Суровые сибирские парни и девушки всю зиму провели в нетерпеливом ожидании открытия нового джиперского сезона. И вот, наконец, в канун 23 февраля в районе Червишевского тракта стартовал очередной чемпионат области по трофи-рейдам, который проводит Тюменский внедорожный клуб.

Четвертый год организацией этих соревнований, включенных в календарь РАФ и перечень мероприятий департамента по спорту и молодежной политике администрации области, в качестве директора ТВК занимается Константин Михайлов. Само собой, не один – вместе с единомышленниками, такими же энтузиастами джиперского движения, среди которых в первых рядах – супруга Константина Юлия, которая не только участвует в организации, но и сама выходит на трассу в качестве штурмана.

Увлечение трофи-рейдом не мешает этой дружной семье воспитывать троих замечательных детей, строить для них большой уютный дом на окраине Тюмени. А еще Константин – первый человек, который в ответ на просьбу об интервью пригласил меня к себе в баню. Поддав как следует пару, мы перемещаемся в недостроенный пока кабинет и начинаем разговор с темы, далекой от автоспорта.

– Насколько я знаю, вы могли стать журналистом.

– Да, у меня вся семья так или иначе связана с телевидением. Отец – Михайлов Юрий Евгеньевич, начинал звукорежиссером, затем стал главным звукорежиссером, работал выпускающим директором программы «Город», сейчас на пенсии. Мать – Ломакина Ольга Васильевна, вела передачу «Деревенские этюды», после выхода на пенсию продолжает снимать авторские программы. Сестры – Ольга Быбина, Дарья Кутьина – тоже работают на телевидении. Правда, сам я отучился на специализации «журналистика» на филфаке ТюмГУ только год. А на втором курсе решил перевестись на русский язык и литературу. Кстати, в университете я познакомился со своей будущей женой, учились на одном курсе.

– Но работать по профессии в итоге не стали?

– Учителем – нет. Нам предлагали продолжить обучение в аспирантуре, получить ученую степень, сделать карьеру в науке. Но у меня к тому времени появились другие интересы, к тому же я начал уже какие-то деньги зарабатывать в другой сфере. А главное – хотелось семью, детей. С учебой это было бы сложно совмещать. В науку надо погружаться серьезно: просиживать в библиотеках, ночами работать. А мне уже тогда хотелось дом построить, детишек нянчить и жить для семьи.

– Когда о таком доме впервые стали задумываться?

– Лет в 20, если на раньше. В то время у меня уже сформировалось такое представление, что у меня будет большая семья, а еще рядом – люди, на которых можно положиться. Пока, вроде, все так и получается. Деревьев я много за свою жизнь посадил, ели у родителей на даче уже метров 20 в высоту выросли. Сына родил, и не одного. Когда 33 года исполнилось – въехали в свой дом. Еще предстоит его достраивать, но жить уже можно. А со временем и хозяйством обзаведемся. Когда в землю врастаешь, совсем по-другому себя на ней чувствуешь, не то что в городской квартире.

– Кем нужно работать, чтобы совмещать строительство дома, организацию таких хлопотных соревнований и заботу о большой семье?

– Ничего сверхъестественного, работаю директором в небольшой компании. Это чистая коммерция, чтобы содержать семью. К сожалению, пока не получается так, чтобы работа была как-то связана с хобби и приносила при этом достаточную прибыль. В автоспорте на сегодняшний день заработать что-то невозможно, так что занимаемся этим из чистого энтузиазма. С другой стороны, если воспринимать увлечение как источник дохода и стремиться прежде всего извлечь прибыль, отношение к этому наверняка будет уже другое.

Хотя, безусловно, у каждого мероприятия должна быть своя экономика. На сегодняшний день мы вывели организацию соревнований на самоокупаемость за счет стартовых взносов, спонсоров. Сейчас, правда, со спонсорами стало очень сложно. Если вдруг какие-то деньги остаются, мы переносим их на организацию следующего этапа либо устраиваем для участников в конце года вечеринку с выступлением музыкальных коллективов. Не бог весть какие деньги, но, насколько я знаю, это едва ли не единственный вид автоспорта в Тюмени, где удалось выйти на самоокупаемость и не прозябать при этом, а вызывать стабильный здоровый интерес у публики.

– В течение сезона ТВК организует четыре этапа чемпионата области. Да к тому же на вас лежит подготовка одного из этапов кубка Урала в Тюмени. Каждый раз это очень хлопотный процесс. Когда вы все успеваете?

– Семья очень поддерживает. Если бы Юлии самой не было все это интересно, конфликтов было бы не избежать. Подготовка к каждому этапу занимает от четырех до шести недель. Умножаем на четыре, получается, что, грубо говоря, половину выходных в году я провожу в лесу. Не у всех коллег по ТВК супруги разделяют это увлечение. Поэтому мы составляем график участия каждого из них в организации соревнований в тот или иной выходной день. Для изучения местности, прокладки трассы задействуем внедорожники, снегоходы, квадроциклы.

– С чего вообще началось увлечение трофи-рейдом?

– Случайно, году в 2004-м, попал на соревнования, в которых участвовали корифеи тюменского джиперского движения Саша Тюменцев, Саша Некрасов. Затем мой товарищ Константин Омельчук пригласил съездить на этап кубка Урала по трофи-рейдам в качестве зрителя. Так как мы давно увлекаемся путешествиями, все туристическое снаряжение было в наличии, сами на подъем легкие – загрузились в машину, взяли с собой детей и махнули в Екатеринбург. Зрелище это нас здорово зацепило, и на следующий этап кубка Урала собрались уже сами. Через какое-то время Константин Омельчук предложил мне уже поучаствовать в гонке – у него оказался лишний уазик. Тут я окончательно понял, что мне это по душе. И в 2006 году мы у охотников купили себе УАЗ специально для соревнований.

– Что же так манит на лоно природы?

– Как правило, в трофи-рейд приходят любители охоты, рыбалки, путешествий. У людей, которые живут в городах и никуда не выезжают, может сложиться впечатление, что мы в лесу в буквальном смысле бичуем. В самом деле, это почти первобытные условия, антисанитария и другие сопутствующие моменты. Но в этом есть некий дух независимости, здесь ты сам себе хозяин, и все зависит только от тебя. Если возникает проблема, тебе не на кого надеяться, решать ее придется самому.

Только те, у кого внутри есть определенный стержень, остаются в этой среде. Одни приезжают в первый раз, сталкиваются с трудностями: а вот у меня мост отпал, коробку заклинило, еще что-то. И решают: да нафиг мне все это надо? И больше не появляются. А есть такие: с севера едут за тысячу с лишним километров, на трассе разломают машину в хлам – так умудряются ночью через знакомых найти и разбудить продавцов каких-нибудь уазовских запчастей, все отремонтировать и домой своим ходом вернуться! Или на каком-нибудь складе рессору на ГАЗ-69 отыскать, которая в Тюмени вообще раритет!

– Но как ни крути, содержание спортивного автомобиля – это дорогое удовольствие.

– У нас есть один постоянный участник, он уже пенсионер, подрабатывает охранником. Тем не менее ему удается каких-то денег подкопить, три-четыре раза в году выехать на соревнования, отчебучить на трассе что-нибудь веселое, да еще и в призеры попасть. И раз в год на том же уазике съездить в отпуск куда-нибудь на Байкал. Главное – желание.

– Вспомните первые соревнования, которые вы проводили. Насколько с тех пор изменился уровень организации? Каких прежних ошибок теперь удается избегать?

– Каждый новый этап сложен с точки зрения организации по-своему. Все начинаешь с нуля, потому что проводить их приходится в разных районах. Где организовать въезд, где расположены сельхозугодья и дороги, на которые выезд запрещен, куда поставить фуры, которым в принципе нельзя ездить по некоторым дорогам (часто на фурах иногородние участники привозят свои соревновательные автомобили – прим. авт.), куда разместить около трехсот участников, судей и так далее. Где поставить туалеты, как организовать питание, освещение, где взять воду, где находятся ближайшие магазины, где смонтировать сцену, как организовать стартовый коридор, чтобы выпустить на трассу 45 автомобилей и 50 квадроциклов, как это было на кубке Урала, и чтобы при этом никто никого не переехал, чтобы не было случайных людей в зоне старта.

Все эти вопросы каждый раз приходится решать заново. Мы собираемся коллегией, разбиваем эти вопросы на несколько групп и распределяем поручения. Не бывает соревнований совсем без накладок. Главное – оперативно реагировать на возникающие сложности и разрешать их. И стараться придерживаться заранее составленного расписания.

Если же говорить о первом этапе, который я организовывал, то получилось все тоже почти случайно. Леонид Сергеевич Карась, который в тот момент тащил на себе все это внедорожное движение, заявил, что уже немного притомился, и предложил делегировать эти функции кому-нибудь другому. Сначала бремя взвалили на Андрея Чемякина. Однако при организации первого этапа чемпионата в 2007 году, когда я планировал выступить как участник, Андрей сказал, что не успевает все подготовить, и если помощи не будет, то этап вообще может не состояться. Тогда я решил взять инициативу в свои руки, сколотил команду, поехали в лес расставлять КП, договорился с местной администрацией о помещении для базового лагеря, решали с ребятами другие вопросы.

Супруга очень помогла с оформлением официальных документов, регламента и так далее. А после соревнований на традиционном разборе полетов было решено провести выборы директора Тюменского регионального джип-клуба, так он тогда назывался. И большинством голосов выбрали меня. Сформировалась инициативная группа, заинтересованная в том, чтобы соревнования в Тюмени проходили регулярно. Повторюсь, никакого корыстного интереса у них нет, голый энтузиазм. И вот уже четвертый сезон мы тянем эту лямку.

– Не устали?

– Вообще должность адская. Честно говоря, усталость присутствует. Но если назвался груздем – полезай в кузов. Жена помогает очень. И потом, пока я других реальных кандидатов, кто хотел бы этим заняться, не вижу. Если только кого-нибудь уговорить. С другой стороны, как бы тяжело ни было, мне все это по-прежнему нравится.

– В Тюмени есть еще один клуб любителей бездорожья. Как вы сосуществуете?

– Да, это «Клуб 4x4», ребята там помоложе. Если честно, есть определенное недопонимание. Но конкуренция должна быть, она на пользу делу, только она должна быть здоровой, честной.

– Самому участовать в трофи-рейдах уже не тянет?

– Иной раз тянет. Но с одной стороны, это дополнительные финансовые затраты на подготовку автомобиля. А с другой – в процессе подготовки успеваешь наездиться так, что уже не надо ничего. И потом, мы и без соревнований в отпусках такие марш-броски на автомобилях совершаем, в такие дебри забираемся! Два года назад, например, на зимние каникулы с женой ездили в Салехард: добрались до Уренгоя, оттуда – до Надыма, проехали по зимнику до Салехарда, дальше – вниз, в Березово. 12 дней в пути, общий пробег составил шесть тысяч километров.

Было все: и -40, и сугробы, и переметы. Летом в такие вояжи детей берем. Последние три года группой из нескольких машин штурмовали Северный Урал, до этого на Байкале были, на Алтае. С такими экспедициями никакие трофи не сравнятся. На соревнованиях хотя бы есть лагерь, населенный пункт. Если сломаешься – так или иначе до цивилизации доберешься. А тут полная автономия. Во время последней поездки попался участок в 15 километров, на преодоление которого у нас ушли почти сутки. Буквально сами строили дорогу, выгребали грязь из-под колес.

– Гоночные машины лучше беречь для соревнований или стоит ездить на них почаще куда-нибудь в буераки?

– Те, кто много времени проводят за рулем своих соревновательных машин – ездят на рыбалку, в отпуск и так далее – имеют преимущество на гонках. Они лучше знают возможности своих «болидов» в самых разных условиях. Не все могут себе это позволить. Некоторые участники едва успевают отремонтироваться, «прокачать» что-то между стартами, и уже во время гонки испытывают то, что собирали, переваривали, растачивали. А это чревато поломками, сходами, потерей времени, потому что до конца потенциал машины пилоты не знают, приходится проводить разведку местности, гадать, стоит ли соваться в это болото или поискать другой путь.

– По вашим ощущениям, уровень соревнований по трофи-рейду в Тюмени за последние три-четыре года вырос?

– По крайней мере, выросла несказанно культура участников. Во-первых, прекратилось повальное пьянство, которое раньше было неотъемлемой частью. Гонки воспринимались как праздник: народ куда-то в лес заехал, выпил, потерялся – весело! Во-вторых, участники стали более грамотными. Они внимательно читают регламент, задают «правильные» вопросы организаторам, более ответственно готовят машины. При том, что мы год от года повышаем планку требований к спортивным автомобилям. Джиперы активно общаются между собой, обмениваются опытом. Смотришь на некоторых новичков и видишь, что человек не тупо «рвет» автомобиль, а едет уже с определенным пониманием того, как добиться результата. Профессионализма стало больше.

– Много, кстати, новых лиц в трофи-рейде сегодня?

– Как ни странно, несмотря на кризис, приток свежей крови происходит регулярно. С другой стороны, в автоспорте это один из самых доступных видов. К примеру, в классе «стандарт» максимум, на сколько можно «ушатать» машину – это 40-50 тысяч. Но это в крайнем случае. Экипаж из двоих-троих человек, если это действительно серьезные, увлеченные автоспортом люди, вполне может содержать автомобиль невысокого класса для того же «стандарта», где не обязательно ставить лебедку, большие колеса и так далее. Этим и объясняется такая массовость в трофи-рейде по сравнению с многими другими видами автоспорта. Кроме того, я считаю, это наша национальная русская забава – забраться туда, где никто до тебя не был, куда Макар телят не гонял. А потом сказать: а я там был! На Оймяконе наши люди были, на Байкале были. Флаг Тюменского внедорожного клуба развевался на пике Комсомолец в Киргизии высотой более трех тысяч метров.

– Давайте подытожим. Тюменский внедорожный клуб – это...

– ...люди, как говорится, душой неспокойные. Причем, клуб наш не только автомобилистов объединяет. К нам на соревнования и дельтапланеристы заглядывали, и велосипедисты приезжают, и на мотоциклах, пешком приходят. Одним словом, все, кто не боится леса, кто не боится отвечать за себя сам. Почти со всеми из этих людей можно было бы смело идти в разведку. Если, не дай бог, война – из них отличные партизаны бы получились. Регулярная армия вряд ли, а вот партизанский отряд – ух! Я бы с таким связываться не стал. Черта с два ты их из леса выкуришь.

И при этом каждый еще по-своему горазд на разные таланты. Кто-то прекрасно готовит, кто-то вырезает из камня. Один из джиперов – специалист по гидротехническим работам, набережную в Тюмени строит, другой – очень известный хирург в Тюменской области. В общем, мастера на все руки. Не будь трофи-рейда – никогда бы мы друг друга, скорее всего, и не узнали.