Рок-музыкант Ник Рок-н-Ролл приезжает в Тюмень редко, но метко. Как говорят его поклонники: «Когда Ник приезжает в Тюмень, вместе с ним в город приезжает рок-н-ролл». За несколько дней он успевает договориться о выступлении тюменцев в Москве, сдвинуть с мертвой точки угасающие проекты, вдохновить, ободрить, утешить, прочитать сотни нотаций о вреде крепких спиртных напитков в жизни творческого человека, подкинуть дровишек в топки будущих сейшенов. «Первый панк СССР», поэт, философ, рокер, любимец российских рок-клубов когда-то был директором тюменского рок-клуба «Белый Кот» и организатором всероссийского фестиваля женского вокала «Сирин».

В этот раз визит выдался особенно энергичным. 24 мая – концерт с его группой «Трите Души» в рок-клубе «Берлога». 25 мая – презентация музыкально-документального фильма «Погружение», снятого при поддержке Госкино и Министерства культуры, в Тюменском доме кино. 26 мая – выступление в рамках джем-фестиваля в поселке Мыс на свежем воздухе. Еще была запланирована онлайн-конференция на 72.ru, но она так и не состоялась в связи с техническими проблемами на нашем сервере. Приносим извинения всем, кто задавал вопросы, но так и не получил на них ответы. Ник на 72.ru все равно приехал, и мы взяли у него интервью.

– Почему ты в ноябре не рассказывал, что участвуешь в съемках такого концептуального и продвинутого фильма? Ведь это первый твой опыт участия в большом кино?

– Когда я приезжал прошлой осенью, я даже не знал, что вернусь сюда с фильмом! Мои приезды сюда зависят от тех людей, которые готовы меня приглашать, потому что автостопом я давно уже не езжу – возраст не тот. Осень была бурной: сначала был фестиваль «50 на двоих» и еще четыре концерта, потом съемки фильма. В этот раз встретили очень хорошо. Вышли мы на перрон, подошли к парковке – шок: Тюмень встречала нас на лимузине.

– Как Киркорова?

– Розовый такой лимузин. Я просто опешил. Спасибо всем. Страна должна знать своих героев: Людмила Федоровна Лосева, Вадим Швец, ОДНК «Строитель», Тюменский дом кино, Олег Цирук, Евгений Котов, – всем, кто помогал, всем большое человеческое спасибо! Соответственно, и 72.ru!

– Как проходили съемки фильма «Погружение»? Где нашли деньги и режиссера?

– Съемки проходили очень динамично в августе 2008 года. Снимали и у меня дома, и в московских клубах. Фильм сняли выпускницы ВГИКа Юлия Панасенко и Юлия Галочкина. В этом фильме я играю самого себя, я там центральное действующее лицо, поэтому вопрос о деньгах не ко мне, я не режиссер и не продюсер. Мне позвонила девушка и сказала, что хочет снять с моим участием фильм. Мы встретились. Мы поговорили, посмотрели друг другу в глаза, и я понял, что хочу сниматься в этом кино. Потому что на моей памяти было несколько попыток снять фильм, в котором пытались отразить рок-атмосферу нашей с вами страны: Подниекс – «Легко ли быть молодым», Учитель – «Рок». Как правило это были фильмы о каких-нибудь личностях, но в тоже время они обобщали то, что невозможно обобщить. С моей точки зрения, сверхзадача тогда так и не была решена.

Хочу извиниться: я не готов рассказывать сейчас про сам фильм. Я могу рассказать, но я не могу заменить ваши глаза. Это музыкально-документальный фильм. Он философский, грустный, веселый, динамичный, психоделический – вот это я могу сказать точно. После презентации в Москве Юлия Панасенко, режиссер фильма, обещает, что он выйдет в российский прокат. Скорее всего, до осени фильм нельзя будет скачать в Интернете. Но посмотреть начало можно Vkontakte.ru: в поиске по группам найти группу фильма «Погружение» – там выложен минитрейлер. В съемках фильма приняли участие четыре группы, которые отбирала сама Юля. Это ее выбор: Salvador, «Последние танки в Париже – ПТВП», Deti Picasso, «Босх с тобой».

Самое печальное, что уже после съемок фильма по мистическому стечению обстоятельств умер лидер группы «Босх с nобой». Его больше нет с нами, он не увидит фильм, как и Юрий Шаповалов, и Сергей Шестаков и многие другие. Группа «Босх с тобой» играла в стиле слайд: инструментал альтернатив с видеоинсталляциями. Я не знаю, сможет ли группа существовать без лидера, как невозможно сказать, будет ли когда-нибудь выступать «Гражданская оборона» без Егора Летова. Боб Гэлдоф, который снялся в фильме Алана Паркера The Wаll по музыке Pink Floyd и который сделал в 1984 году фестиваль, посвященный голодающим Эфиопии, сказал: «Если в группе есть ярко выраженный лидер, то группы не существует». Но это его мнение, можно с этим соглашаться, а можно не соглашаться.

В «Фаворите» была эксклюзивная премьера – первый показ после того, как фильм вышел из студии. Еще раз хочется поблагодарить Тюменский дом кино.

– Может ли быть у этого фильма коммерческий успех?

– Думаю, да. Потому что в обществе есть спрос на такую музыку и культуру. Люди «обкормлены» мейнстримом и, – не хочу говорить это слово, но трудно найти ему замену, – попсой. Везде и всюду – попса, попса, попса. Мейнстрим уже не на топе. В этом фильме («Погружение» – прим. авт.) показывают молодые независимые группы, которые без рекламы, без радиоротаций, без раскрутки собирают залы. Эти группы пошли своим путем. Это может состояться везде. Все зависит, как всегда, от людей. Если ты выходишь на сцену и думаешь, как подмести ее метлой, – ты будешь дворником. Если ты выходишь и думаешь, как сделать так, чтобы зал взорвался аплодисментами – ты будешь музыкантом. Все очень просто – каждому свое.

– Но не у всех рок-групп получается достичь известности и славы, даже если они очень хотят и знают, как изменить этот мир!

– Мне кажется, что люди просто ленятся. Я считаю, надо быть в движении, надо бить в одну точку. Если ты этому миру вещей, в этой стране что-то можешь сказать – говори! Через тернии говори, не жди завтра, Ц завтра это будут уже не твои идеи, и ты не простишь самому себе, что все проспал!

– Вопрос из того списка, что тебе задали к онлайну: можно ли было сделать такой фильм на основе творчества тюменских рок-групп? По-моему, вопрос не без провокации: обидятся те, кого не назовешь.

– Хороший вопрос. Я знаю людей, которые великолепно, очень здорово звучат. Например, есть такая группа «Островский» в городе Москве или «Яго и Абу», «Эклеры», «Викка, котел и метла». Некоторые из них я уже привозил в Тюмень. А тюменские группы приезжают в Москву. Уже есть движение. И фильм про это можно было бы так и назвать: «Движение». О том, как нет географии. The Vivisectors – это вообще целая община. Она создана на идеях американской контр-культуры. Есть в России сейчас группы, которые будут формировать генерацию людей будущего, и в Тюмени тоже есть такие группы. Я серьезно говорю! Меня очень радует группа «Нева», они у меня были на юбилее в Москве (концерт проходил в рамах фестиваля «Сибирское вторжение»). «Нева» играла, кстати, первой, и московская публика их принимала очень хорошо. Вот скоро выйдет видео юбилейного концерта, и тогда в этом убедятся даже скептики.

«Сибирское вторжение» удалось! Публика была счастлива, ко мне после концерта подходили люди и благодарили! Или «Пиастры Флинта» – меня они очень радуют, после их выступления в Москве у меня просто не было слов – так это было здорово! Женя Панков и Таня Городилова – группа «Иван Гог». Я хочу обратить внимание некоторых людей, что в Тюмени уже сейчас есть такие группы, которые делают новую музыку, они перспективны. Ведь когда Элвис Пресли приехал на студию, чтобы записать песню маме, – это хрестоматийная история, будем называть вещи своими именами, – он и петь-то толком не умел. До него был Билл Хейли, Литтл Ричард. Тюмени нужен свой Сэм Филипс, чувак из звукозаписывающей студии, который поверит в группу и сделает ее популярной за 24 часа. Этому городу нужен парень, который, понимая, что происходит, вложил бы всю свою энергию в творчество талантливых людей.

– Когда закончится власть попсы? Всем мелодиям и ритмам сто лет в обед. Общественный вкус формирует культуру или наоборот?

– Я не понимаю смысла вопроса. У меня есть DVD-плеер, который стоит 2500 рублей. Я покупаю диски и видео. Вот рекомендую всем посмотреть фильмы «Контроль» и «Семь поколений рок-н-ролла». Если человеку не нравится, а он слушает попсу – значит, это ограниченный человек. Интересуйтесь, смотрите, слушайте. Это все равно, что кушать невкусную кашу, когда на столе лежит бутерброд с икрой. Мазохизм, опять же нездорово.

– Но как не убеждай, стадионы поклонников группы «Ранетки» всегда многолюднее, чем клубный концерт продвинутой группы.

– Кто платит, тот заказывает музыку. Значит профессионалов, которые занимаются продвижением только такой музыки, пора дисквалифицировать. И это сделает само время. Попса на ладан дышит. Мейнстрим умирает. Клубы с дискотеками и мейнстримом в Москве закрываются. Это очень хорошо. Так ищите новое. Самое главное для людей, которые сейчас занимаются культурой, – знать музыку и держать нос по ветру. Соответствуйте своему месту. Если вы знаете, что можете помочь кому-то, делайте что-нибудь. В конце-концов, можно разгружать вагоны, а на полученные деньги сделать проект. Вот я записал последний альбом с The Vivisectors. Альбом вышел на «Союзе», на лейбле Артемия Троицкого. Мы его записали всего за четыре тысячи рублей. Записали дома, изготовили на «Союзе». Создавайте, формируйте! Будьте!

– Публика соскучилась по твоим фестивалям женского вокала «Сирин». Неужели не родит русская земля других желанных, арбениных, сургановых?

– Все вышеназванные – это история «Сирина» 1998–2001 года. Арбенина с Сургановой тогда еще только начинали. И тоже с клуба – в Питере клуб назывался «Зоопарк»: на сто мест, под гитару и под скрипку. И именно Тюмень дала возможность первый раз выступить на большой профессиональной сцене Юле Чичериной. Тюмень для них была своеобразным трамплином.

Почему нет «Сирина» – этот вопрос нужно задавать не мне, а учредителю фестиваля – Вадиму Владимировичу Швецу. Я только арт-директор и автор идеи фестиваля. Его и сейчас можно проводить, только нужно найти под него деньги. А группы с хорошим женским вокалом в России есть, и даже в Тюмени есть. Вот обратите свое внимание на группу «Иван Гог». Поверьте, я никогда не ошибался. «Ночные снайперы», «Чичерина» тому подтверждение – их тогда никто не знал.

– И еще один «женский» вопрос, заданный к онлайну. Амели спрашивала: «Слышала, что у вас было четыре жены. Чем вызван такой перебор?»

– Наличием адреналина и греческой крови, что течет во мне.

– А есть какие-то беспроигрышные способы, как девушка тебе может понравиться и стать, например, пятой женой?

– Чтобы стать пятой, она должна понять, что такое для меня четвертая жена.

– Как тебе нравится публика на концертах в Тюмени? На твои концерты в «Берлогу» приходят очень разные люди и по возрасту, и по социальному положению: пионеры и пенсионеры рок-н-ролла, те, кто еще только начинают погружение в эту культуру, и те, кто ее продвигал, когда она была запрещена и за нее подвергались гонениям в этой стране.

– Я, когда на сцене, я ничего не вижу. И никогда не считаю людей в зале – это же не скот, чтобы его считать. Я чувствую энергию сердец и драйв, который идет из зала на сцену. Я чувствую, но не вижу, как кот-альбинос. Ученые говорят, что у них очень плохое зрение, но зато у них повышенный слух и чувствительность. Все, что я рассказываю, все, что я делаю, мое впечатление от жизни – трагикомичное. Если вы видели трагикомика на сцене, вы поймете, о чем я говорю. Это почти всегда страшно. Ну, и внешность. К сожалению, я не похож на Элвиса Пресли. Но меня это не расстраивает, как говорят девушки, которые умеют обалденно целоваться: «Мужчина должен быть чуть покрасивее, чем обезьяна», – я им верю. Французский сюрреалист Антонен Арто продвигал театр жестокости, театр плоти. Мои взаимоотношения с миром вещей определены.

То, что я делаю, то, что я показываю, иллюстрирует мое взаимоотношение с миром вещей. Тот, кто видит агрессию, – возможно, сам агрессивен, кто-то видит совсем другое. Мои друзья осенью после концерта подходили и говорили, что я вырос, – они так видят! Я надеюсь, что на концертах можно увидеть тепло моего сердца. Каждый получает то, что он видит, было бы третье око. И потом, я ведь не профессиональный актер! Я – имитатор. Я вообще не имею никакого отношения к тому, что называется пением. Каждый концерт отличается от предыдущего. Нет двух концертов, похожих друг на друга.

– О видении и прочтении чужого творчества следующий вопрос. На прошлой неделе один тюменский юрист подал заявление генеральному прокурору страны с просьбой лишить Бориса Гребенщикова ордена «За заслуги перед Отечеством» как человека недостойного этого звания, так как его песни пропагандируют употребление наркотиков, бродяжничество и антисоциальное поведение. Как ты относишься к таким проявлениям гражданского самосознания, к такому видению?

– Со здоровьем у него явно непорядок. Я, конечно, не психоаналитик, но могу посоветовать: в современной России есть ряд мест, где человеку могут оказать квалифицированную медицинскую помощь. В больнице Кащенко или в психиатрической больнице №15 есть отделения санаторного типа. Они, правда, платные, но думаю такие деньги всегда можно найти. Надо немножко полежать, немного успокоиться, почитать сборник текстов Гребенщикова. Понять, что Борис всегда писал аллегориями, понять, что такое образы. Послушать альбом «Битлз» «Сержант Пеппер», почитать Боб Дилана «Тарантул» в переводе моего друга Макса Немцова, чтобы он, наконец, понял предмет, о котором берется судить. Я понимаю, что ритм жизни сейчас ужасный – не все выдерживают, но ничего страшного, нужно просто вовремя обратиться за помощью. Или можно вне работы брать уроки по рок-культуре у меня. В РГГУ я веду мастер-классы по шоу-бизнесу, правда, это тоже стоит денег.

– Если бы сейчас тебе дали денег (много денег) и ни в чем тебя не ограничивали, что бы ты сделал?

– Сначала я бы арендовал адекватное помещение и купил хорошую аппаратуру. Назвал бы этот дом клубом «Моби Дик» или «Белый Кит». И стал бы делать концерты разнообразных и хороших групп. Я работал бы с ними как режиссер. В XXI веке любой рок-концерт и любой фестиваль должен быть срежиссирован, потому что в итоге мы все работаем на зрителя. И меня как зрителя по большому счету интересует, есть драйв в этом концерте или нет. Люди приходят получить зрелище. И фестивали должны быть репетированные.

Набрал бы команду – людей, с которых я могу спрашивать. Любой организм должен развиваться. Люди, которые вкладывают миллионы в разовое мероприятие, чаще всего прогорают. Пятилетки коммунисты не зря же придумали. Это очень правильный ход, как бы я плохо ни относился к носителям большевистских идей. Фундамент бы сначала построил. И в Тюмени есть все предпосылки. Здесь есть люди, которые умеют работать. Только иногда с ними, к сожалению, происходят истории, как с белой лошадью.

В лошадином племени жила прекрасная белая лошадь, очень красивая и энергичная. На нее как-то упало дерево, и сильная белая лошадь подняла его и вынесла. И ее сородичи поняли, что она может носить деревья и стали нагружать ее деревьями. Это аллегория, но так часто случается в жизни: «заездят» человека – и все дела.

– Возвращаясь к событию, которое привело тебя в Тюмень. Что будет с фильмом? Где его можно будет увидеть?

– После презентации фильма в Москве организаторы планируют выпустить фильм в прокат. Хотят заявиться на отечественных и европейских кинофестивалях. Есть идея открывать прокат в ключевых городах России вместе с рок-фестивалями, в которых примут участие группы, участвующие в фильме, моя группа и, возможно, кто-то из местных банд. Я считаю, что такой фестиваль можно сделать и в Тюмени.

Из ближайших планов – скоро выйдет альбом наш с «Трите Души», который мы записали живьем, саунд от продюсера Михаила The Vivisectors, альбом называется «Дальтоник». Презентацию сделаем в Москве, потом в Ярославле, Вологде. Хотелось бы и в Тюмень с ним приехать, позовут – приедем.