«Если захочу жениться, то не через шоу». Ведущий рассказал о закулисье любовного реалити на «Пятнице!»

Ведущий и мастер гвоздетерапии Александр Манаков во втором сезоне шоу «Дом отдыха „Ягодка“» (16+) на канале «Пятница!» был одним из самых спокойных участников. В первой же серии он выбрал себе пару — ведьму Алену Пуртову из Краснодара, с которой дошел почти до конца проекта. Союз оказался настолько прочным, что другие участники шоу решили, что он ненастоящий. Из-за этого в финал Александр и его избранница не попали. О том, как проходили съемки, была ли на проекте любовь и вместе ли он с Аленой, Александр рассказал IRCITY.RU.

— Александр, вы шоумен и кавээнщик. Я, когда начала смотреть «Ягодку», была уверена, что станете чудить, но вы вели себя уж слишком спокойно. Зачем ввязались в проект?

— Мне нужен опыт участия в телевизионных реалити. Я специально ищу [такие шоу], подаю заявки и соглашаюсь. Конечно, гораздо интереснее было бы сниматься в шоу про выживание. Я в свое время проходил кастинг в «Последний герой» (16+) и на финальной стадии в Москве меня отклонили. И пока в проекты такого формата попасть не получается, тестирую себя в шоу других форматов.

— «Ягодка» от «Последнего героя», конечно, сильно далека. Не смущало, что это шоу про любовь и в целом напоминает «Дом-2» (16+), но для тех, кто постарше?

— Наоборот, даже интересно было испытать себя и понять, смогу идти от сердца или нет. Не участвовать в интригах и заговорах, а просто жить. Было любопытно, психану или нет, смогу ли прожить в компании незнакомых людей.

— Мало того, что незнакомые люди, так еще и закрытое пространство, и камеры повсюду. Понравился ли вам этот опыт?

— Порой возникало ощущение, что ходим по кругу. И когда выезжали за периметр, мысли были такие: «Фух, ура, свобода!» Временами казалось, что мы в заточении.

График был не особо понятный, но нравился. Да, ночью в основном спали, а вот как пройдет следующий день, почти никогда не знали. Более того, порой не было понимания, что будет происходить в следующий час, потому что в любой момент могли набежать люди, начать тебя гримировать, переодевать, а потом могли куда-то отвезти. Мы никогда не знали куда, зачем, что для нас приготовили.

— Даже когда собирались на свидания, заранее не рассказывали концепцию?

— Нет, это всегда был сюрприз. Думаю, для того чтобы была новизна, чтобы живо на всё реагировали, а не играли удивление или восторг.

— И все-таки, почему зрители не увидели в вас балагура и шоумена? Того, что творил сомелье Павел Кетров, я ожидала скорее от вас.

— Как шоумен мог вычудить, что угодно для любителей всякого странного и безумного контента. Это прямо мое. Но решил, что интереснее быть самим собой, таким, какой есть.

— Камеры не мешали?

— Нет, у меня же это не первый телевизионный опыт. Я умею абстрагироваться, просто не надо в них смотреть, и все. А с другими участниками перезнакомился буквально за вечер: быстро подружились и вместе пустились в это забавное путешествие.

— Вы быстро нашли себе пару и построили весьма прочные отношения. Как это удалось и поддерживаете ли связь с Аленой?

— На бал-маскарад все мы пришли в масках, и я решил, что выбирать буду ту, которая откликнется. Можно было оценивать по фигуре, нарядам, но я ориентировался на порыв души. Во мне отозвались Аня Ермакова и Алена. С Аней ничего не случилось, а с Аленой произошел мэтч, и все понеслось. Чуть позже оказалось, что мы с ней одного поля ягодки: она ведьма, я энергопрактик. На этой волне еще теснее сошлись.

Единственное, в чем не совпали, — темперамент. Меня сложно вывести из состояния равновесия, а ей надо все время бежать, срочно что-то делать, чтобы страсти кипели. Когда проект закончился, она мне написала, что наши отношения — слишком уж новый для нее опыт, и предложила временно перестать переписываться.

— А сейчас-то общаетесь?

— Редко, потому что некогда.

— Как это — некогда? Вы ведь нашли вторую половинку, разве нет?

— Пришло внутреннее понимание, что ее надо отпустить. А потом еще шоу посмотрел, послушал, что Алена говорила про меня, и понял, что всё сделал правильно. Я же в основном живу в Иркутске, она — в Краснодаре. Мы думали выбрать третий город, чтобы вырваться из зоны комфорта, но что-то пошло не так.

Я понял, что если у меня появится желание создать пару или еще раз жениться, то это произойдет не через шоу.

— То есть то, что мы видели на экране, все не по-настоящему?

— Многие об этом спрашивают. Там все реально, по-настоящему. Причем концентрация событий такая, что один день, как месяц, поэтому и развитие отношений стремительное: мы же все были в закрытом доме, постоянно друг с другом контактировали, всё максимально быстро. По ощущениям, я будто год там прожил. Когда оттуда выехал, было ощущение, что пробка из бутылки выстрелила. Типа: «Ух ты, мир! А ты такой огромный, оказывается!» Там всё было какое-то другое. Настоящее, но другое.

— Какой момент запомнился больше всего: может, яркое свидание, или случилось что-то, что осталось за кадром?

— Когда мы поехали с Аней из Сочи на свидание в баню, я поймал себя на мысли, что сижу в машине, смотрю в окно и завидую тем людям, которые просто ходят по улице или лежат загорают на берегу реки. Они были свободны. Но потом одернул себя и включился в процесс.

С Аней у нас была банно-консультативная история, я ей помог разобраться в себе и ее отношениях с Колей, который держал ее во френдзоне. То, что после этого Аня многое о себе поняла, принесло мне яркие эмоции.

Свидание с Аленой, на котором мы прыгнули в тандеме с вышки, тоже было кайфовым. Это моя тема, я знаю, как работают парные прыжки, и было видно, как после этого она изменилась.

— Она, конечно, бесстрашная. Я бы ни за что не прыгнула…

— Алена тоже сначала упиралась, но потом доверилась, и всё. Некоторые даже на вышку залезть не могут, так боятся высоты, а она смогла.

— На проекте вы рассказывали о том, что занимаетесь роуп-джампингом с 2010 года. Как к этому пришли?

— Случайно и неслучайно, потому что ничего в жизни не происходит зря. Я искал новых эмоций и наткнулся на ребят, которые как раз организовывали такие прыжки, и подумал: «Хм, интересно, попробую». Когда в первый год число совершенных мной прыжков перевалило за 230, перестал считать. Потом уже стал частью команды и сам начал учить людей.

— Вы в этой теме довольно давно. Прыгать страшно до сих пор?

— Да, каждый раз. Прыжки дают такой адреналин, вкус к жизни. Если бы не было страшно, это потеряло бы всякий смысл. Когда летишь вниз, страшно, а потом веревка подхватывает, и всё — у тебя вырабатывается дофамин, окситоцин, коктейльчик такой, просто полный балдеж. Ты думаешь о том, как любишь эту жизнь.

— Наверняка и с парашютом прыгали?

— Было дело. Причем сначала пришел в роуп-джампинг и воображал, как круто будет прыгнуть совершенно с другой высоты. Но первый прыжок с парашютом вообще не впечатлил. Ты делаешь шаг из самолета, и буквально через несколько секунд над тобой открывается купол — и всё: ты медленно и драматично опускаешься вниз. Лаундж под парашютом.

А потом я прыгнул с другой высоты, которая позволяет испытать свободное падение, и вот тогда я уже кайфанул. После этого много раз повторял.

— Судя по вашим соцсетям, вы еще и моржуете?

— Да, есть такое. Причем началось с детства. В руки однажды попала книга Порфирия Иванова. Был такой человек, который много рассуждал об оздоровлении, о единении с природой. Там было и про закаливания. Я прочел его труды и сообщил маме, что намерен тоже закаляться. Начал обливаться, мама даже пару раз меня поддержала. Я по утрам ходил босиком по снегу, по росе, потом искал людей, которые занимаются моржеванием, но не нашел никого. С другом мы создали клуб моржевания и стали участвовать в соревнованиях. У меня пачка медалей и удостоверение моржа России.

— Гвозди в вашей жизни появились тоже потому, что решили испытать себя, а потом втянулись?

— Поначалу, да, было как простое увлечение. Но гвоздетерапия — больше, чем просто физические испытания. Она про здоровье тела, психики, ума, про духовное развитие и просветление. Ты учишься не цепляться за мысли, не бороться с ними, а просто наблюдать со стороны. Я всегда привожу такой пример: когда птицы летают, ты же не пытаешься их поймать, а просто за ними наблюдаешь. С мыслями так же: нужно просто «смотреть» на них со стороны.

Когда я начал увлекаться гвоздетерапией, она еще не была мейнстримом. Зачастую доски Садху для практик было не достать, пришлось заказывать их из другого города. Когда всё пришло, распаковал, залез на них и такой: «Ой, а зачем оно мне?» — и тут же слез обратно.

— Больно было?

— Не то слово. Меня тут же «пробило», кровяка во все стороны летит, а я стою и думаю: «Так, и кому их быстренько передарить?» Настолько не зашло, что не хотел повторять опыт. Но потом переспал с этой мыслью, решил испробовать еще раз и уже смог отстоять на гвоздях полчаса.

— А что это дает?

— Как минимум снятие всех блоков, зажимов и спазмов. Тело расслабляется, энергии больше становится. Не представляете, сколько энергии тратит наше тело, чтобы поддерживать зажимы, которые мы копим в течение жизни. Гвозди помогают от этого избавиться, и начинаешь чувствовать легкость, проще просыпаешься по утрам, успокаиваются психика и ум. Начинаешь видеть мир безоценочно, таким, какой есть, и всё, что с тобой происходит, воспринимать не как проблемы, а как ситуации, и сразу же видишь, какие выходы есть.

— В «Дом отдыха „Ягодка“» брали с собой доски?

— Конечно, они всегда при мне.

— Даже сейчас?

Вместо ответа на вопрос Александр Манаков берет сумку и достает из нее доски Садху.

— Я вожу их с собой, потому что в любой момент может позвонить кто-то из моих учеников и сказать: «Саня, мне нужно срочно успокоиться, приезжай» или «Сань, у меня завтра переговоры, давай поработаем». И я еду.

— Судя по всему, практики помогали вам сохранять спокойствие на шоу. Вы казались там максимально уравновешенным, осмысленным, даже Алена жаловалась на то, что вы чересчур спокойный. Кроме того, из-за этого вашу пару считали самой неискренней.

— Да, и меня это сильно удивило. Почему-то все решили, что мы договорились и нам на всё фиолетово. Но там ни фига не договоришься, каждый день что-то новенькое прилетало. То за массаж предъявляли, точнее, за его отсутствие, то записка моя Алене не зашла. Я ей добра пожелал, а она всё так перевернула, что я офигел. Алена чуть не порвала меня после свидания с Аней в бане. И я вообще-то был готов вылететь из проекта в любой момент, но мы дошли вместе почти до самого конца.

— Зато с каким спокойствием и достоинством вы пережили то, что вам остригли волосы…

— Да это была жесть какая-то! Я же их специально отращивал, примерно два года на это потратил. У меня на этот образ были уже контракты, и тут такое без предупреждения!

— А вы правда не знали, что будет?

— Нет, конечно, там же не было зеркала. Я знал только, что там что-то происходит, и тут — здрасте: Коля уже бегает с моим «реквизитом». И у меня в голове эти контракты пролетели, штрафы, неустойки. Но я понимаю: «Ну что, обратно это не пришить, едем дальше». Был страх, что еще и бороду уберут, и вообще все, хана.

— Нельзя было попросить остановиться, не делать всего этого?

— Нет, ты же контракт подписываешь. Это преображение было для меня очень нервным.

— Так, наверное, этот момент и был самым ярким на шоу?

— Кстати, да, если не самым, то одним из. Теперь я снова отращиваю волосы.

— Как изменилась ваша жизнь после шоу?

— Главное, я понял, что иду в правильном направлении, протаптываю дорожку к своей цели. У меня уже есть приглашение на следующее шоу, но пока не могу раскрывать детали, еще слишком рано.

— Боитесь, что не пройдете?

— Да всякое может случиться. Я же, например, снимался в передаче «Давай поженимся!» (16+) еще в феврале прошлого года, но в эфир шоу так и не вышло. Не знаю уж, что там случилось.

После «Ягодки», кстати, понял, что на проекты про отношения больше не пойду, уже не очень интересно. Хочется поучаствовать в шоу про выживание. Или попробовать себя в роли ведущего реалити, в эту сторону смотрю.

Вообще, хочется больше шоу, которые построены не на интригах, предательствах, грызне и жести, а на чем-то добром, созидательном. С одной стороны, мы, шоумены и ведущие, сами приучили людей к такому контенту, но я много лет уже думаю о том, что нужно что-то другое. Реалити, построенное на здоровой конкуренции. Мне в этом смысле нравится проект «Титаны» (16+). Да, там есть соперничество, но оно другого плана. Ты испытываешь себя на прочность, и я хотел бы попробовать.

Опять же, интересен опыт в кино. У меня уже были эпизодические роли в нескольких проектах, хочется чего-то большего. И скоро вы увидите меня в других реалити-проектах.