«Наценку делаю в 2–2,5 раза»: школьник занялся столярным бизнесом и получает заказы со всей области

Степану Токарю из Челябинска — 15 лет. Он оканчивает 9-й класс, готовится к ОГЭ и думает о поступлении в вуз. А параллельно работает в собственной мастерской и берет заказы на изделия из дерева со всей Челябинской области. Говорит, чтобы окупить оборудование, делает наценку на свои товары в 2–2,5 раза. И на заработанные деньги смог купить дорогостоящий станок. О нюансах такого производства Степан рассказывает на своем YouTube-канале, его видео просмотрели уже 100 тысяч раз. История Степана — в материале наших коллег из 74.RU.

Начинал Степа с обычных для парня вещей — в детстве любил собирать конструктор, возился с инструментами. Разве что интерес к этому делу появился очень рано.

— У меня всегда дома был ящик с инструментами: шуруповертом, отверткой. Всегда к нему был доступ. Даже когда мне было год-два. Видео есть, где я тогда сидел и в доску вкручивал саморезы, — говорит Степа.

С возрастом интерес к работе руками стал только сильнее.

— Мне было восемь лет. К бабушке в сад приехал, сделал скамейку. Лет с 12 в саду у меня появился свой навес. Там стояла торцовочная пила. Я тогда понял, что хочу столярным делом заниматься во взрослой жизни, — вспоминает Степа.

Вскоре родители выделили под увлечения Степы чердак на даче. Там парень устроил верстак и пропадал целыми днями за созданием поделок.

— Не было цели сделать из него вундеркинда. Но мы ему показывали многогранный мир, чтобы он понял, какое дело — его. Водили на плавание, самбо, теннис, робототехнику. Но ближе всего оказалось столярное дело, — рассказывает мама Степы, Валентина Токарь. — Мы его поддержали. Он мне тогда сделал на 8 Марта ложку, кольцо из дерева, для учителя сделал карандашницу.

В 14 лет у Степы появилась полноценная мастерская. Родители купили дом недалеко от Челябинска. Большой подвал идеально подходил, чтобы обставить его станками. Тогда уже неплохо поднатаскавшийся в столярке Степа разместил объявления о своих услугах в интернете. Небольшие заказы появились почти сразу же — люди просили сделать полочку из дуба, детали для кровати, разделочную доску.

— Себестоимость дубовой полки в районе четырех тысяч. Учитывая стоимость расходных материалов, я ее отдал за семь. Не сильно большую наценку сделал, постеснялся. Неправильно посчитал стоимость, а в процессе работы поднимать ее дурным тоном считается. А вообще наценку делаю в два — два с половиной раза. И вот эти два с половиной раза — мой чистый заработок и окупаемость станков, — рассказывает мастер.

Причем параллельно поступали и более масштабные заказы. Например, бильярдный стол и огромный сарай из шпал:

— За такие заказы я не брался: они неоправданные. Сарай из шпал — это нерентабельно, а бильярдный стол я просто не смог бы на тот момент сделать, потому что станков таких не было.

По словам Степы, в его мастерской сейчас оборудования примерно на 700 тысяч рублей. Чтобы окупить эти вложения, нужно трудиться всю рабочую неделю в течение года. Правда, из-за учебы получается приезжать только по выходным (полноценно семья в дом не перебралась и на неделе живет в Челябинске). Но даже при таком графике Степа с осени заработал на заказах примерно 100 тысяч рублей.

Всё это Степа рассказывает без хвастовства и даже со смущением. Зато его глаза загораются, когда мы просим рассказать о том, какие станки есть в мастерской:

— Это торцовочная пила, ее мне подарили на окончание седьмого класса. Рейсмусовый станок на Новый год попросил.

Но жемчужина мастерской стоит в центре помещения — это распиловочный станок. Он нужен, как нетрудно догадаться, чтобы распиливать доски. Это не самая дорогая вещь в арсенале Степы, но на нее парень заработал сам.

— Работал летом два месяца на мебельной фабрике. Брали меня туда по знакомству. Я там был сборщиком, собирал шкафы из ДСП. Условия были довольно суровые. Но работал и работал. Там главное — не рыпаться, особо в контакт с мужиками не вступать. У меня был опыт, я нормально работал. Мужики, которые без опыта приходили, работали намного хуже. Я собирал в день от 15 шкафов, если сложные, — до 25. Это средний результат. Некоторые по 50 собирают, кто долго работает, — делится мастер.

Зарплата была сдельная и в месяц Степа получал около 35 тысяч рублей. Он ни о чём не жалеет, потому что это был важный опыт:

— Я очень там уставал. Там было жарко. Эта работа косвенно была связана с тем, что я в мастерской делаю, но не совсем: здесь я работаю с массивом дерева, а там была ДСП. В мастерской работа сложнее, потому что тут полный производственный цикл — от доски до изделия, а на фабрике я работал только на сборке.

По словам Валентины Токарь, работа Степы на фабрике убедила ее в серьезности увлечений сына:

— Заработал свои собственные деньги, купил себе станок. Я видела у него тогда этот восторг.

Родители парню доверяют и поддерживают увлечение, но материнское сердце иногда всё же дает слабину:

— Когда он включает эту штуку, у меня сердце дрожит. Когда станок жужжит, я в комнате вздрагиваю, думаю: «Поскорее бы он закончил». Но куда деваться? Я же не могу ему запретить и отправить играть на скрипке. Он в мастерской как рыба в воде. Правда, когда Степа работает, у меня примета не спускаться туда, чтобы не отвлекать его.

К седьмому классу Степа уже зарекомендовал себя в школе как хорошего столяра. На уроках труда из-за этого первое время возникало напряжение.

— Были посредственные уроки, туда не было смысла ходить. У нас до седьмого класса был трудовик советский. С ним я очень часто спорил вообще из-за всего. Например, как рубанок класть. Во всех советских учебниках пишется, что его надо класть на бок. Но тогда открыто лезвие, и можно кожу с руки снять. И говорится, что нельзя его прямо ставить, потому что лезвие тупится. Но все верстаки столярные, как правило, деревянные. С ножом ничего случиться не может, если нет металлической стружки или гвоздей на верстаке, — вспоминает Степа.

На следующий год ситуация изменилась:

— Потом молодой трудовик появился. С ним я нормально общался, по оценкам было всё хорошо. Он понимал, кто я, чем занимаюсь. Уважение ко мне проявлял.

Откроем тайну, как редакция 74.RU узнала о Степе. Благодаря его YouTube-каналу «Верстак на чердаке». На него подписаны более тысячи человек, видео посмотрели почти 100 тысяч раз. В основном блогер в роликах показывает, как делает заказы, однажды Степа даже реставрировал ржавые советские тиски — получились как новые. Есть и разговорные видео, например распаковка покупок из строймагазина, а также влоги.

Создать канал Степе предложила мама, когда у него еще была маленькая мастерская на чердаке в саду. Отсюда, собственно, и название. Первые видео снимали на телефон, потом перешли на семейную зеркалку. Вложений, кроме покупки микрофона и некоторых мелочей, не было. Зато, по словам блогера, вскоре можно начать получать доход. Монетизации от YouTube для россиян сейчас нет, но есть прямая реклама от брендов. Нишевые каналы, как у Степы, имеют низкий порог входа на рынок — им не нужно иметь миллион подписчиков: рекламодателю достаточно десятка тысяч заинтересованных профессионалов.

— У столярных каналов рекламу могут купить как бренды станков или инструментов, так и банки и службы доставки, например. Если я буду продолжать снимать, это вполне возможно, — уверен Степа.

Ролики на канале не выходили уже четыре месяца — творческий кризис, объясняет Степа. А потом поправляется: в конце учебного года нет времени и сил. Но летом он планирует перебраться из квартиры в дом и целые дни проводить в мастерской. Новых видео должно быть много.

— Ролики снимать нетрудно — камеру ставлю на штатив и рассказываю, что делаю. Мне сложнее монтировать. Как это лучше смотрится, как то? Показать интересное, убрать неинтересное, — признаётся блогер.

В мыслях есть и запись на курсы по постановке речи: Степа держится перед камерой довольно уверенно, но блогеру в этом плане всегда есть куда расти. Особенно учитывая то, что его уже начали приглашать на профильные мероприятия в качестве эксперта.

— В конце апреля меня позвали на строительную выставку IZBUSHKA. Буду в роли спикера. А в прошлом году я туда просто посетителем ходил. Там был «открытый микрофон», я вышел, рассказал о себе. Меня тогда заметили и вот написали, позвали. Буду рассказывать о моем канале. Ну всё то, что вам рассказываю, — делится инсайдом мастер.

Планы у Степы амбициозные. Свое увлечение он хочет превратить в профессию. При этом до конца жизни стоять у станка парень не планирует:

— Понимаю, что для хорошего заработка на столярном деле нужно либо огромное производство, либо брать очень дорогие заказы. Например, чтобы тумба три миллиона стоила. В Челябинске такого не будет. В Москве — может быть, но такие заказы всё равно очень сложно искать.

Поэтому после 11-го класса Степа будет поступать на архитектурный факультет, где надеется раскрыть свои строительные навыки.

Ранее мы рассказывали о юном кондитере Лизе Носковой. Свой бизнес она начала в 10 лет, а сейчас печет торты, капкейки и сама проводит мастер-классы для взрослых и детей.