпеть надо. И не так уж это больно, как ты тут изображаешь!» Когда на минутку убрала иглу, я стала просить о том, чтобы мне сделали анестезию, но она сказала: «Никакого укола я делать не буду, это делается без него». Не знаю точно, сколько прошло времени, но она брала разные иглы, и все колола и колола...

Зуб болел так, что выть хотелось, но ничем помочь себе я уже не могла и теперь лишь жалела о том, что вообще обратилась с ним в больницу. До этого-то он болел как комариный укус, жить можно было... Потом врач снова стала возмущаться: «Вот обращаетесь ко всяким недоучкам, а потом исправляй за них ошибки, мучайся. Что она, молоденькая совсем что ли, что так промазала?» Я успела сказать только, что той врачихе за 60. Стоматолог позвала из соседнего кабинета свою коллегу, показала ей мой зуб: «Вот, смотри, как она ко мне пришла, вот так прям, открывай рот. Похоже, перфора у нее, а ведь зуб хороший был, живой, посмотри». И коллега, взяв в руки иглу, тоже стала колоть. Потом я услышала: «Да откуда ж такая молодчина-то, а? Да врет наверно она тебе, слушай их больше, сколько их таких тут ходит!» Я уже ничего не понимала от боли, от того, что мне не верят, и главное – чему именно не верят?! В чем я им могла соврать? Наконец, они вынесли приговор: «Завтра приходи на снимок, там все и решится. Или перфора у тебя, и тогда зуб удалять надо, или же, если не подтвердится, то тогда будем думать дальше». Я попросила ее объяснить, что такое перфора. «Да ты все равно не поймешь, ну давай попробую, вот смотри на картинку, видишь зуб? (Она показала обычный рекламный буклет с изображением зуба.) У зуба есть два канала, так? Их чистят обычно, а твоя врачиха, будь она неладна, промахнулась и попала тебе не в канал, а между двумя каналами, повредив тем самым все мягкие ткани. Это врачебная ошибка, и она не исправляется. В таком случае только удаление. Вот только никак в голову не возьму, как же она так промахнуться умудрилась, ведь хороший зуб-то был, живой».

Расплата за меткость

Еле-еле дожив до утра, я поехала на снимок. Врач сказала, что на снимок пойду с иглами... Знакомая боль, поиск канала, многочисленные неточные попытки и негодование врача. Все повторилось. Наконец, она попала туда, куда нужно было. Мне сделали снимок, потом убрали иглы, и уже через пять минут мне вынесли приговор: «Да, это перфорация! Только удалять».

Земля ушла у меня из-под ног, как же так – почти здоровый (во всяком случае по внешнему виду и моему представлению) зуб, и удалять? В моем сознании прочно засела мысль – лечить до победного конца. Удаление не укладывалось в моей голове, я себя не могла представить с дыркой во рту. И вообще удаляют ли из-за этого зубы? Я воскликнула: «Неужели ничего нельзя сделать? А как же платные услуги?» Но стоматолог покачала головой: «Ничего тут не сделаешь, и платно даже если полечишь-полечишь, то все равно удалишь потом. Да, жалко зуб, если бы ты к ней не ходила, к своей врачихе... Но такие ошибки не лечатся. Пойдем, отведу тебя к хирургу, можешь сразу без очереди заходить, он тебе быстренько удалит».

Она зашла в кабинет к хирургу, что-то ему сказала, потом, жестом велев мне проходить, удалилась. Я долго не решалась войти в кабинет и сидела на скамейке, пропуская людей, самые доброжелательные из них не забывали напомнить, что мне можно зайти в любой момент. Минут через пятнадцать я решилась и вошла, а когда увидела хирурга, не выдержала и разрыдалась, пытаясь объяснить сложившуюся ситуацию. Усугублялось дело еще тем, что мне буквально через пару часов нужно было защищать курсовую работу, а после анестезии говорить будет сложно или даже вообще не получится. Хирург спокойно объяснил, что без моего разрешения удалять ничего не будет, нужно только открыть рот и показать ему сам зуб и снимок. Потом сказал, что такой зуб жалко удалять, и посоветовал обратится в частную клинику. Ну, а если будет болеть, мол, приезжайте, удалю в любой день, когда будет удобно.

Никому тебя не отдам!

По пути домой, немного успокоившись, я зашла в две частые клиники, показывала там снимок и вкратце рассказывала свою историю. Приветливые врачи с радостью соглашались помочь, записывая мои координаты и оставляя свои визитки. Но сумма за одну лишь консультацию давала понять, что лечение для меня, студентки, в таких больницах непосильно. На мое счастье один из друзей посоветовал обратиться в государственную стоматологическую поликлинику. Врач после осмотра и полученной информации сказал: «Вообще с таким диагнозом проще зуб удалить, это обычно и делают, понимаю, почему в студенческой поликлинике тебя сразу отправили на удаление. Но я попробую положить лекарство. Неделю походишь временной пломбой, проверим, если всё пойдет хорошо, то расширю канал и запломбирую его. Но как все получится и сколько это продержится, сказать не могу и гарантий никаких давать не стану».

После этих слов я так обрадовалась, что мне казалось – зуб спасен! Но все оказалось не так просто, как хотелось бы. Врач поэтапно проводил лечение, и после каждого шага отправлял меня на обширный снимок. Было ужасно больно, когда он иглами пытался расширить канал, и страшно, когда он ругал за ошибку коллег, чуть было не отчаивался в начатом лечении. Поэтапное лечение длилось чуть больше месяца, и в самый последний день после третьей удачной попытки расширить канал наконец-то можно было поставить пломбу. Моему счастью в тот момент не было предела, я просто не знала, как благодарить стоматолога за проделанную работу: он решил рискнуть, и с большим трудом и опасностью ему удалось спасти зуб, исправить ошибку другого врача.

Комментарий специалиста

«Перфорация зуба – это искусственно созданное отверстие, – говорит врач-стоматолог Елена Савельева. – Оно может быть сделано не только по врачебной ошибке, но и из-за запущенности канала, когда он уже полностью разрушен. В данном случае перфорация совершена из-за ошибочного действия стоматолога: технически неверно зуб просверлили бором. Врач не учла индивидуальных особенностей строения челюсти пациентки и сделала прокол вертикально, а зуб был немного наклонен, что и видно на снимке. Работа выполнялась без снимков, а это недопустимо.

В современной стоматологии перфорацию можно вылечить. Например, существует метапаста, которая вводится в канал на какое-то время. Это происходит под контролем, под наблюдением, со снимком, который делается с иглами – их вводят в канал. Через какое-то время, может быть, даже через полгода, после лечения (а все это время пациент ходит с временной пломбой, которая в принципе почти не отличается от невременной) это отверстие, то есть перфорация, должно закрыться. Тогда канал пломбируется, и зуб еще может служить и служить долгое время. Так что перфорация – это уже не приговор, а зуб удалить никогда не поздно. Поэтому если есть возможность, то нужно ее использовать и зуб свой постараться сохранить».