20 мая понедельник
СЕЙЧАС +6°С
  • 6 мая 2019

    Кто пишет новости на 72.RU? Сейчас расскажем!

    На сайте появилось интересное обновление. Теперь, щелкнув на фамилию автора (она указана под каждой новостью), вы попадете на его персональную страничку. Там вы узнаете, кто он такой, чем увлекается и как давно работает на 72.RU. А еще там указаны ссылки на его странички в соцсетях. Давайте дружить!

    24 апреля 2019

    Ищем тюменских Джона Сноу и Дейенерис

    Мы проводим конкурс косплеев на «Игру престолов». Условия просты: нужно сделать фото, где вы предстаёте в образе персонажа сериала. Можете подготовиться, сделать грим и превратиться в Серсею Ланнистер, а можете просто нацепить на плечи коврик (как наш коллега Артур). Смешным и лучшим дарим призы!

    Подробнее
    10 апреля 2019

    В мобильную версию добавили кнопку с комментариями

    Дорогие читатели! Теперь оставлять комментарии на 72.RU в мобильной версии стало удобнее. Внизу каждого материала появилась закрепленная синяя кнопка с комментариями. Чтобы добавить свой отзыв, просто нажмите на карандаш. Чтобы прочесть имеющиеся, жмите кнопку «Все комментарии».


    Еще

Александр Петрушин, писатель, историк, краевед, полковник ФСБ в отставке: «По поводу нашей молодежи у меня нет ни восторгов, ни ерничества, ни тревоги»

Поделиться

Согласно последним статистическим показателям продаж книжной продукции, краеведческая литература занимает одно из первых мест в тюменских книжных магазинах. Во многом способствует такому интересу читающей аудитории работа историка Александра Петрушина. В своих книгах он увлекательным доступным языком преподносит документальные факты, данные архивов. Исследования Александра Антоновича привлекают тем, что в них говорится о событиях и фактах, которые многие годы пытались скрыть. Будучи полковником КГБ/ФСБ в отставке Петрушин как ни один краевед знает специфику этого ведомства и его архивов.

Последняя книга историка «Тюмень без секретов, или Как пройти на улицу Павлика Морозова» приурочена к 425-летию Тюмени, которое отмечается в этом году, и рассказывает о весьма любопытных, неизвестных ранее фактах из истории города и его окрестностей. В книге можно узнать немало нового о хорошо знакомых широкому кругу исторических персонажах: о том же Павлике Морозове, Григории Распутине, Чапаеве, Николае II и многих других, кто оставил свой след в наших краях. В марте Александр Антонович отметил свой День рождения, с чем мы его и поздравляем.

– Думаю, эта книга будет популярна, она уже сейчас пользуется спросом. На сегодняшний день это лидер продаж, тираж, пусть он и был небольшим, в магазинах на исходе. Я всегда радею за то, чтобы наша краеведческая литература издавалась с расчетом на массового читателя. То есть книга должна быть простой в восприятии, недорогой и интересной. Это три основных критерия, которыми я руководствуюсь при выпуске издания. Возможно, в этом секрет востребованности очередной книги.

– Продолжение темы планируете?

– Трудно загадывать. Сами понимаете, издательство книг – дело хлопотное и затратное. Благо, что в этот раз нашлись почитатели истории, которые помогли в выпуске книги.

– А вы можете назвать этих людей?

– Конечно, думаю, это не будет звучать как реклама. Это депутат Тюменской городской думы, председатель ТРО «Справедливая Россия» Владимир Пискайкин, генеральный директор ОАО «Газснаб» Виктор Рябков. Виктор Иванович – это добрый друг краеведов, человек, любящий историю. Также помощь оказал генеральный директор ЗАО «Синтра» Петр Журавков, он сам историк по базовому образованию, окончил в свое время исторический факультет ТюмГУ, также человек неравнодушный к изучению родного края.

Александр Антонович Петрушин родился 15 марта 1950 года в д. Новотроица Нижнетавдинского района Тюменской области. Окончил Тюменский педагогический институт, историко-филологический факультет.

Работал учителем истории в школе. Служил в железнодорожных войсках. С 1975 года работал в органах госбезопасности оперативным уполномоченным, старшим «опером» Тюменского управления КГБ. После окончания высших курсов КГБ СССР и аспирантуры Министерства безопасности РФ (на кафедре педагогики и психологии) возглавлял Сургутский отдел КГБ, затем – Ханты-Мансийский окружной отдел ФСБ. В 1998 году назначен заместителем начальника РУ ФСБ России по Тюменской области.

В настоящее время работает заместителем директора по связям с общественностью представительства ООО «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь» в Тюмени.

Автор книг «Книга расстрелянных», «Запрещенные солдаты» (обе – совместно с Р.С. Гольдбергом), «Мы не знаем пощады», «На задворках гражданской войны» и других, сценариев к документальным фильмам.
– Краеведческая наука какими рамками для вас ограничивается?

– Конечно, краеведением занимаются не только историки, но и натуралисты, зоологи, геологи и так далее. И вот с точки зрения исторической составляющей краеведение определяется как изучение родного края, преимущественно, собственными силами. То есть это не фундаментальная наука, а скорее, предмет, помогающий воспитывать любовь к своему краю и получать представление об истории и особенностях малой родины. Издав ряд книг на эту тему, я провел исследования среди студентов местных вузов. Это была своеобразная альтернатива классической презентации, во время которой обычно говорятся всевозможные теплые слова в адрес автора, несмотря на то, что книгу собственно еще никто не читал. Я изменил формат встреч со студентами, чтобы выяснить прежде всего уровень интереса к истории своего края у молодой аудитории.

– И каким получился ваш рейтинг?

– Вы знаете, итог оказался неожиданным. Казалось бы, безусловно, первыми должны быть будущие историки. Ничего подобного – лучше всех себя проявили студенты Академии культуры, искусств и социальных технологий. И в общем-то это радует: выпускники этого вуза будут развивать культуру, в том числе и в районах, в сельской местности. И будет замечательно, если они станут прививать людям любовь к истории родного края. А вот студенты исторического факультета этот рейтинг замкнули. Мой вывод: большинство из них считают историю родного края слишком мелкой, они-де изучают глобальные процессы, из них готовят будущих политологов, дипломатов. Пришлось опустить ребят с небес на землю. Я им ответил: «Какие же вы дипломаты, если родного города не знаете? Как вы будете сюда инвесторов завлекать?».

– Какой период истории Тюменского региона вы охватываете в своих исследованиях?

– Меня прежде всего интересует история Тюмени после 1917 года. В более ранний период я не заглядываю и вот почему. Как заключают психологи, и я с этим выводом согласен, исторические события в массовом общественном сознании сохраняют актуальность только на протяжении первых ста лет после того, как они произошли. Затем они затушевываются и интересуют лишь узкий круг специалистов и различных увлеченных чудаков вроде меня. Сошлюсь на конкретный пример. 19 февраля отмечалось 150-летие со дня отмены крепостного права в России. Событие неординарное с исторической точки зрения. Но, несмотря на попытки политиков и экспертов привлечь к нему внимание, в массовом сознании эта дата ничего не значит. Так произойдет и с другими историческими событиями. Уже сегодня многие образованные люди с удивлением отмечают, что современная молодежь, дети не знают знаменательных дат, исторических фигур. Но это объективный процесс.

Вообще если мы хотим сохранять интерес нового поколения к истории, ее надо преподносить интересно, через судьбы, через конкретных личностей. Современные учебники истории, на мой взгляд, написаны очень скучно: тенденции, периоды, анализ. То есть история получается как некая схема, набор инструментов. Этим ребенка не увлечь. Ему куда интереснее читать про ярких неординарных людей, про столкновение характеров, тайны, авантюры. Нужны образы, а не таблицы.

– Каким образом до сих пор развивалось краеведение в Тюменской области?

– После 1917 года наблюдался всплеск интереса к истории края. В губернии существовало общество краеведов, выпускались соответствующие издания. Однако в 1935 году общества краеведов были запрещены, а во время террора 1937–38 годов многие исследователи, если не все, были репрессированы. Причины понятны: большевистский режим пытался создать новую генерацию людей. Я об этом тоже пишу в своих книгах. Как сказал о том периоде поэт Эдуард Багрицкий: «Но если он скажет: «Солги», – солги. Но если он скажет: «Убей», – убей». То есть эта генерация задумывалась как оторванная от своих корней, от своей родины. Поэтому и была разрушена традиционная религиозная конфессия, подвергся атаке институт традиционной патриархальной семьи. С этим, кстати, связана история Павлика Морозова.

В итоге краеведение пребывало под абсолютным запретом до XX съезда КПСС, то есть до февраля 1956 года – в этом году, выходит, небольшой юбилей возрождения краеведческой науки. Первая книга по истории Тюменского края, вышедшая в тот период, – путеводитель по Тюмени, достаточно скромный, достаточно идеологизированный, появился только в 1957 году. Затем постепенно, шажок за шажком, краеведение начало развиваться. И если взять сегодняшний день, то в нашем регионе эта наука развита достаточно неплохо. У нас есть содружество краеведов. Один из ярких его представителей – профессор Александр Иваненко, издавший несколько книг об истории Тюмени. Публикует свои исследования Елена Дубовская. Интересно, что каждый из нас работает в своем направлении, не пересекаясь в тематике. Поэтому мы не конфликтуем и, более того, каждый из нас дополняет общую историческую картину. Кроме того, мы сотрудничаем с музеями, архивами, библиотеками.

– Как оцените интерес тюменцев к истории края?

– В определенных кругах бытует мнение, что краеведение никому не интересно. Но в рейтингах популярности краеведческая литература сейчас лидирует в Тюмени. Жаль, конечно, что продавать такие издания берутся очень немногие книжные магазины города. Надо полагать, это связано с особенностями сетевой политики торговых предприятий, хотя я не очень понимаю, почему некоторые компании не мониторят местный рынок и не знают, что краеведческую литературу разбирают очень быстро.

– Исторические исследования, литературная деятельность, преподавание в вузе, работа в крупной нефтяной компании – как вам удается совмещать столько занятий, особенно если еще и верить расхожей фразе, что бывших чекистов не бывает?

– Планирование своего времени, отказ от каких-то других побочных занятий. У меня, например, нет дачи. Поэтому все свое свободное время трачу на научно-исследовательскую работу. Что касается преподавания, то курс, который я читаю будущим журналистам – криминальная хроника и журналистское расследование, – связан с моей предыдущей и нынешней работой.

– Со студентами находите общий язык?

– Мне нравится работать с молодежью, потому что интересно узнать, что ее сегодня волнует. И, естественно, интересует вопрос, кто придет нам на смену.

– И к какому выводу вы пришли?

– Объективно, у меня нет ни восторгов, ни ерничества, ни тревоги. Когда старшее поколение заводит известную песню о том, какая непутевая современная молодежь, что их ничего не интересует, я точно знаю – ничего подобного. Они просто другие. Не хуже и не лучше нас. У них другие интересы, другие возможности, что очень важно, связанные в том числе с Интернетом, с доступом к информации.

Здесь, впрочем, тоже есть свои минусы. Развитие Интернета, в частности соцсетей, привело к тому, что словарный запас у молодых людей заметно обеднел, и уровень грамотности резко снизился. Могу подтвердить мнение многих психологов о том, что виртуальное общение сковывает человека. Он становится просто придатком этой могучей машины, а без нее уже ничего из себя не представляет. Сидя в соцсети, молодой человек обретает уверенность, там он крутой. Но за пределами монитора он беспомощен. Вот встретятся два таких человека на улице и поговорить-то нормально не смогут.

– Увлечение историей, а затем и краеведением для вас с чего началось?

– Я родился в глухой деревне в Нижнетавдинском районе. В школе, где всех детей с первого по четвертый класс собирали в одной комнате, нас учила замечательный педагог Анна Николаевна Симакова. Мама моя, Надежда Михайловна Петрушина, тоже была учительницей, преподавала русский язык и литературу. Они были такими настоящими сельскими учительницами, то есть не просто давали какой-то минимум, а пробуждали интерес к знаниям. Благодаря им я полюбил чтение. У нас была пусть скромная, но неплохая деревенская библиотека, так вот я все книги в ней за время учебы перечитал. А еще хотелось узнать: что здесь было до нас? Кто здесь жил?

Когда пришло время поступать в вуз, решили, что я далеко уезжать на учебу не буду. Семье пришлось бы тяжело в мое отсутствие – отец был инвалидом войны, потерял на фронте руку. Ближайший вуз был в Тюмени. Поступил в институт на исторический факультет, но на дневном отделении, опять же по семейным обстоятельствам, проучился только три курса, затем перевелся на заочное. По окончании стал преподавать историю, сначала в своей деревенской школе, а затем в тюменской школе №3. После службы в армии получил приглашение в органы госбезопасности, в которых и проработал более 30 лет. Но все эти годы сохранял интерес к истории.

В период Перестройки, когда общество потребовало открытости от спецслужб, важно было показать, чем это ведомство занималось в прошлом, показать правдиво. Наше Тюменское управление в этом отношении было передовым, мы совместно с общественностью издали ряд книг на основании архивных материалов, в том числе первые тома «Книги расстрелянных», это мартиролог всех жертв политического террора на территории нашей области в 30–40-е годы. Мы были первыми в стране, кто это сделал, это были логичные ответы на запросы общества.

– Сколько всего краеведческих, исторических книг вы издали?

– Если говорить о «Книге расстрелянных», то это коллективный труд. Мы работали над этим изданием в соавторстве с известным тюменским журналистом Рафаэлем Гольдбергом, привлекали к сотрудничеству ветеранов органов госбезопасности – Юрия Коршунова и Юрия Белякова, оба они, к сожалению, уже ушли из жизни. Затем в 1999 году я уже самостоятельно написал книгу «Мы не знаем пощады», название цитирует слова Дзержинского. В этой книге расшифровывались малоизвестные или вовсе прежде засекреченные данные из истории Тюменского края по материалам органов ВЧК – ГПУ – НКВД – КГБ. На мой взгляд, здесь впервые объективно показаны основные этапы деятельности этого ведомства в нашей области.

Сегодня мы знаем, что благодаря неограниченному перечню функций, который отводился спецслужбам, они играли колоссальную роль в управлении государством во всех областях: в экономике, сельском хозяйстве, образовании, науке – не было сфер деятельности, где бы не чувствовалась «могучая рука» органов госбезопасности. Поэтому наша официальная история многие годы была несколько однобокой, потому что фактор влияния спецслужб по причине их секретности в ней не учитывался. Благодаря раскрытию архивов историю удалось если не переписать, то существенно дополнить наиболее правдивыми сведениями, обнаруженными в документах.

Наша история сегодня по-хорошему разбухает, обогащается судьбами людей, которые были из нее, по сути, вычеркнуты. Например, на территории Омской области, в состав которой до войны входила Тюмень, только в 1937–38 годах репрессированы 14 тысяч человек. Многие из них пострадали безвинно. Опять же в соавторстве с Рафаэлем Гольдбергом продолжаем работу над циклом под названием «Запрещенные солдаты». Это рассказы о судьбах людей, которые попали во время войны в фашистский плен и либо погибли там, либо выжили, но, вернувшись, оказались уже в наших лагерях. Сейчас идет работа над пятым томом.

– Вообще, история Великой отечественной войны насколько вам близка?

– Безусловно, меня очень интересует эта тема, и в частности вклад Тюменской области в победу на фашистами. Людские мобилизационные ресурсы нашего края в тот период были достаточно скромными. По переписи населения 1939 года население нынешней территории Тюменской области, включая округа, не превышало миллиона человек. Стоит учесть, что жители Севера в то время считались политически неблагонадежными, в основном это были высланные крестьяне, обиженные Советской властью. Они даже не состояли на учете в военкомате. И их вынужденно начали призывать в армию только с весны 1942 года, после того как Красная Армия понесла огромные потери в первый год войны.

Несмотря на столь ограниченные ресурсы, Тюменская область отправила на фронт около 250 тысяч человек. Я нашел документы 1944 года, из которых можно сделать вывод, что к воинской мобилизации в Тюменской области приписывали даже 14-летних подростков. То есть, образно говоря, выскребли все сусеки, Сибирь отдала фронту все, что могла, и даже больше. Из тех 250 тысяч домой вернулись меньше половины. Официально погибшими по книгам памяти считаются 103 тысячи человек, десятки тысяч считаются без вести пропавшими. Некоторые только один день провели в бою и либо погибли, либо попали в плен, после чего о многих из них нет никаких известий. Мы находим эту информацию по крупицам, в том числе в немецких архивах.

– Вам довелось поработать над созданием нашумевшего фильма «Адмиралъ».

– Это громко сказано. Рассказывать в кино о нюансах взаимоотношений союзников и так далее – это вызвало бы скуку у зрителя. Поэтому я всегда в шутку говорю, что вся моя консультация свелась к эпизоду, когда адъютант Колчака во время заседания ставки вбегает и говорит: «Ваше высокопревосходительство, красные форсировали Тобол и приближаются к Омску». Все. Но я считаю, что фильм удачен, задумка была интересная, этакая версия «Титаника». Только там изображена большая любовь на фоне гибнущего огромного судна, а здесь – на фоне гибнущего государства, огромной империи. Это все-таки художественный фильм. Поэтому навязывать создателям свое мнение, требовать неукоснительного следования фактам, пожалуй, и не стоило.

– Какие еще исторические проекты сейчас в работе?

– Помимо вышедшей книги «Тюмень без секретов» продолжаю чекистскую сагу о кладах «На задворках гражданской войны». Я пишу о захороненных ценностях Сибирского белого движения. Иногда их еще называют кладом Колчака, но это не совсем верно. Сейчас я работаю над четвертой книгой из этой серии. В предыдущих я обозначил ряд мест, где, по моим предположениям, следует искать сокровища, а в следующем томе расскажу о том, как во время Второй мировой войны эти клады искали спецслужбы гитлеровской Германии. В это трудно поверить, сюжет в духе Роберта Льюиса Стивенсона, но у меня все основано на документах.

– Каким же образом они это осуществили?

– Немцы высадили десант из 12 человек в 1942 году. Это были ассимилированные агенты, то есть они ничем не отличались от местных жителей и прекрасно говорили по-русски. По одной из версий этот отряд должен был поднять крестьянское восстание в Сибири. Но я уверен, что они искали именно сокровища. Как они его собирались отсюда вывезти – вопрос, конечно, интересный.

– Если вы рассказали о тех местах, где следует копать, почему до сих пор никто не нашел эти сокровища?

– Клады чаще всего находят случайно. Когда я написал первую книгу, нашлись люди, которые подсказали границы и маршруты дальнейшего поиска сокровищ Сибирского белого движения. Этот клад разделился на несколько частей: одна находится на территории Югры, другая – на Ямале, в предгорьях полярного Урала. Еще одна часть, куда входили ценности семьи императора Николая II, в частности шпага наследника Алексея с украшениями из золота и драгоценных камней, была найдена. Хотя многие думали, что это все мифы. Но я сам видел эту шпагу. Точнее, это не совсем шпага, это кортик, он оказался у одного коллекционера, который мне эту ценность и показал.

– Почему же вы сами не хотите найти эти сокровища, а при этом подсказываете другим, где их искать?

– Ну, во-первых, я уже сказал, что обнаружение клада – как правило, дело случая. Во-вторых, чекисты в 30-е годы уже потратили немало сил на то, чтобы найти эти клады, и безуспешно. Но они искали тайно. А я думаю, искать надо публично, тогда больше шансов, что кто-нибудь да наткнется. Меня об этом часто спрашивают: «Вы не боитесь, что когда найдут клады – с вами не поделятся? И вообще, как этим всем следует распорядиться?». Я всегда отвечаю: надо сначала найти, а уж потом будем решать, что с ним делать. Но я патриот своего края, это не высокие слова. И поэтому считаю, что этим сокровищам место в музее.